Linkuri accesibilitate

Генадие Косован: «Я до сих пор ношу в себе несколько осколков — на память о „старшем брате“ из России»


Пост миротворческой миссии на Днестре

Бывший замминистра внутренних дел — о прошлом, настоящем и будущем Молдовы

2 марта 1992 года Молдова вступила в ООН, а президент Мирча Снегур санкционировал военную акцию против сил сепаратистов, которые накануне ночью захватили отдел полиции в Дубоссарах на левом берегу Днестра. О прошлом и настоящем размышляет бывший замминистра внутренних дел, полковник запаса Генадие Косован.

Генадие Косован: Прошло 26 лет, но приднестровская проблема с каждым годом только обостряется. Мы потеряли территории, наших крестьян в Кочиерь лишили земель и имущества. И наемники-сепаратисты постоянно генерируют для нас новые проблемы, о которых в 92-м никто и не думал, а их действия никоим образом не вписываются в Соглашение о прекращении огня, подписанное в 1992 году Ельциным и Снегуром.

Свободная Европа: Если боевые действия на Днестре прекратились, то почему на так называемой административной границе стоят танки и находятся вооруженные люди? Я говорю о миротворцах…

Так называемый президент, так называемый премьер, так называемые министры автоматически должны понести уголовное наказание

Генадие Косован: Я помню шестое августа, когда нас отвели с боевых позиций в Тигине, – и то, как нас встретили в Кишиневе. Как преступников!.. Провели какими-то закоулками, а когда мы добрались до бригады особого назначения, нас разоружили, дали пинок, извините, в одно место – и сказали: «В понедельник на работу!» Мы тогда поняли: что-то идет не так…

В августе 92-го года – я рассказываю об этом впервые – мы, большая группа офицеров, выразили свое возмущение и даже хотели пойти в парламент, чтобы потребовать реальных действий по разоружению наемников в Приднестровье, а не прекращения огня в ущерб интересам Республики Молдова. Посмотрите, к концу войны половина Тигины контролировалась нами; под Дубоссарами, в Коржова были наши ребята. А сейчас что?..

Эти территории мы уступили, они уже не наши. Разве это не предательство?! Когда разводились противоборствующие силы, тогдашняя власть дала добро на введение миротворческих постов за нашими позициями – и это было неправильно, некорректно. Обычно развод войск производится по линии огня. А мы на правом берегу Днестра уступили сепаратистам больше территорий, чем освободили на левом!

Посмотрите – Тигина, Кицкань, Кременчуг, Протягайловка – очень много населенных пунктов. И когда производилась делимитация зоны на правом берегу Днестра, то в расчет принималась каждая мелочь, конкретные координаты, каждый даже не метр – сантиметр! А вот когда дело дошло до левого берега – то и село Кочиерь, и Коржова… Есть очень много вопросов, на которые нам только предстоит получить ответы.

Свободная Европа: Вы знаете неизменный ответ нашего руководства – о том, что с такой силой, как Российская Федерация, лучше не тягаться, все равно проиграем. И что на уступки пришлось пойти ради прекращения кровопролития.

Генадие Косован: Нет-нет, мы, ветераны войны, в подавляющем большинстве с этим не согласны! Нам говорят, что переговорный процесс идет, что Приднестровье согласится на объединение с Молдовой. Но только при условии приднестровизации страны, только так.

Свободная Европа: А кого это волнует?

Генадие Косован: В последнее время появляется какое-то доверие, пусть небольшое, но доверие к власти, потому что с трибун международных организаций, в ООН и Совете Европы наши представители заявляют, что Молдова требует вывода 14-й армии, незаконно пребывающей на ее территории. Впервые были объявлены персонами нон грата шесть российских дипломатов, которые чем только у нас не занимались, но только не миротворчеством.

Спецслужбы РФ и приднестровский КГБ уже показывали свои возможности на президентских выборах в Молдове

Впервые Молдова закрыла двери перед высокопоставленным российским чиновником Рогозиным, который воевал в 1992 году на стороне сепаратистов, и его пуля убила одного из наших комбатантов. Из состава бригады особого назначения 33 человека погибли на Днестре… Раньше нам говорили, что не надо дразнить «старшего брата», который может рассердиться и перекрыть нам газ, электричество, и так далее; а нам почему-то было стыдно поднимать вопросы национальной безопасности. Более того, я твердо уверен, что в государственных органах есть люди, лояльные российскому милитаризму, они-то нас и подставляли.

Свободная Европа: Вообразим сценарий: Кишиневу и Тирасполю удается найти компромисс и развязать приднестровский узел. Как вы себе представляете на практике объединение двух берегов Днестра?

Генадие Косован: Компромисс с главарями сепаратистов – это неверный путь, потому что мировая практика показывает, что да, мы должны вести переговоры, но с кем? С людьми доброй воли. Я спросил как-то человека, который возглавлял бюро по реинтеграции в одном из предыдущих правительств: «Вы хотите реинтегрировать Приднестровье?» И он сказал, что есть бюджет в 16 млн леев, что оказывается финансовая поддержка Кошнице или селу Кочиерь… И тогда я задал другой вопрос: «А кто является главой сельсовета?» – и назвал конкретное село. А он мне в ответ: «Зачем мне все это надо?» Вот тебе и переговоры с людьми доброй воли, с общественными организациями, гражданами и бизнесменами…

Свободная Европа: Считается, что рядовым гражданам делить нечего, и для них объединение двух берегов Днестра означало бы жизнь в границах единого государства Республика Молдова. Но политики заинтересованы в сохранении «серой зоны». Потому что в мутной воде рыбу ловить проще.

Генадие Косован: Правильно. И что тут скажешь, если до сих пор от 45% до 60% бюджета так называемой приднестровской республики формируются за счет нас, налогоплательщиков, ведь это мы поддерживаем сепаратизм в Республике Молдова.

Федерализация – удар ниже пояса для Молдовы

Я почему говорю, что во главе должен быть закон? Если кто-то на левом берегу Днестра занимается антиконституционной деятельностью, например, так называемый президент, так называемый премьер-министр, так называемые министры – они автоматически должны понести уголовное наказание, потому что они оказывают антиконституционные услуги.

А эти их трибуналы и суды!.. Это же там выносятся незаконные приговоры, а нам приходится отвечать в ЕСПЧ. И только тогда, когда мы начнем применять законодательство, подобные занятия станут невыгодными, и люди начнут думать –а какой смысл всю свою жизнь прожить в этой непризнанной территории, где права не защищены, где в любой момент любой человек может оказаться в международном розыске или предстать перед судом за действия, которые он не совершал?..

Свободная Европа: Вы были замминистра внутренних дел. Есть еще одна важная проблема: за эти годы исчезло много людей и на том, и на другом берегу Днестра.

Генадие Косован: Когда я возглавлял департамент оперативных служб, мы проводили операции по всей территории Республики Молдова, включая Приднестровье. Были высокопоставленные чиновники из так называемого министерства внутренних дел Приднестровья, которые говорили нам: «Мы закрываем на это глаза, но вот когда состоится объединение, то и вы замолвите за нас словечко, чтобы нас не наказывали». Тогда, я думаю, и были открыты последние уголовные дела – десятки уголовных дел.

Свободная Европа: И чем они завершились?

Генадие Косован: Чем? Банальный пример – я прохожу в Приднестровье по уголовному делу, по факту нападения на государственные органы власти.

Если бы удалось сформировать рабочую группу, за десять лет этот вопрос можно решить

Свободная Европа: Вы –фигурант уголовного дела?

Генадие Косован: Да, на меня заведено уголовное дело. В Республике Молдова по этому вопросу (когда на нас напали на избирательном участке в Коржова) было возбуждено дело в отношении действующего так называемого президента Приднестровья. И вот когда я обратился в Генпрокуратуру, мне сообщили, что он объявлен в международный розыск…

Свободная Европа: Кто именно?

Генадие Косован: Красносельский! Посмотрите, я – пострадавший, меня избили, я получил сотрясение мозга. Той операцией руководил лично он, тогдашний министр внутренних дел Приднестровья. И наша прокуратура его простила, ну, а меня они до сих пор разыскивают, КГБшные сотрудники следят за мной, до сих пор на свой адрес я получаю всякие повестки… В моей стране меня преследует сепаратистский режим – и никто меня не защищает.

Свободная Европа: Скажите, а какие еще возможны варианты объединения двух берегов Днестра?

Генадие Косован: Смотрите, приднестровский опыт послужил хорошим уроком для Украины – она признала свою территорию оккупированной, и в этом контексте уже можно говорить о других мерах, других действиях с целью вернуть свои территории. Любые перемещения, любые попытки проникновения на эти территории из Донецка, Луганска или Крыма лиц без авторизации украинского государства рассматриваются как преступление. И эти люди преследуются.

Более того, граждане России, которые, например, были в Крыму, получили запрет на въезд в Украину. Эти территории называются «временно оккупированные». Значит, и 14-я армия, которая сейчас незаконно пребывает на левом берегу Днестра, тоже должна получить международный статус оккупанта, и тогда мы сможем применять Конституцию Республики Молдова на всей территории страны. И мы до этого дойдем.

Свободная Европа: Что будет, если в госструктуры Молдовы вольются представители приднестровского режима? И в министерство внутренних дел, и в таможню, и в налоговую, и в парламент…

Генадие Косован: Меня многие упрекают в том, что я поддержал смешанную систему выборов. По моему мнению, в рамках этой системы мы предоставим Приднестровью, скажем, один или сколько-то там мандатов. Если бы мы не поступили таким образом… Спецслужбы Российской Федерации и приднестровский КГБ уже показывали свои возможности на президентских выборах в Молдове, когда жителей Левобережья буквально заставили идти на избирательные участки. И гляньте, эта территория, со всем административным инструментарием сепаратистов, обеспечила Додону лишних 2%. – вместе с теми, кто незаконно голосовал и в Гагаузии, там же – и это доподлинно известно! – в двух населенных пунктах вместо 90 человек, которые находятся в России на заработках, проголосовали другие.

Я начал войну с пистолетом Макарова и 16 патронами, а они были вооружены до зубов, у них были танки!

В Приднестровье около 200 тыс. человек являются гражданами Республики Молдова с правом голоса. Из них около 20 тыс. поддерживают Молдову и будут голосовать за национал-патриотические силы. Остальные – это «троянский конь», и упаси Бог позволить им массовое голосование с нарушением законодательства, позволить им под дулом российского автомата включаться в избирательный процесс Республики Молдова – в этом случае, уверяю вас, мы все скоро окажемся в Сибири. Думаю, недавние морозы нам были посланы именно для того, чтобы молдаване – бессарабские румыны – не забывали, что есть Сибирь, а потому нам надо быть очень осторожными. Шутка ли, 200 тыс.человек в Приднестровье!..

Свободная Европа: Президенты Республики Молдова и Российской Федерации ищут решение приднестровского кризиса – так, во всяком случае, они говорят. Какой может быть развязка?

Генадие Косован: Развязку нам уже навязывали – «план Козака». Тот самый «план Козака», немного в другом виде, усовершенствованный, который предусматривает федерализацию Республики Молдова. И эта федерализация – удар ниже пояса для Молдовы.

Свободная Европа: Как тогда следует себя вести руководству Молдовы с сепаратистским режимом?

Генадие Косован: Этот сепаратистский режим представляет реальную угрозу с 92-го года, и ситуация с каждым годом только усугубляется. Сейчас у Приднестровья прекрасно обученная армия. Мы говорим – приднестровская армия, но на самом деле это российская армия, с единым командованием, единой системой связи, совместными учениями.

Мы должны применять закон. Во-первых, исключить проникновение в этот регион военных специалистов России, исключить доставку сюда военной техники, спецслужб, которые могут дестабилизировать ситуацию в Молдове. Лично я в последнее время с большой радостью узнал из СМИ, что в Россию выдворили более 80 человек, задача которых состояла в дестабилизации ситуации. И в срочном порядке следует пересмотреть действующий миротворческий механизм – для его интернационализации.

Свободная Европа: И сколько же примерно лет уйдет на все это?

Генадие Косован: На пересмотр миротворческой миссии уйдет около полугода.

Свободная Европа: А сколько лет понадобится Республике Молдова, чтобы стать единым государством?

Во время войны на Днестре были созданы первые лаборатории гибридной войны, и сегодня этими методами атакуют Европу и США

Генадие Косован: Если бы удалось сформировать рабочую группу, за десять лет этот вопрос можно решить. Есть определенные тактики и методы, в результате которых Приднестровье само будет проситься в Молдову. Я не хочу здесь раскрывать какие-то проекты и идеи…

Свободная Европа: Как ветеран войны на Днестре, о чем вы сожалеете?

Генадие Косован: Помню, я учился примерно в пятом классе в селе Чоара, и к нам приходили ветераны второй мировой войны, делились своими воспоминаниями. Мог ли я подумать, что когда-нибудь я сам буду ходить по школам, рассказывать ребятам о том зле, что принесла война в Приднестровье. Я все-таки надеялся, что эта проблема решится за пять-десять лет…

Свободная Европа: Но и там, в Приднестровье, есть участники войны, которые ходят по школам и рассказывают детям, что молдаване – их враг номер один…

Генадие Косован: Но как это возможно?! Враг номер один – за что? За то, что я хочу говорить на своем языке, пользоваться родным алфавитом? За это меня расстрелять? Я начал войну с пистолетом Макарова и 16 патронами, а они были вооружены до зубов, у них были танки! Я до сих пор ношу в себе несколько осколков – на память о «старшем брате» из России.

Если бы Россия хотела, чтобы на этой земле был мир, он давно бы уже здесь воцарился. Но у России другие интересы. Несмотря на то, что у нас были и правые, и левые правительства, и коммунистические, и пророссийские, Москва никогда не соглашалась на реинтеграцию Республики Молдова.

Молдова – плацдарм в Европу; во время войны на Днестре были созданы первые лаборатории гибридной войны, и сегодня этими методами атакуют Европа и США.

Pe aceeași temă

XS
SM
MD
LG