joi, octombrie 30, 2014 Ora Locală 17:54

История одного теракта

 

На днях в Армении отметили 15-ю годовщину самого громкого преступления в новейшей истории страны. 27 октября 1999 года пятеро вооруженных людей ворвались в здание парламента и открыли огонь по присутствовавшим в зале заседания депутатам и членам правительства. Группу преступников возглавлял Наири Унанян, в нее также входил его младший брат Карен. В результате были убиты председатель Национального собрания Карен Демирчян, премьер-министр Вазген Саркисян, вице-спикеры Юрий Бахшян и Рубен Мироян, министр по оперативным вопросам Леонард Петросян, депутаты Арменак Арменакян, Микаэл Котанян, Генрих Абрамян.

Дальнейшее развитие я не буду пересказывать, ибо нас интересуют не столько последствия, сколько причины самого большого потрясения в армянском обществе с момента окончания карабахской войны в 1994 году. Для начала о внутриполитическом контексте того времени.

В феврале 1998 года тогдашний президент Армении Левон Тер-Петросян под давлением силовиков из Карабаха, которые по окончании войны имели огромное влияние в Ереване, ушел в отставку. Его обвинили в подготовке невыгодного для Армении и Карабаха мирного соглашения с Азербайджаном и вынудили уйти с поста. В марте 1998 года на досрочных выборах победу одержал тогдашний премьер-министр Роберт Кочарян, а двое других членов «триумвирата заговорщиков» - Вазген Саркисян и его однофамилец Серж Саргсян – остались на своих должностях, соответственно, министра обороны и министра внутренних дел и национальной безопасности.

В мае 1999 года в Армении состоялись очередные парламентские выборы, на которых убедительную победу одержал созданный незадолго до этого блок «Единство» в составе партии «Еркрапа – Республиканская партия Армении» (лидер – Вазген Саркисян) и Народной партии Армении, которую возглавлял Карен Демирчян. Это был тот самый Демирчян, который руководил Советской Арменией с 1974 по 1988 годы и пользовался авторитетом в народе. Тандем Демирчян – Саркисян обрел большую власть: первый стал спикером парламентом, второй – премьер-министром.

И всё бы ничего, но, как говорят мои ереванские собеседники, проблема в том, что Вазген Саркисян был чрезвычайно амбициозным и властолюбивым, да еще агрессивным самодуром. Всё это означало, что премьерского кресла ему было явно недостаточно, и он не скрывал желания стать президентом. При этом Роберт Кочарян ушел в тень, т.к. «триумвират» фактически прекратил существование из-за самоустранения Сержа Саргсяна и стремительного взлета Вазгена Саркисяна. То есть конструкция, приведшая Кочаряна к власти, рухнула. Еще одной опасностью для него была жажда реванша со стороны команды Левона Тер-Петросяна – «Армянского общенационального движения». Примерно к осени 1999 года Роберт Кочарян оказался меж двух огней: зажат амбициозным «другом» Саркисяном и мстительными соперниками из АОД.

Но был еще один внутренний фактор: Вазген Саркисян очень жестко «работал» с бизнесом. Одних откровенно обирал, других закрывал, третьих попросту «кидал». По словам моих собеседников, премьер-министр попросту «достал» очень многих людей в стране. Плюс к этому его, не экономиста и не хозяйственника, обвиняли в социальных бедах и в неумении управлять страной. В общем, к моменту теракта мы имеем полный «букет»: разлад в правящей верхушке, социально-экономический кризис и затаившихся реваншистов. Почти классическая революционная ситуация. Тут самое время перейти к версиям. А версий, уважаемые читатели, столько же, сколько самих армян. Но я постараюсь выбрать наиболее вероятные или, если можно, «сгруппированные по смыслу».

Версия первая: революционеры-романтики

Это, собственно, позиция самих террористов. Во-первых, они ворвались в зал заседаний с криком «Хватит пить кровь народа!», а во-вторых, на суде открыто говорили, что решили наказать именно Вазгена Саркисяна за провалы в управлении страной. Что ж, ни убавить ни прибавить. Весьма удобная для всех версия, между прочим. Однако есть существенное «но»: мало кто верит, что пятеро вооруженных людей могли появиться откуда ни возьмись, беспрепятственно пронести автоматы Калашникова в здание парламента и устроить там погром. «Кто-то им помог», - витало в воздухе 15 лет, витает и сейчас. Отсюда и многочисленные другие версии…

Версия вторая: месть криминала или бизнеса

Поскольку в 90х годах эти два понятия были синонимичными, рассмотрим их вместе. Как я писал выше, Вазгена Саркисяна подозревали в «кидалове» и (или) чрезмерной жесткости в работе с бизнесом, что не могло не вызвать гнев соответствующих слоев общества. В Армении, где после войны оружия было более чем достаточно, нанять группу бандитов для солидной «разборки» - сущий пустяк. Вот и случилось…

Версия третья: Роберт Кочарян

Наверное, это самая устойчивая «внутренняя» версия. Во-первых, вышеописанный контекст сам подсказывает, что второй президент Армении, человек очень жесткий и бескомпромиссный, не мог мириться с ролью «английской королевы». Кстати, тогда говорили о том, что тандем Саркисян – Демирчян готовил изменения в Конституцию, желая сильно урезать полномочия президента, превратив Армению в парламентскую республику, или вовсе ликвидировать этот пост.

Во-вторых, уже впоследствии всплыли весьма красноречивые подробности. «Героем» нового поворота трагического сюжета стал не кто иной, как брат нынешнего президента Сержа Саргсяна – Сашик Саргсян (не удивляйтесь, в Армении любят давать «ласкательные» варианты имен и даже записывать их в паспорта в таком виде). Так вот, Сашик, однажды присутствуя на каком-то сомнительном мероприятии, выдал: «Мы стольких людей в парламенте не для того положили, чтобы сегодня вот так просто отдать власть другим». Этот эпизод имел место за несколько месяцев до президентских выборов 2008 года, когда Кочарян должен был уходить, а фаворитом считался именно Серж Саргсян.

Слова Сашика наделали много шуму в Армении, оппозиционная пресса потребовала провести расследование (тщетно), и даже сам будущий президент отослал своего братца от греха подальше. Максимально далеко – в Лос-Анджелес. Ситуация была просто анекдотичной: в прессе писали, что Серж сказал брату: «Ты что, осел?! Зачем такие вещи говоришь!» - и отправил в ссылку на калифорнийские пляжи. Но и там словоохотливый Сашик развил тему. Когда тамошние армяне (благо, в Лос-Анджелесе их очень много) спросили его о том заявлении, он выдал: «Я ж не осел, чтобы такое говорить. Зачем мы должны грехи Роба (Роберта Кочаряна) брать на себя?». Самое интересное, что эти слова так никто и не опроверг. Поэтому версия о причастности Кочаряна «по умолчанию» осталась едва ли не главной…

Версия четвертая: рука Москвы против вашингтонского обкома

Сложное геополитическое положение Армении, сильное влияние внешних сил (особенно России) и вообще страсть армянского народа к рассуждениям на глобальные темы сделали неизбежным поиск внешних факторов в деле о теракте. Надо сказать, что и сами факторы не особо скрывали свои уши, хотя прямую связь установить, конечно, затруднительно.

Нужно понимать, что в 1999 году, по завершении двух выборных кампаний в Армении, возобновились переговоры по Карабаху. Роберт Кочарян и Гейдар Алиев достаточно интенсивно обсуждали варианты урегулирования конфликта. Предполагалось выйти на саммит ОБСЕ в Стамбуле с конкретным документом. В те годы активно обсуждался так называемый «план Гобла», названный по имени американского политика Пола Гобла. Есть две вариации документа. Созданный в 1992 году «Гобл-1» предполагал передачу Армении Лачинского коридора для сухопутного коридора с Карабахом и взамен уступку Азербайджану Мегринского коридора на юге Армении (для соединения Нахичеванской автономии с остальным Азербайджаном).

В 1996 году был обнародован исправленный «Гобл-2»: ко всему сказанному добавлялось, что Армения, потеряв границу с Ираном в Мегри, получала ее севернее, на стыке границ с Турцией и Азербайджаном (Нахичеванью). То есть эти две страны теряли связь между собой, зато Азербайджан получал коридор в Нахичевань, а Армения – в Иран. Этот план благополучно провалился, но тогда, в 1999 году, чуть ли не прямым текстом говорили о реализации «Гобла».

И тут наша внешнеполитическая версия расходится на два взаимоисключающих направления. Суть в следующем: американцы будто бы убедили Вазгена Саркисяна (почему именно его, а не президента Кочаряна, неясно) в необходимости реализации плана. И вроде почти убедили… Но, как говорят мои собеседники, в последний момент премьер-министр Армении отказался. И американцы «наказали его за строптивость», просто приказав убрать.

Сразу скажу – эта вариация сильно «хромает». 27 октября 1999 года в Ереване находился первый заместитель госсекретаря США Строуб Тэлботт. Он успел побеседовать с Вазгеном Саркисяном за несколько часов до теракта. Можно, конечно, предположить, что американец, получив отказ в реализации «Гобла», решил наказать строптивого премьера. Но так сразу, через несколько часов? Я далек от мысли, что группа Наири Унаняна напряженно сидела в машине, ожидая звонка от американцев. Конечно, США умеют наказывать, но не прямо же «не отходя от кассы»!

Зато московская версия выглядит логичнее. Русские не могли не знать, что в армянском истеблишменте рассматривают план Гобла, который означал усиление позиций США в регионе. Москва едва успела порадоваться уходу прозападного Тер-Петросяна, как вновь замаячили заокеанские уши. Надо сделать оговорку: поскольку Вазген Саркисян был неудобен не только Москве, но и Роберту Кочаряну, вполне может статься, что президент мог сам обратиться к России с «деликатной» просьбой. Правда, один из моих ереванских собеседников уверенно говорит, что Кочарян был не в курсе подготовки теракта и, более того, сам висел на волоске вечером 27 октября, т.к. поднявшие голову реваншисты АОД, воспользовавшись хаосом, предъявили ему ультиматум – уйти в отставку в течение 24 суток.

Так или иначе, в ночь на 28 октября 1999 года в Ереван прилетели бойцы спецподразделения ФСБ «Альфа». Прилетели по просьбе Кочаряна. Предполагаемый государственный переворот захлебнулся, наутро группа Унаняна сдалась бойцам МНБ. Президент удержался у власти, план Гобла был навсегда выброшен на свалку, а после этого Армения стала медленно, но уверенно двигаться в сторону полного безоговорочного контроля со стороны России.

Опираясь на беседы со своими ереванскими друзьями, я не могу утверждать, что в Армении сильно сожалеют о гибели Вазгена Саркисяна. Его все-таки не любили и побаивались, от него устали. Демирчяна жалели больше, потому что он, вернувшись в большую политику после 10 лет затворничества, не успел проявить себя в полной мере в условиях новой независимой Армении. Зато Роберт Кочарян, оказавшись в одночасье без двух важнейших конкурентов, в течение примерно полугода сориентировался в новых условиях и с лета 2000 года начал жестко устанавливать «вертикаль власти». Кстати, в первые дни после теракта было арестовано несколько человек из его круга, шли даже разговоры о расследовании причастности самого президента к преступлению, но он, используя ошибки оппонентов, выправил ситуацию и «вышел в дамки»…

TaguriBlog, Ernest Vardanean, uropa libera


Валдайский Мюнхен Путина. Часть 2.

 

В этой части публикации мы рассмотрим мнения российских экспертов, и они, поверьте, не менее разнообразны, чем позиции их западных коллег. Так, президент вашингтонского Центра глобальных интересов Николай Злобин не драматизирует ситуацию и даже считает, что Путин не дал жестких оценок. «Был дан, по сути, компромиссный сигнал. Даже в той части, которая касалась Украины, не прозвучало жестких оценок, не было слов ни про «фашистов», ни про «хунту», - сказал эксперт газете «Ведомости». – Из минусов: хотелось бы услышать не только об американском давлении на мир, но и об ошибках России в международной политике. Америка не единственное государство в мире».

В свою очередь, киевский политолог Михаил Погребинский выделил то, что Путин поддерживает территориальную целостность Украины и не поддерживает отделение ДНР и ЛНР: «Его слова в этой части прозвучали эмоционально, и было ясно, что он категорически против войны». Речь Путина ориентирована, прежде всего, на западную аудиторию, уверен Погребинский: «Она во многом повторила мюнхенскую речь, но тогда посыл был наступательным, а сейчас – примирительным».

Зато руководитель близкого к Кремлю Фонда развития гражданского общества Константин Костин не считает правильным сравнение «Валдая» с «Мюнхеном»: «Тогда была попытка договориться с международным сообществом в существующей системе международного права и международных институтов. Сейчас существующая система себя изжила и не может ответить на все вызовы». «Какой бы мощной страной ни были США, это просто одна из стран. Они не могут решать все мировые проблемы. И президент это четко обозначил», - добавил Костин.

«Россия во главе с Путиным перешла в геополитическое контрнаступление, - заявил «Ведомостям» бывший начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны России Леонид Ивашов. – До этого мы, по-военному говоря, отстреливались, а теперь атакуем. Мир давно ждет от России такого поведения, ждет российскую догму безопасности и мироустройства».

«В мюнхенской речи были тезисы, сейчас – действия. Россия уже ведет себя вопреки американской политике в Сирии, помогая Асаду. Если США ведут военные действия там, где считают нужным, то и Россия может действовать так же», - сказал директор Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин. По его мнению, такая внешняя политика поднимает патриотический дух в РФ.

В то же время политолог Алексей Малашенко уверен, что Путин ничего нового не сказал, а Запад устал от его риторики. «Достаточно посмотреть на цифры, на экономику, энергетику, на то, как мы легли под Китай, чтобы понять цену этой речи и ответить на вопрос, куда мы движемся», - сказал эксперт.

Еще жестче речь Путина оценил политолог Дмитрий Орешкин: «По тональности речь, конечно, жесткая. Но есть санкции, конец проекту «Новороссия», военная операция не принесла победы. Америка, конечно, услышит слова Путина, но в случае с Россией, ядерной державой, угроза может быть только одна. Поскольку ее нет, то тут случай, когда собака лает – караван идет».

Газета The Financial Times цитирует аналитика российского Центра политических технологий Татьяну Становую. По ее словам, логика действий Путина такова: «Поскольку США несут ответственность за превращение глобальной политики в хаос, Россия присвоила себе право поступать так же». «Если не существует правил для США, то не существует правил и для России», - заявила эксперт.

Интересную мысль высказал экономист и публицист Михаил Хазин. На сайте Worldcrisis.ru он написал, что у России «всегда были свои правила». «На первом этапе – православные, на втором – коммунистические. Построенные на одной и той же традиционной системе ценностей. (…) Так вот, мы несли миру некие ценности, которые этим миром воспринимались достаточно благоприятно, что и позволяло нам много на что претендовать. Это и была, собственно, та «мягкая сила», которая позволяло России, а затем СССР быть великой державой», - пишет Хазин.

«А вот сегодня у нас такой силы нет. Официальная идеология у нас либеральная, строим мы либеральный капитализм (спросите правительство!), центром либеральной силы и идеологии являются США – как же мы можем их критиковать? Это какое-то противоречие получается! И это противоречие Путин в своей речи не разрешил, он его даже не упомянул…», - считает эксперт.

По его мнению, Путин должен был заметить это противоречие в выступлении. «Но вот если новые правила, которые Россия должна нести миру, предъявлены не будут – то нас задавят. Либо США, в рамках своих либеральных подходов, либо Китай, который сумел в рамках либеральных правил найти себе нишу, пользуясь своим преимуществом в рабочей силе и умении ее контролировать. И весь смысл «Валдайской» речи будет потерян – поскольку США и либеральный запад в целом просто не признают наше право так с ним разговаривать. Так что будем ждать, что сделает Путин», - резюмирует Хазин.

Экономист Сергей Алексашенко в комментарии для газеты «Коммерсант» заявил, что у России нет ресурсов для масштабного противостояния с США. «В такой ситуации любая попытка сыграть на обострение в политических отношениях с Западом чревата большими экономическими неприятностями. Причины торможения экономики известны – отсутствие защиты прав собственности и безумное криминально-бюрократическое давление на бизнес. И преодолеть их правительство не может ни повышением налогов, ни снижением процентных ставок, ни бюджетными инвестициями. Собственно говоря, и арсенал возможных действий со стороны президента тоже ограничен», - уверен эксперт.

В свою очередь, политолог Георгий Бовт в авторском материале на сайте «Газеты» написал, что жесткую речь Путина можно сравнить и с Мюнхеном-2007, и даже с Фултонской речью Уинстона Черчилля 5 марта 1946 года, возвестившей начало «холодной войны». В речи на «Валдае», полагает эксперт, «расставлены ориентиры». «Достаточно ли их будет не только для формирования, скажем, некоего нового, целостного понимания патриотизма, но и для формирования того образа будущего, который, наконец, наполнит ценностным смыслом общественно-политическую жизнь в стране, ощерившейся по отношению к двуличному и подлому Западу?» - рассуждает автор.

Он тоже считает, что России не хватает идеологической базы, некоей объединяющей идеи, в то время как антиамериканизм и обвинения «укро-бандеро-фашистов» стали дежурной риторикой. «Смыслом существования страны, претендующей на уважение и величие, не может быть даже самая неустанная работа назло дяде Сэму и уж тем более борьба с какой-то жалкой «киевской хунтой», - уверен Бовт. – В значительной мере ею может быть борьба за интересы Новороссии, за чем угадываются широкие контуры борьбы за интересы Русского мира, но и в этом случае требуется масштабная работа по наполнению соответствующим смыслом внутренней общественной жизни в стране».

В другом комментарии на страницах «Газеты» говорится о том, что «Валдай» стал заявкой России на «активное участие в формировании нового миропорядка», однако после Крыма Москва сталкивается с недоверием к ее действиям. «Путин абсолютно прав, говоря, что санкции против России наносят вред всем. Но ведь цель в том и состоит, чтобы сдержать Россию после Крыма и нанести ей вред. Это сознательное решение Запада нанести ущерб и себе ради неких собственных представлений о своей и международной безопасности», - говорится в тексте.

«Уважение к стране зависит в том числе от экономической мощи. Россия может считать себя политически равновеликой Америке, но тогда еще нужно уменьшить восьмикратный разрыв в размере ВВП», - подчеркивает автор, добавляя, что путинское выражение «медведь ни у кого разрешения спрашивать не будет», скорее всего, войдет в историю как «самое емкое описание смысла всей посткрымской политики России». «Однако, чтобы медведь, с одной стороны, не затоптал все в округе, а с другой – имел право голоса, теперь медведя хорошо бы «откормить»: без экономической мощи очень трудно претендовать на глобальное политическое влияние», - не без иронии заключает автор.

Главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков в редакционной колонке пишет о том, что выступление Путина на Валдайском клубе «носило концептуальный характер». «Оно было тщательно продумано по основным аспектам сегодняшних отношений России с Западом. Путин предоставил всю линейку аргументов для своих сторонников и пропагандистов. Главный из них: Россия все сделала правильно. А США делают в мире, что хотят. С кучей примеров: от Ирака до Ливии, от Косово до Украины, от Сирии до ИГИЛ», - отмечает журналист.

В то же время он полагает, что жесткая критика в адрес США говорит об отсутствии намерений у России налаживать отношения с Западом. «Это была своего рода «Фултонская речь» Путина, обозначавшая решимость противостоять Злу Запада, вдохновляемому из Вашингтона теми, кто стоит за кулисами всех бед в мире», - пишет Ремчуков. Он приходит к выводу о том, что и американская, и российская элита «очень хочет холодной войны». «Она многим выгодна, так как создает предопределенность будущего для самых влиятельных групп интересов по обе стороны Атлантики. (…) Военно-промышленный комплекс ликует. Предстоящая глобальная гонка вооружений истощит не одну экономику...», - отмечает главред «НГ».

Любопытная картина, не правда ли? Российские эксперты гораздо более сдержанны и скептичны в отношении путинской речи, чем западные специалисты! Это может объясняться, с одной стороны, некоторой физической усталостью российских политологов от самого Путина, который последние 15 лет просто не слезает с экранов ТВ. С другой стороны, российские комментаторы призывают не куражиться, не расслабляться, а избавляться от шапкозакидательских настроений, которые и так уже подвели отношения России и Запада к очень опасной грани.

Ни для кого не секрет, что «Крымнаш» поднял российскую самооценку на высочайший уровень, но с большой высоты больнее падать! Ресурс крымского блицкрига небесконечен, Путин не сможет всё время прикрывать патриотической риторикой проблемы в экономике, которые день ото дня проявляются всё острее. Да, в некоторых странах мира на Россию смотрят как на альтернативный западному либерализму культурный и политический полюс, но для этого нужно что-то более фундаментальное и аргументированное, чем просто «медведь не будет спрашивать…». Россия может и должна «монетизировать» свой альтернативный месседж в виде некоего «Нового курса». Времени не так уж много – рейтинг Путина начал снижаться…

Часть 1

 

 

TaguriBlog, Ernest Vardanean, Europa Libera


Валдайский Мюнхен Путина. Часть 1.

 

В мировой прессе и экспертном сообществе продолжают обсуждать выступление президента России Владимира Путина на традиционном форуме «Валдай», который в этом году впервые переехал в Сочи. Вечером 24 октября российский лидер выступил с примерно 40-минутной речью, которую предварил словами в духе «сейчас будет жарко».

Путин не разочаровал публику, сделав ряд громких – я бы даже сказал, программных – заявлений по международной политике. Он обрушился на США за проведение односторонней политики и в целом посвятил свою речь именно американским «партнерам». Я не стану цитировать выступление российского президента – его полный текст можно найти на сайте Кремля. Гораздо интереснее отследить реакцию российских и международных экспертов. Начнем, пожалуй, с реплики многих из них о том, что «Валдайская речь» Путина по жесткости сравнима с Мюнхенской речью 2007 года или даже превосходит ее.

Британская газета The Financial Times по этому поводу пишет, что Путин «предложил Западу мрачный выбор: либо он сотрудничает с Москвой и прочими развивающимися экономиками в деле создания более справедливого мирового порядка, либо все будет очень плохо». Издание цитирует Путина, который сказал, что США последние 20 лет пытаются господствовать в мире методами «одностороннего диктата», что они «неоднократно нарушали правила», развязывая военные действия в Косово, Афганистане, Ираке и Ливии, а также разжигая неудачные «цветные» революции.

При этом газета полагает, что таким завуалированным способом российский лидер предлагает Западу сотрудничество. «И логичный путь – это кооперация стран, обществ и поиск коллективных ответов на увеличивающиеся вызовы, совместное управление рисками», - заявил Путин. «…люди, знакомые с направлением мышления, которое стоит за речью Путина, говорят, что ее цель – признать факт скатывания российско-американских отношений до самой нижней отметки за последние 30 лет и подвести черту под последними событиями», - отмечает FT.

Руководитель консалтинговой компании по оценке рисков Eurasia Group Клифф Купчан сказал, что тон выступления президента РФ «ослабляет двусторонние отношения в целом и еще больше уменьшит шансы на российско-американское сотрудничество в украинском кризисе». Однако ведущий немецкий эксперт по России и биограф Путина Александр Рар считает, что Москва «не ищет конфронтации». «Америка нуждается в российской помощи в борьбе против ИГИЛ, - сказал он. – И это может положить начало определенным изменениям».

«Главный упор президент (Путин) сделал на том, что Россия хочет играть по правилам, в то время как другие нарушают эти правила, поэтому мы находимся в той ситуации (с санкциями), в которой оказались сейчас. Но Россия не хочет отворачиваться от Запада», - сказал РИА Новости профессор Школы международной службы Американского университета в Вашингтоне Кит Дарден.

Путин обозначил необходимость договориться на глобальном уровне о правилах игры, и эта мысль будет воспринята очень многими, пожалуй, кроме США, считает журналист и писатель, член редакции и колумнист британской газеты The Guardian Шеймас Милн. «Он (Путин) обозначил в своем выступлении достаточно ясный выбор: или вырабатывается какой-то новый набор глобальных правил и таким образом (все) пытаются договориться на глобальном уровне, или мы все ввергнемся в анархию, будут появляться все новые конфликты по всему миру. И он подчеркнул, что это не обязательно будет конфликт больших игроков, а некие косвенные конфликты. Это, на мой взгляд, главное в его выступлении», - сказал Милн, бывший модератором дискуссии с участием президента.

По словам журналиста, Путин «использовал сильные выражения». «Я думаю, что это, возможно, была наиболее жесткая его речь за долгое время», - сказал он. При этом Путин, отметил Милн, «как он это часто делает, выражался двояко». «С одной стороны, он осудил американский интервенционализм, его разрушительное влияние, и при этом подчеркнул, что Россия не считает США угрозой, в отличие от самих американцев, которые так отзываются о России», - сказал Милн.

«Здесь, в рамках «Валдая», представлен широкий спектр взглядов. И многие были оскорблены даже заявлениями в адрес США, а многие, очевидно, нет. Но большинство, я уверен, восприняли и правильно оценили заявления о глобальных угрозах, которые обозначил Путин. Его слова будут услышаны многими в мире. Хотя США вряд ли будут отвечать на поставленные им вопросы», - цитирует Милна агентство РИА Новости.

Директор Лондонской академии дипломатии Джозеф Мифсуд в перерыве валдайского форума заявил «Ленте», что эксперты «Валдая» многократно отмечали важность взаимодействия России и Европы. «Я бы хотел добавить, что у Европы два сердца – восточное и средиземноморское, - сказал профессор. – И второе очень близко русскому сердцу. Италия, Испания, Греция, Кипр, Мальта, Словения – у жителей этих стран весьма схожее мышление, и они хорошо понимают Россию».

Участники дискуссии вспомнили заявление, сделанное двумя днями ранее на «Валдае» первым заместителем руководителя администрации президента Вячеславом Володиным: «Есть Путин – есть Россия, нет Путина – нет России». Самому Путину это напомнило изречение короля Людовика XIV «Государство – это я», но стало понятно, что такие отождествления ему не по душе. Президент назвал володинский тезис «неправильным», потому что Россия без него «обойдется», а вот свою жизнь вне России он представить не может.

Зарубежные эксперты с пониманием отнеслись к словам кремлевских чиновников о безальтернативности Путина для России. Например, тот же Мифсуд отметил, что считает неправильным для других государств вмешиваться во внутреннюю политику России. «Решать это должны не США или Евросоюз, а граждане России, у которых есть право выбирать президента, - подчеркнул он. – У кого-либо извне такого права нет. Когда Запад пытается решать, как должна быть устроена власть в других государствах, мы получаем то, что сейчас творится в Сирии и Ливии, то есть полный беспорядок».

Интересно прочитать мнение главного редактора сайта The Consortium News Роберта Пэрри. Он от души «прошелся» по коллегам из газеты The New York Times, упрекнув их в том, что они априори негативно воспринимают любое заявление или действие Путина, даже не допуская вероятности того, что он может быть прав. «То, что Путин прав, практически не совместимо с позицией газеты, которая просто пишет, что Путин «произнес свою, возможно, самую сильную диатрибу против Соединенных Штатов» с целью «внушить мнение Москвы о том, что американское вмешательство привело к большинству из недавних мировых кризисов», - пишет Пэрри. Он продолжает, что газета, вместо того чтобы излагать собственные мысли, дублирует «коллективное мнение» официального Вашингтона по поводу провоцирования Россией кризиса в Украине и «продления агонии» Сирии путем поддержки Башара Асада.

Главный редактор напоминает, что Путин – один из тех немногих лидеров, которые работали с Обамой над снижением напряженности вокруг Сирии и Ирана. «Но эти мирные вмешательства сделали Путина привлекательной мишенью для неоконов, которые осенью 2013 года начали готовить государственный переворот в Украине на границе с Россией», - пишет Пэрри. Он добавляет, что Обама и Путин обращали мало внимания на эти маневры, в результате чего неоконы в лице президента неправительственной организации «National Endowment for Democracy» Карла Гершмана, сенатора Джона Маккейна и помощника госсекретаря США по европейским делам Виктории Нюланд начали работать над переворотом. В заключение гневной отповеди в адрес названной газеты Роберт Пэрри отмечает: «Похоже, рациональности и реализму больше нет места в работе мэйнстримных СМИ Соединенных Штатов».

Наконец, дадим слово самому официальному Вашингтону. Звезда телеэкрана Дженнифер Псаки, комментируя валдайскую речь, сказала на брифинге в Госдепе, что США не хотят вступать в конфронтацию с Россией, но не будут менять свою позицию по принципиальным вопросам. «США не ищут конфронтации с Россией. Но мы не можем и не будем идти на компромисс по принципам, на которых базируется безопасность в Европе и в Северной Америке», - сказала Псаки. Она напомнила, что США и Россия работали вместе над различными вопросами, такими, как сокращение ядерного арсенала, уничтожение сирийского химического оружия, сообщает ТАСС. «Мы нацелены на продолжение сотрудничества с Россией в сферах общих интересов. Мы надеемся, что так и будет. Хотя у нас есть несогласие по некоторым вопросам, и мы продолжим стоять на своих принципах», - заключила Псаки.

Продолжение следует…

TaguriBlog, Ernest Vardanean, Europa Libera


Коротко о глобальном. Обзор экспертных оценок. Часть 3.

 

Американская пресса и комментаторы продолжают критиковать президента Обаму за провалы во внешней политике. Так, издание The Consortium News указывает на три принципиальные ошибки хозяина Белого дома: вооружение сирийских повстанцев, многие из которых «взаимозаменяемы» с джихадистами; ужесточение санкций против Ирана, несмотря на его предложения согласовать предельный уровень обогащения урана невоенного назначения; отчуждение от российского президента Путина, который нужен самой Америке для урегулирования кризисов на Ближнем Востоке. Причем автор указывает на то, что переворот в Украине произошел при поддержке США.

«Баллотируясь в президенты в 2008 году, Барак Обама обещал новую эру сдержанности во внешней политике США, - продолжает эту тему издание The National Interest. – И в некотором смысле он действительно был сдержаннее своего предшественника. Но те, кто ожидали пересмотра вселенских амбиций Америки, разочарованы послужным списком Обамы». Автор публикации поясняет, что Обама так и не сумел избавиться от «революционного настроя» предыдущей администрации, что проявилось в способствовании свержению Каддафи в Ливии, в поддержке противников Асада в Сирии и оказании помощи сторонникам Майдана и организаторам переворота в Украине.

Издание «Русская планета» пишет, что украинский кризис и последовавшее санкционное безумие «еще более отдалили Россию и Европу друг от друга, возможно, на долгие годы». «Уже к концу нулевых годов стало очевидно, что при нынешнем руководстве России ее пути с Западом расходятся. Для России особую актуальность приобрел вопрос – кто, если не Запад, сможет стать для нее партнером по модернизации экономики. Определенную надежду на Западе возлагали на президентство Медведева, но возвращение Путина в 2012 году привело к новому витку напряженности в отношениях. И тогда же стало проявляться сначала подспудное, а затем все более явное переориентирование России на сотрудничество с Китаем», - говорится в публикации.

Мой армянский коллега Арег Галстян, специализирующийся на американской элите и внешней политике США, считает, что Барак Обама изначально был против вмешательства в дела «арабской весны», и в этом вопросе его поддерживал вице-президент Джо Байден и советник по национальной безопасности Томас Донилон. «Но, в конечном счете, неопытная Хиллари Клинтон, будучи до мозга костей правозащитником, заявила, что Каддафи готовит геноцид собственного народа, и в случае невмешательства, весь мир будет тыкать на Америку пальцем, как это было в Камбодже, Руанде и Судане, - отмечает политолог в публикации на сайте «Эха Москвы». – И даже советы опытного и прагматичного Джона Керри, возглавляющего в то время комитет по международным делам Сената, оказались для президента менее весомыми, чем мнение Хиллари Клинтон и Виктории Нуланд».

Еще одной ошибкой Обамы, считает Арег Галстян, является то, что Белый дом не уделял должного внимания работе американских неправительственных отношений в России, отдав их на откуп Госдепу, а Клинтон и Нуланд могли вообще игнорировать Обаму при обсуждении некоторых вопросов. Именно безграмотная работа московского офиса USAID и посольства во главе с Майклом Макфолом, которое превратилось «в некий консультативный центр для внутренней российской оппозиции, привела к запрету деятельности столь крупной и важной организации», уверен эксперт.

Два американских политолога в совместном материале, опубликованном на сайте авторитетного онлайн-издания «Россия в глобальной политике», пишут, что нынешний конфликт «нельзя объяснить фундаментальной несовместимостью России и Запада», к тому же само его возникновение стало неожиданностью для лидеров России и США. Авторы напоминают, что в июне 2013 года Путин и Обама издали совместное заявление о расширении двустороннего взаимодействия, в котором подтверждалась готовность «к углублению двустороннего сотрудничества на основе принципов взаимного уважения, равноправия и реального учета интересов друг друга». «А через 9 месяцев Обама введет беспрецедентные санкции против России за ее действия на Украине», - говорится в публикации.

«Хотя нынешний кризис не был неизбежным, в месяцы и годы, предшествовавшие вторжению в Крым в феврале 2014 года, евроатлантическая институциональная структура все больше становилась источником трений между Россией и Западом. Не то, чтобы расширение западных структур привело к вторжению России, как считает политолог Чикагского университета Джон Миршаймер и некоторые другие аналитики. Однако процесс принятия Россией решений по Украине можно понять только в более широком контексте порядка, установившегося в Европе после окончания холодной войны, и его изъянов. Точно так же, чтобы разобраться с процессом принятия Западом решений по Украине, необходимо учитывать колоссальные достижения этого порядка», - уверены американские политологи.

Между тем, влиятельное издание The Foreign Policy откровенно пишет о том, что «результатом мнимого гамбита Путина стала, по сути, капитуляция НАТО», после чего хозяин Кремля волен делать что угодно в Украине и в любом другом регионе, где, по его мнению, российские интересы подвергаются угрозе. Американский сайт напоминает о том, что еще с 2000 года российская ядерная доктрина предусматривает развертывание полевых ядерных сил для сворачивания конфликта с НАТО, если российские силы будут подвергаться риску поражения в обычной войне. «Это означает, что Кремль уже тогда был готов держать пари, что ни Обама, ни лидеры других ядерных держав не нажмут «ядерную кнопку», если у них будет возможность избежать этого», - добавляет издание.

Кстати о доктринах. Еще в начале сентября о подготовке новой российской доктрины в интервью РИА Новости сообщил заместитель секретаря Совета Безопасности РФ Михаил Попов. По его словам, изменения продиктованы возникновением новых военных опасностей и угроз, которые проявились и в событиях «арабской весны», в вооруженном конфликте в Сирии, а также в ситуации на Украине, которая является «очередным этапом политики экспорта «цветных революций».

Главный редактор журнала «Национальная оборона», член Общественного Совета при Минобороны Игорь Коротченко обращает внимание на то, что в существующей доктрине слишком завуалированные и дипломатичные формулировки. «У нас были иллюзии по поводу партнерства с НАТО и США, поэтому и формулировки, принятые 4 года назад, обтекаемые, - сказал он в интервью изданию «Эксперт». – Сейчас иллюзий не осталось».

Зампред комитета Госдумы по обороне Франц Клинцевич тоже считает, что в новой военной доктрине России должен быть четко обозначен реальный противник, чего в нынешнем документе нет. Поэтому с учетом формирующейся ПРО, «которая уже практически построена против нас, а не против иранских ракет», противник будет обозначен. И этот противник – НАТО. «Мы понимаем, что работают спецслужбы, агрессивные намерения могут случиться с разных сторон, и могут быть использованы страны-провокаторы», - добавляет депутат.

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов полагает, что обозначение противника в доктрине вполне логично. «Очевидно, что отношения между Россией и Западом ментально вернулись к ситуации «холодной войны». И обе стороны рассматривают друг друга в качестве вероятного противника. Из этого вытекают те или иные меры по размещению своих сил и, наверное, стоит ожидать ремилитаризации Европы», - сказал Лукьянов «Эксперту».

Однако жесткая отповедь американской администрации прозвучала и напрямую от российских властей. Так, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров раскритиковал выступление Барака Обамы в ООН и, в частности, тезис Вашингтона о том, что Россия – вторая по важности мировая угроза, после вируса Эбола, но перед джихадистами «Исламского государства».

«Вашингтон открыто продекларировал свое право использовать военную силу – в одностороннем порядке и где угодно – для отстаивания собственных интересов. Военное вмешательство стало нормой, даже вопреки тому, что все силовые операции, предпринимавшиеся в последние годы Соединенными Штатами, заканчивались плачевно», - отметил российский министр.

В связи с этим сайт PolitRussia констатирует, что старый миропорядок уходит в прошлое. «Долго ли европейские и американские политики смогут цепляться за остатки старого мира, в тщетных попытках удержать его, вернуть «все как было!», покажет время. Но уже сейчас можно сказать, что если мюнхенская речь Путина стала отправной точкой к гибели этого «старого мира», то речь Лаврова можно считать крепким гвоздём в крышке гроба «Демократии по-американски», - говорится в тексте.

Однако, как мы с вами понимаем, уважаемые читатели, в геополитике ничто не проходит бесследно. Тут как в законе сохранения энергии: она не появляется ниоткуда и никуда не исчезает. Вот и в международной политике: если Россию «ушли» из «Большой восьмерки», вполне логично, что она пристанет к другому берегу. И это отнюдь не только БРИКС. Например, блогер FritzMorgen пишет, что «нет никакой причины называть «большой семёркой» собрание запутавшихся в долгах стран, которые не являются самыми крупными ни по экономике, ни по населению, ни даже по темпам роста».

«Экономическое лидерство сейчас стремительно перетекает в Китай и Россию, и когда этот процесс завершится, Запад столкнётся с необходимостью начать жить «по средствам», без постоянного притока ресурсов из остального мира. Лёгким этот переход не будет: особенно если учесть, что экономика США без долларовых инъекций нежизнеспособна в принципе, а другие крупные страны Запада вынуждены импортировать нефть и газ», - уверен автор.

Что интересно, это частное мнение подтверждается объективными данными. В середине октября британская газета The Financial Times опубликовала материал о том, что новая «Большая семерка» развивающихся стран по объему ВВП (точнее, по паритету покупательной способности) уже обошла старую «семерку». Это Бразилия, Индия, Индонезия, Китай, Мексика, Россия и Турция.

Ссылаясь на доклад Международного валютного фонда, газета пишет о том, что суммарный объем ВВП (ППС) «новой семерки» составляет 37,8 трлн. Долларов США, а «старой семерки» - 34,5 трлн. долларов США. По мнению исследователей Financial Times, несмотря на малую точность расчетов ВВП по ППС, эти данные указывают на резкие перемены в балансе сил на мировой арене: «Теперь в первой двадцатке рейтинга половину позиций занимают страны с развивающейся экономикой». (Цитата по газете «Ведомости»).

Таким образом, переформатирование мирового порядка становится реальностью. Уже не имеет значения, как и чьей победой завершатся украинский кризис или гражданская война в Сирии. Ибо эскалация напряженности между двумя супердержавами пошла по некоей внутренней логике, вне зависимости от контекста того или иного конфликта. Не будь Украины, было бы что-то другое. И хотя некоторые эксперты правы в том, что Россию и США поссорили во многом искусственно, нельзя не признать, что стремление Москвы вернуть утраченные позиции наталкивается на сопротивление Вашингтона и (или) ряда европейских правительств, как-то: Великобритания, Польша, Швеция, страны Балтии и т.д. Формирование подлинно многополярного мира идет полным ходом, и хотя до обретения им мало-мальски осязаемого вида еще далеко, можно смело утверждать, что запущенный процесс будет трудно остановить и тем более повернуть вспять…

Часть 1

Часть 2

Читайте также:

«Мы наш, мы новый мир построим!» Часть 1 Часть 2 Часть 3

Россия и США – обреченные быть вместе? Часть 1 Часть 2

TaguriErnest Vardanean, Blog, Europa Libera


Коротко о глобальном. Обзор экспертных оценок. Часть 2.

 

Ввиду того, что в 2014 году отмечалось столетие начала Первой Мировой войны, нынешнее обострение на Ближнем Востоке и трагические события в Украине стали неизбежно восприниматься как начало или предтеча новой мировой войны. Однако аналогии возникают не только с всемирной катастрофой 1914 года, но и с другими, более ранними войнами.

Так, кандидат исторических наук, публицист Андрей Фурсов в интервью «Свободной прессе» вспомнил о Тридцатилетней войне 1618-1648 годов, после которой был заключен Вестфальский мир – одна из важнейших вех в развитии международных отношений. «То, что мы сейчас видим в мире, очень похоже как раз на Тридцатилетнюю войну. Мы имеем серию локальных конфликтов, которые создаются умышленно. Это Ливия, Сирия, Украина», - полагает историк и предсказывает обострение на Кавказе и в Центральной Азии. «Если говорить о главном уроке войн XX века для России, то главный урок заключается в том, что нас не оставят в покое до тех пор, пока мы контролируем свою территорию с ее ресурсами и остаемся сами собой. Вот такой урок мы должны для себя вынести», - добавил Фурсов.

В свою очередь, доктор исторических наук, профессор Юозас Ермалавичюс уверен, что сегодняшнее мировое противостояние близко к мирному разрешению. «Противостояние идет на глобальном уровне. Раньше такого масштаба конфликта не могло быть, как и глобального масштаба современного кризиса. Он охватил все сферы жизни общества, вплоть до личности. Какими были мировые войны, сейчас такой войны не будет. Но человечество балансирует на грани гибели», - сказал эксперт в интервью «СП». Он считает, что нынешнее глобальное противостояние началось с событий в Польше в 1980 году, но «человечество за три с лишним десятилетия устало от этого постоянного конфликта».

«Положение вещей, в котором гибли миллионы людей, оканчивает свой исторический путь. Ситуация заставляет народы позаботиться о своей судьбе. И никто больше, как это было до сих пор, не будет молиться на тупую и наглую финансовую олигархию», - заявил Ермалавичюс.

Американское издание The National Interest, в этом году посвятившее бесчисленное множество публикаций проблеме международной безопасности, в очередном материале тоже сравнивает современный мир с Тридцатилетней войной. Вместе с тем, автор текста отмечает, что сегодня нации-государства больше не воюют между собой, а вооруженные конфликты (не войны) происходят между людьми и среди людей. С другой стороны, издание считает, что с 1945 года в мире главенствовала американская система ценностей, но сейчас всё меняется.

Российский сайт авторских текстов PolitRussia сравнивает сегодняшний кризис с Крымской войной 1853-1856 годов. Тогда, после окончания войны, в Российской империи был экономический провал на фоне устаревшей и разбалансированной системы управления и производства; устаревшие вооруженные силы, не имеющие возможности отвечать на вызовы современности, и мощное политическое и экономическое давление со стороны западных держав. Зато после этого новый император Александр II постепенно выдавил пробританские силы и заменил их патриотами и профессионалами, провел экономические реформы и модернизировал армию, вывел Россию из международной изоляции и начал экспансию на Дальний Восток и Среднюю Азию.

А в начале 2000х годов в России был такой же экономический провал на фоне устаревшей и разбалансированной системы управления и производства, устаревшая армия и мощное давление со стороны Запада. Зато после этого Путин постепенно выдавил прозападные силы и олигархов, собрав вокруг себя патриотично настроенных профессионалов, а далее повел Россию по такому же пути, модернизировав армию, вернув стране статус мировой державы и поведя ее по пути на Восток.

Издание из США The Consortium News критикует Барака Обаму за то, что он не признает роль Соединенных Штатов в организации государственных переворотов. Иран-1953, Гватемала-1954, Чили-1973, Гаити (дважды), Венесуэла (неудачно, 2002), Гондурас-2009, Египет-2013 и теперь Украина-2014, перечисляет автор. Говоря о выступлении американского президента на Генеральной Ассамблее ООН в сентябре, аналитическое издание сетует, что Обама предложил упрощенческую, пропагандистскую версию произошедшего в Украине, а именно: «Во всём виновата Россия, и все, кто на стороне США, - хорошие парни, на правильной стороне истории». 

Consortium News отмечает, что нынешние киевские власти «не только отправляют нацистов атаковать людей на востоке Украины, но и сажают в тюрьму граждан, раздающих листовки». «Признание хоть части этой мрачной правды, а не простое зачитывание скучных пропагандистских штампов, придало бы выступлению президента Обамы в ООН больше доверительности», - пишет издание.

С критикой в адрес американского лидера выступил и авторитетный журнал Forbes. Анализируя одно из выступлений Обамы минувшим летом, автор публикации заметил, что хозяин Белого дома умудрился в трех коротких предложениях сделать три грубые фактологические ошибки.

Во-первых, президент США сказал, будто мигранты не рвутся в Москву в поисках широких возможностей. «Вы хоть раз были в Москве, видели, сколько там мигрантов из Центральной Азии?» - вопрошает автор. Во-вторых, Обама сказал, будто продолжительность жизни у российских мужчин составляет около 60 лет. «Около 60» - это слишком приблизительная цифра, т.к. реальная – 65 с небольшим лет», - не без ехидства пишет издание. В-третьих, президент США рассказал о якобы «сокращающемся населении» России. «Российское население не сокращается, а увеличивается – в 2009-2013 годах», - констатирует журнал.

Снова обратимся к изданию The Consortium News, которое пишет о том, что неоконсерваторам удалось достичь одной из основных целей, «оторвав» Обаму от Путина и сделав маловероятным сотрудничество двух лидеров по Сирии, Ирану и другим проблемным регионам. «Иными словами, неоконы всё еще надеются, что эти проблемы будут урегулированы не через компромиссы, а скорее через провоцирование нового военного столкновения», - пишет сайт. «Основным уроком этих трагедий должно быть то, что настоящими злодеями являются люди, делающие ставку на хаос и войну, а не на прогресс и мир, - уверен автор. – А в случае с Ближним Востоком и Украиной крупнейшими поджигателями этой ненужной войны являются американские неоконы».

Еще один материал The National Interest. «К сожалению, мало оснований думать, что Государственный департамент заинтересован в достижении политического решения (украинского кризиса); он хочет поражения России, как того желают «ястребы» в политическом классе США», - пишет издание. Оно отмечает, что у Европы нет единого руководства, и она скорее стремится следовать в фарватере США, чем независимой политике под скромным германским лидерством. «Шок от трагедии в небе (над Донбассом) заморозил те участки политического головного мозга, которые отвечают за отдаленные последствия и возможные компромиссы; в такие моменты мы чаще всего думаем, что нужен «хребет», а не гибкий ум», - добавляет автор.

Сайт InfoWars выражается еще категоричнее. «Правительствам стран мира, особенно вассалам Вашингтона в Европе, Канаде, Австралии и Японии, надо сказать, что они ответственны за прекращение потворства американской агрессии или за принятие их ответственности за Третью Мировую войну», - пишет издание. Оно приводит «Доктрину Вулфовица», которая заключается в том, что главной целью США является предотвращение появления нового соперника, будь на постсоветском пространстве или где бы то ни было еще. «Враждебной силой считается любая страна, не являющаяся вассалом Вашингтона», - добавляет издание, поясняя суть доктрины. «Разрушение мира – это то, к чему побуждают идиотские (так в тексте – Э.В.) правительства ЕС и «пресституирующие» западные СМИ, потакая лжи и агрессии Вашингтона», - безапелляционно пишет сайт.

Российское аналитическое издание «Внешняя политика», в свою очередь, отмечает, что украинский кризис поставил точку в отношениях между Россией и США, которые развивались на протяжении 25 лет. «Та стремительность, с которой они были разрушены, и отсутствие в обоих государствах влиятельных сил, которые бы прикладывали усилия для их восстановления, свидетельствуют о завышенных ожиданиях и недопонимании, которые наполняли эти отношения в последние годы, - говорится в материале. – Это также говорит о глубоко засевшем в сознании российской элиты антиамериканизме и сопоставимой по степени русофобии со стороны США».

«В сложившейся ситуации новой «перезагрузки» в отношениях быть не может. Попытки восстановить их на основе той логики, которая имела место ранее, ни к чему не приведут. Та логика более не действительна. Однако эти отношения должны быть пересмотрены с учетом реальности, существующей в обеих странах сегодня, в том числе и имеющихся расхождений в понимании современной мировой ситуации и своего места на международной арене», - добавляет автор.

Продолжение следует…

Часть 1

 

 

TaguriBlog, Ernest Vardanean, Europa Libera


Коротко о глобальном. Обзор экспертных оценок. Часть 1.

 

По уже устоявшейся традиции, отдельный мини-цикл материалов я посвящаю глобальным проблемам современности, вернее, их главному нерву – российско-американским отношениям. Поскольку основные вопросы международной повестки (Украина, Иран, арабский мир, Восточная Азия) и так освещаются мною в соответствующих публикациях, анализ сложных отношений между Москвой и Вашингтоном рискует каждый раз возвращаться к этим же пунктам. Однако я преследую несколько другую цель: писать не о том, что делают две державы, а зачем и почему они это делают. А в новом цикле основное внимание будет уделено оценкам экспертов других стран.

Еще в июле американское издание AlterNet опубликовало обширный материал, описывающий 10 причин хаоса в современном мире. Приведу эти пункты в сокращенном виде:

1) Современный мир сформировался благодаря политике колониальных держав, которые поделили мир между собой, прочертив границы государств без учета существовавших этнических, религиозных и культурных реалий, поэтому не нужно рассматривать многие сегодняшние государства в качестве эквивалентов государств со своей собственной историей национальной идентичности.

2) После окончания колониальной эпохи стало очевидно, что для сохранения искусственных границ и предотвращения их дезинтеграции необходимы диктаторы, способные заполнить вакуум, оставленный после ухода колониальных держав. Главный урок в том, что в отсутствие по-настоящему коллективного и объединяющего процесса, в отсутствие сильного гражданского общества, решающую роль всегда будут играть местные идентичности. Поэтому пройдет достаточно много времени, прежде чем многие новые государства станут настоящими государствами, в которых нет внутренних конфликтов.

3) Со времен Второй мировой войны вмешательство колониальных и великих держав в процесс консолидации новых государств стало отличным примером антропогенных катастроф. Суть в том, что все лидеры, получившие свои должности с помощью поддержки извне, правили недолго и принесли с собой нестабильность.

4) Сегодня религиозные войны и исламистский экстремизм становятся все более серьезной и пугающей угрозой. Существует четкая взаимосвязь между отсутствием развития и рабочих мест и беспорядками на религиозной почве. При рассмотрении религиозных войн необходимо в первую очередь искать тех, кто за ними стоит. Религии становятся воинствующими только тогда, когда кто-то пытается использовать их в своих целях.

5) Попытки создать региональные и международные альянсы, призванные обеспечивать стабильность, всегда сводились на нет национальными интересами. Пока все рассуждали о Крыме, Украине и Путине, европейские компании продолжали вести дела с Россией, несмотря на разговоры об эмбарго. Сейчас идет становление многополярного мира, но насколько стабильным он будет, пока остается неясным.

6) В мире, который становится все более разобщенным в результате возрождения национальных интересов, сама идея совместного управления теряет привлекательность и силу. Два двигателя глобализации – торговля и финансы – не являются неотъемлемыми составляющими ООН, которая сконцентрировалась на вопросах развития, мира, прав человека, защиты окружающей среды, образования и так далее. Вывод: ООН теряет свою значимость.

7) Ценности и идеи, считавшиеся универсальными (сотрудничество, взаимная помощь, международная социальная справедливость и мир) также теряют свою значимость. На встрече лидеров Большой семерки в июне не были подняты проблемы изменения климата и переговоров о ядерном разоружении – а ведь эти две проблемы являются главными угрозами для нашей планеты.

8) После окончания холодной войны демократию стали воспринимать как данность. На самом деле в течение последних 20 лет формула представительной демократии постепенно теряла свой блеск. Прагматизм привел к утрате долгосрочного видения, а политика сейчас всё больше напоминает простое администрирование.

9) Важным элементом глобального хаоса стал подъем «новой экономики», то есть экономики, которая подразумевает постоянную безработицу, отсутствие инвестиций в социальную сферу, снижение налогов для крупных капиталов, маргинализацию профсоюзов и уменьшение роли государства как регулятора и гаранта социальной справедливости.

10) Общий вывод: сегодня информация практически исключает анализ, заставляя сконцентрироваться на событиях. Способность СМИ разобраться в мировом хаосе минимальна, поэтому они повторяют то, что им говорят политические лидеры. Все СМИ, как правило, зависят от трех международных информационных агентств, которые представляют западный мир и его интересы.

Тогда же в июле влиятельное американское издание The National Interest задалось глобальным вопросом: какой должна быть «реальная» политика США по отношению к России? Автор предлагает шесть основных направлений: 

1) Санкции. В краткосрочной перспективе они лишь добавят Путину популярности и подстегнут ультранационалистические силы в России и уж точно не заставят Кремль отказаться от украинской кампании, направленной на сохранение Киева в сфере влияния Москвы. «А если Путин уступит внутреннему давлению и отправит войска через границу (с Украиной), что сделает Запад для защиты Украины, особенно с учетом того, что мы (США) отказались от применения силы? Просто добавит санкций?» - вопрошает автор.

2) Украина. Эта страна разрознена, экономически и политически. «Российская агрессия не создала, а выявила внутренние разногласия между Востоком и Западом, между элитами и остальным обществом, а также между олигархическими кланами, которые терзают Украину с момента обретения независимости», - пишет издание. Даже если сепаратистов удастся победить, продолжает автор, Украине понадобится целое поколение и миллиарды долларов, чтобы выстроить целостное государство и вылечить экономику, но хватит ли Западу терпения и ресурсов для такой задачи?

3) Трансатлантическое сообщество. Американцам нужно приложить немало усилий, чтобы сохранить связи с Европой, а в случае с Германией – восстановить их (с учетом скандала вокруг прослушивания телефонов). «Но наша спешка с санкциями, наше желание руководить Западом лишь увеличивает трещину между Соединенными Штатами и Европой и внутри самой Европы», - констатирует американское издание.

4) Китай. Автор отмечает, что одним из следствий попыток изолировать Россию стали удвоенные усилия Москвы по укреплению связей с Пекином. При этом Россия говорит с Китаем с ослабленных позиций, а это, в свою очередь, усиливает позиции Поднебесной. В итоге складывается парадоксальная ситуация: США ослабляют одного соперника, усиливая другого, гораздо более опасного.

5) Управление глобальной экономикой. Автор предлагает задуматься о долгосрочных последствиях применения санкций против России – о последствиях для глобальной экономики. Издание напоминает о решении БРИКС создать собственный финансовый институт как альтернативу МВФ и Всемирному банку и как инструмент осуществления торговых операций в национальных валютах. 

6) Россия. Называя ее «самым сложным фрагментом стратегической головоломки», автор напоминает о том, что Москва является партнером в урегулировании проблем на Ближнем Востоке, Иране и Афганистане, а не только соперником в Украине. В связи с этим издание указывает на риск чрезмерного ослабления России (в результате санкций) – страны, которая является важным партнером в выстраивании и сохранении глобального баланса сил в интересах США. Поэтому The National Interest предлагает в некоторой степени всё-таки приноровиться к России ради самих же американских целей.

В другом материале это солидное издание отмечает, что сегодня, как и в годы «холодной войны», Восточная Европа стала ареной геополитического противостояния, причем в наши дни Европа одновременно и игрок (как союзник США в НАТО), и арена противостояния. «Хотя новое соперничество происходит в относительно небольшом регионе, на периферии ключевых интересов США и даже Европы, оно имеет влияние в мировом масштабе, - пишет автор. – Смещение России к востоку, усиливающее ее связку с Китаем, получает бóльшую стратегическую глубину».

При этом на Ближнем Востоке Россия и США продолжают иметь определенные общие интересы в вопросах борьбы с терроризмом или предотвращения распространения ядерного оружия. Но с возникновением украинского кризиса Москва стала активнее поддерживать Асада в Сирии, укреплять отношения с Тегераном, сближаться с Египтом и Саудовской Аравией, умудряясь отстаивать свои особые связи с Израилем. «Это новое соперничество в значительной степени проходит на поле экономики и информационных потоков и будет в конечном итоге определяться экономическими факторами и известными подходами», - добавляет издание.

Интересную мысль высказал известный российский политолог, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала «Россия в глобальной политике» Сергей Караганов, говоря о настроениях в американском истеблишменте. «Нынешний баланс настроений в элите США напоминает положение конца 1970-х гг. Тогда униженная и раздраженная поражением во Вьетнаме, нефтяным кризисом, ростом антиамериканизма и на этом фоне усилением соперника – СССР – американская элита довольно умело затянула нашу страну с ее геронтологическим руководством в петлю афганской войны. Сейчас стремление сбить спесь с России нацелено не только против России, но и против стоящих рядом с ней и за ней побеждающих в мировой конкуренции не западных и все более очевидно антизападных новых стран – прежде всего, Китая. Так что ставки снова высоки», - написал эксперт на страницах газеты «Ведомости».

С другой стороны, уверен Караганов, американцы опасаются, что «Россия начнет заполнять вакуумы, образующиеся на Ближнем и Среднем Востоке». «Наконец, в этих же кругах, да и в Европе, крайне опасаются реального экономического поворота России к Тихому океану. Он усиливал бы ее позиции в экономическом и политическом торге на Западе. Но главное – укреплял бы позиции не только Китая, но и союзников США – Японии, Южной Кореи, у которых увеличивалось бы поле маневра, уменьшалась бы потребность в американских гарантиях», - считает политолог.

 

Продолжение следует…

TaguriBlog, Ernest Vardanean, Europa Libera


Думы об Украине. Часть 2. Кто разгонит тучи?

 

ОБСЕ пока отказывается от предложения Берлина использовать для мониторинга ситуации в Украине немецкие беспилотники, которыми, согласно планам бундесвера, должны управлять военные, сообщает Deutsche Welle со ссылкой на представителя организации. Агентство РИА Новости напоминает, что Германия предложила миссии ОБСЕ направить в ее распоряжение два беспилотника и солдат бундесвера. «Мы рады любому предложению помощи от стран-членов нашей организации. (…) Однако участие военнослужащих противоречит мандату нашей миссии на Украине», - заявили в штаб-квартире ОБСЕ в Вене.

Однако проблема, как мы понимаем, гораздо шире банального технического вопроса о беспилотниках. Характерно, что стороны и посредники конфликта далеки от похвал в адрес минских соглашений от 5 и 19 сентября, но никто не отрицает их важности. «В минских договоренностях, процесс реализации которых уже пошел, есть подтверждение начала общенационального диалога, который, рассчитываем, будет начат на следующих этапах по претворению в жизнь минских документов», - сказал, в частности, министр иностранных дел России Сергей Лавров в интервью телеканалу НТВ.

«То, что происходит сейчас в отношениях между нашими президентами (России и Украины), подтверждает, что мы все равно найдем выход из нынешнего кризиса и поможем украинским братьям договориться о том, как им обустраивать свою страну, - цитирует российского министра агентство РИА Новости. – Мы не можем потерять Украину, потому что это не группа лиц, совершивших переворот и захвативших власть, (…) а самый близкий, братский народ, с которым мы имеем общие исторические, культурные, мировоззренческие и цивилизационные корни».

Более того, считает Лавров, кризиса в Украине можно было избежать, если бы в свое время был согласован предложенный Россией договор о европейской безопасности. «В свое время, много лет назад, мы предложили согласовать и принять договор о европейской безопасности, который бы кодифицировал провозглашенный на политическом уровне принцип неделимости безопасности, когда ни одно государство не имеет право обеспечивать свою безопасность за счет ущемления безопасности других. Этот договор был отвергнут. Получается, что страны НАТО, которые отказались его даже обсуждать, являют собой коллективного «Мистера нет», - заявил министр в интервью НТВ. – Убежден, если бы договор о евробезопасности был в свое время согласован и стало бы формироваться единое экономическое и гуманитарное пространство от Лиссабона до Владивостока, не возникло бы тех проблем, которые сейчас привели к глубочайшему кризису государственности на Украине».

Путин выразился более категорично. Еще в сентябре он прямо обвинил страны Запада в провоцировании украинского кризиса. «Кризис на Украине, который был спровоцирован и создан нашими западными партнерами, используется для реанимации этого военного блока (НАТО). Всё это, безусловно, будет нами учтено при принятии решений по поводу обеспечения безопасности нашей страны. Мы должны будем сделать всё для того, чтобы эта безопасность была абсолютно надежно гарантирована», - цитирует российского президента издание «Эксперт».

Между тем, российский блогер, пишущий под ником Friend, обращает внимание на то, что минская встреча «контактной группы» (Украина, ДНР/ЛНР, Россия, ОБСЕ) состоялась 5 сентября, одновременно с саммитом НАТО в Уэльсе, где как раз обсуждался вопрос о консолидации мер давления Запада на Россию. «Минский протокол стал гирькой на весах, которую Россия положила на раскачивающиеся в Уэльсе весы вопроса о переходе на качественно новый этап холодной войны Запада против нашей страны», - отмечает блогер, добавляя, что, благодаря минской встрече, НАТО не приняло окончательных решений ни по вопросам поддержки Киева, ни по давлению на Россию. Правда, с последней мыслью автора трудно согласиться, потому что спустя всего неделю после Минска ЕС принял новый пакет санкций против РФ.

Понятно, что «минско-миланский процесс» всё же лучше, чем война и гибель мирных жителей. Но есть ряд существенных НО. Во-первых, после подписания двух сентябрьских протоколов трагедии не прекратились – практически каждый день в Донбассе гибнут люди. Во-вторых, ни одна сторон не выполняет взятых обязательств. Например, украинская армия так и не ушла из донецкого аэропорта (вернее, из того, что от него осталось), и ополчению пришлось выбивать ее оттуда силой. В свою очередь, само ополчение не спешит оставлять ряд населенных пунктов в буферной зоне, поскольку там у бойцов остаются семьи, за жизнь которых они опасаются.

В-третьих, минское перемирие – это именно перемирие, а не окончательный мир. Каждая из воюющих сторон более или менее явно готовится к реваншу, т.к., с одной стороны, Украина не хочет «приднестровизации» Донбасса, опасаясь попросту потерять свою территорию. Сам Донбасс недоволен тем, что контролирует «жалкий огрызок» (встречал я и такие выражения) Новороссии, и жаждет взять под контроль территорию не только Донецкой и Луганской области, но и других регионов, вплоть до Одессы. Россия при этом не хочет упускать Новороссию (в любом виде), но пытается сделать это не столь явно, чтобы не давать повода для очередного пакета санкций (впрочем, иногда я ловлю себя на мысли, что украинский кризис стал уже фоном, а не причиной, и санкции отныне живут своей жизнью). Наконец, Европа не может потерять лицо, закрывая глаза на политику России (и это мы пока не говорим о Крыме!), но не желает быть бóльшими украинцами, чем сами украинцы, особенно сейчас, когда наступление холодов заставляет европейцев быть немножко эгоистами…

Одним словом, украинский кризис вышел за рамки внутреннего цивилизационного разлома, став региональным геополитическим прожектом, где крупные игроки, уцепившись за крымско-донбасскую тему, принялись форсировать свою политику, не особо считаясь с чаяниями самой Украины (кто бы что ни говорил). Однако это вовсе не означает, что официальный Киев должен кивать исключительно на внешние силы, игнорируя внутренний диалог.

«Государства, непосредственно не вовлеченные в конфликт, пристально наблюдают за развитием событий. Для них главный урок украинского конфликта в том, что современная международная система безопасности не способна урегулировать застарелый внутренний и международный вооруженный конфликт. Ввиду масштабных последствий украинского кризиса Украина и Россия, невзирая на их общую многовековую историю, утратили возможность возобновить диалог. Противники такого диалога попытают дискредитировать саму идею переговоров. Однако именно взаимосвязь между историей и политикой, и в частности – между исторической памятью и политическими мотивами участников конфликта – вызывает особое беспокойство в связи с нынешним замораживанием диалога», ­- написал директор Института Кеннана при Центре Вудро Вильсона Мэтью Рожански на сайте российского аналитического издания «Внешняя политика».

«На сегодняшний момент для украинцев гораздо важнее начать диалог по внутреннему примирению – прежде чем начинать его с Россией. Попытка скрыть внутриукраинские противоречия под объединяющим лозунгом европейской интеграции может привести к трагической близорукости, присущей советской власти по итогам предыдущей войны», ­- уверен американский политолог.

Трудно с ним не согласиться, уважаемые читатели. Евромайдан начался именно с того, что предыдущие украинские власти приостановили процесс европейской интеграции, что не понравилось одной части общества этой страны. Теперь эта же часть общества, добившись инкорпорации во власть своих, скажем упрощенно, единомышленников, с удивлением обнаруживает, что в стране есть и другая часть общества, которая не желает европейской интеграции и, более того, готова на крайние меры в случае игнорирования ее мнения.

В самом деле, мы получаем практически зеркальную ситуацию: сторонники евроинтеграции пошли на жесткие шаги, свергнув президента и правительство (и сейчас добивают остатки «неверных» в Верховной Раде), а теперь противостоят другой части общества, которая готова на еще более радикальные меры. Впрочем, эти воззвания были к месту где-нибудь в апреле, когда принимались Женевские соглашения, но теперь, когда число жертв в Донбассе превышает несколько тысяч (по самым скромным подсчетам), вряд ли обе части общества выразят готовность к диалогу. По большому счету, мы можем рассчитывать только на диалог ради диалога. Лишь бы не было войны…

 

Часть 1

 

Читайте также:

Украина между небом и землей. Часть 1. Часть 2.

Пакт Путина – Меркель

Украина: пейзаж после битвы. Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4.

 

TaguriBlog, Ernest Vardanean, Europa Libera

În exclusivitate