Linkuri accesibilitate

Владимир Сокор: „Аннексировав Крым, Россия значительно повысила уровень угрозы для остальных причерноморских стран”


Владимир Сокор

Владимир Сокор

Эксклюзивное интервью аналитика Джеймстаунского фонда.

Саммит Североатлантического альянса завершился в субботу совместным заявлением, в котором речь идет о политике НАТО в отношении России, уточняются планы по укреплению военного присутствия в странах Центральной и Восточной Европы, широко обсуждается роль, которую взял на себя Альянс по отношению к своим членам, а также по отношению к государствам-партнерам, среди которых и Республика Молдова.

Аналитик Джеймстаунского фонда Владимир Сокор рассказал нашему корреспонденту об итогах саммита, который отдельные политики назвали „историческим” и „самым важным после окончания Холодной войны”. Россия подвергла жесткой критике итоговую декларацию саммита, которая состоит из 140 пунктов, и заявила о намерении „потребовать объяснений” от Альянса на заседании Совета НАТО-Россия 13 июля.

Свободная Европа: Многие говорят о варшавском саммите НАТО как о переломном моменте в истории Альянса. Евроатлантическим союзникам удалось решить наиболее важные проблемы, прежде всего, связанные с безопасностью?

Владимир Сокор: Я участвовал еще в одном саммите, который также называли „переломным, поворотным” — это было в 2006 году в Риге, стране, которая только-только вступила в расширенный Североатлантический альянс. И вот сегодня, десять лет спустя, саммит проходит в столице другой страны, присоединившейся к НАТО после распада Советского Союза.

Поворотным этот саммит можно назвать чисто символически, в других отношениях это слово не подходит. Реальный поворот можно приписать России, которая практически вынудила Североатлантический альянс принять контрмеры в ответ на ее же, российскую агрессию у непосредственных границ НАТО, на ее растущий, развивающийся и прогрессирующий потенциал по созданию новых очагов конфликтов в Европе. В этом смысле да, можно говорить о повороте со стороны России, о повороте, навязанном Россией Североатлантическому альянсу.

Свободная Европа: И сейчас самое важное — ​как выстроятся отношения Кремля с Альянсом? Это самое важное?

Владимир Сокор: Нет, самое важное не это. Важно то, каким образом Североатлантический альянс гарантирует безопасность своих членов и безопасность своих непосредственных соседей на восточном фланге.

Свободная Европа: И каким образом НАТО может обеспечить безопасность периферии, лишенной обороноспособности?

Владимир Сокор: Итоги этого саммита более чем скромны. Есть, разумеется, упущения в плане ответа на существующие вызовы. НАТО представляет собой альянс 28, сейчас уже 29 стран, с разной, зачастую противоречивой точкой зрения на угрозы в отношении безопасности, с разными политическими, стратегическими и финансовыми приоритетами. Любой саммит Североатлантического альянса по определению является компромиссом между очень многими интересами. Этот компромисс нашел отражение и в итоговой декларации варшавского саммита.

Свободная Европа: В итоговой декларации саммита нашлось место и Республике Молдова, и Украине…

Владимир Сокор: Да, разумеется, нашлось место всему. Это очень длинная декларация. Слишком длинная, по моему мнению, и именно потому, что практически каждая страна хочет, чтобы ее собственная позиция нашла отражение в итоговом документе. Поэтому итоговое заявление настолько большое.

Свободная Европа: Вопрос сейчас в том, что последует после Варшавы.

Владимир Сокор: Это так. Но, по моему мнению, следует немного проанализировать итоговый документ, прежде чем говорить о перспективах после саммита. Сосредоточиться на проблемах, которые касаются в первую очередь нашего региона.

Свободная Европа: Другими словами что произойдет в „серой зоне” между НАТО и Россией? Вы это имеете в виду?

Владимир Сокор: Как на территории самого Альянса, так и по соседству с НАТО. Альянс решил разместить в общей сложности четыре батальона — в Польше и три — в прибалтийских государствах. Это первая мера, направленная на сдерживание возможной агрессии со стороны России. Четыре батальона — это очень слабый уровень, несоразмерный уровню угрозы, которая исходит от России. В следующем году планируется эти четыре батальона дополнить.

Альянс по-прежнему остается заложником договоренности 1997 года, так называемого „учредительного документа”, „основополагающего акта НАТО-Россия”. В 1997 году Альянс был полон иллюзий в том, что касается перспектив отношений с Россией. В том документе существует положение, согласно которому НАТО не будет размещать военные силы на постоянной основе на территории новых государств-членов, исходя из сложившегося на тот момент климата безопасности. Следовательно, если условия изменятся, это положение развязывает Альянсу руки и позволяет ему разместить что угодно, когда угодно и где угодно.

Но ряд стран НАТО, во главе с Германией, расценивают это положение иначе, считая, что основополагающая договоренность НАТО-Россия не позволяет Альянсу размещать свои силы на постоянной основе на территории стран-членов. Это тенденциозная трактовка. Этот момент не подлежит интерпретации, он предельно ясен: у НАТО руки развязаны. Германия же и другие страны сохраняют приверженность этим ограничениям. Именно так объясняется ограничение контингентов, которые будут развернуты в четырех выше упомянутых странах, до уровня батальонов. Это очень мало. Этих батальонов недостаточно для обеспечения защиты. Более того, их недостаточно и для сдерживания возможной агрессии со стороны России. Их роль сводится, скорее, к механизму сигнализации, который в случае российской угрозы подтолкнет Североатлантический альянс к принятию решения о размещении более крупных контингентов для отражения российской агрессии.

Свободная Европа: Но генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг сказал, что на данный момент Россия не представляет непосредственной угрозы для НАТО и что Альянсу просто надо быть готовым на всякий случай...

Владимир Сокор: Разумеется. Но в совместном заявлении речь идет об угрозах, конкретно об угрозах со стороны России. И что отпор не является соразмерным. Согласно обсуждениям, которые ведутся сегодня в рамках Альянса — и они не секретны, все открыто — в случае агрессии России в странах Балтии с их захватом в течение нескольких дней НАТО может начать операцию по освобождению. В этом случае прибалтийские государства могут стать сценой военных действий. Вот почему размещение только четырех батальонов явно недостаточно. Чтобы сдержать любую агрессию необходим более высокий уровень войск, размещенных по ротации или на постоянной основе, без оглядки на „операцию по освобождению” уже после того, как нападение произошло.

Свободная Европа: Кто кого сейчас опасается больше: НАТО России или Россия — НАТО? И почему Российская Федерация видит в НАТО врага?

Владимир Сокор: Россия видит в НАТО врага в силу своей стратегической цели — доминировать на всем европейском континенте. В этом смысл российских лозунгов создания равной для всех системы безопасности или политической, экономической и стратегической системы, как формулирует русские, от Атлантического океана до Тихого, от Лиссабона до Владивостока.

Свободная Европа: Но мы говорим о ситуации вокруг Черного моря.

Владимир Сокор: Черное море стало своеобразной демаркационной линией между пространством, контролируемым Североатлантическим альянсом, и пространством, контролируемым Россией. Эта демаркационная линия проходит посередине Черного моря. Такой раздел не является ни официальным, ни формальным, ни желаемым — это факт. Путем аннексии Крыма, Россия значительно подняла уровень угрозы для остальных причерноморских стран.

В преддверии варшавского саммита планировалось, что Североатлантический альянс пойдет на две существенные меры в районе Черного моря. Первая мера, более или менее симметричная с прибалтийской, касалась создания многонационального контингента, скорее всего, на территории Румынии для проведения совместных учений с силами НАТО в регионе, прежде всего в Румынии, Болгарии и Турции, а также нечерноморских стран — разумеется, на территории Румынии. Эта мера не была доведена до конца, на варшавском саммите принято решение о создании штаба многонациональной дивизии. Штаб многонационального корпуса на территории Польши уже создан, а штаб на территории Румынии предстоит создать.

Также, накануне саммита планировалось создание морского комплекса на Черном море на постоянной основе, в составе турецких, румынских и болгарских кораблей — как причерноморских стран, с временным участием со стороны нечерноморских стран-членов НАТО. Существует Конвенция Монтре, которая устанавливает лимит пребывания военных кораблей нечерноморских стран в 21 день. Разумеется, положения этой Конвенции можно соблюдать, направляя в Черное море корабли по принципу ротации и сменяя их каждые три недели.

Эту меру не удалось провести в жизнь, так как самым неожиданным образом перед саммитом премьер-министр Болгарии Бойко Борисов отклонил это предложение. Инициатива принадлежит Румынии, я ее поддержал, считаю ее целесообразной. Болгарское правительство на уровне соответствующих министерств также одобрило инициативу, но в последний момент премьер-министр отклонил ее.

Свободная Европа: В Центральной Европе существуют и другие мнения — критика в адрес Североатлантического альянсе. В частности, на этом саммите президент Франции Олланд сказал, что Москва является партнером и у НАТО нет полномочий говорить, какими должны быть отношения Европы с Россией…

Владимир Сокор: Да. Вначале нашего разговора я говорил, что у стран НАТО разное видение собственных национальных интересов, экономических приоритетов и отношений с Российской Федерацией. Политическая, экономическая и стратегическая дисциплина НАТО далеко на та, что прежде.

Свободная Европа: В итоговой декларации саммита НАТО нашлось места и Республике Молдова. Что она должна сделать для того, чтобы успеть вскочить в этот последний, как говорят, вагон?

Владимир Сокор: Речь не идет о последнем вагоне. Республика Молдова не стремится вступить в Североатлантический альянс, да и НАТО тоже не хочет, чтобы Республика Молдова стала его членом. Молдова – нейтральное государство. Другое дело, взаимодействие между Республикой Молдова и НАТО, сотрудничество на функциональном уровне в целях укрепления...

Свободная Европа: …обороноспособности Республики Молдова.

Владимир Сокор: По сути, Республика Молдова не обладает обороноспособностью. Армия Республики Молдова не способна вести боевые операции. Молдова представляет собой военный вакуум. Хотя Кишинев отправляет саперов, которые обезвреживают мины в той или иной операции НАТО, это отнюдь не означает, что Молдова обладает определенной обороноспособностью. Она напрочь лишена ее. Вопрос в том, что может сделать НАТО, чтобы подготовить Молдову к созданию долгосрочных возможностей для защиты. Именно в этом, по всей видимости, и состоит цель инициативы НАТО по укреплению обороноспособности.

Содержание этой инициативы не обнародовано, остается посмотреть, каким образом она проявит себя на практике. Разумеется, уровень и далее будет низким. С другой стороны, было бы желательно, чтобы нейтралитет Республики Молдова нашел отражение в совместном коммюнике НАТО. После саммита Альянса пророссийские партии в Республике Молдова, разумеется, скажут, возможно даже прокричат, что нейтралитет Молдовы нарушают. Это далеко не так. Никто не нарушает нейтралитет Республики Молдова. Другие государства, признанные в качестве нейтральных, Швеция, Финляндия, Швейцария, даже Австрия, сотрудничают с НАТО несравненно активнее, чем Республика Молдова.

Тем не менее, чтобы предупредить возможные протесты со стороны пророссийских партий, которые могут усложнить деятельность молдавского правительства, было бы желательно, чтобы НАТО отметил нейтральный статус Молдовы.

Более обстоятельный подход проявил Альянс к агрессии России против Украины. В совместном заявлении, в котором Украине уделено большое внимание, Россия не упоминается как агрессор, а как фактор, оказывающий финансовую и иную помощь группам боевиков. Мятежников в итоговом заявлении называют не мятежниками, не сепаратистами, а боевиками, и Россия упоминается исключительно в плане того, что оказывает им финансовую и иную помощь. Более того, в итоговом заявлении Россию призывают использовать свое значительное влияние на боевиков, чтобы убедить их принять участие в мирных переговорах. Такой подход не может удовлетворить.

Свободная Европа: Вернемся к Республике Молдова, которую на этом саммите представлял министр обороны Анатол Шалару. Как известно, он призвал НАТО оказать содействие в преобразовании миротворческой операции на Днестре в гражданскую миссию, и помочь вывести российские войска и боеприпасы с территории Республики Молдова в соответствии с международными обязательствами, которые приняла на себя Москва. Кто учтет эту просьбу?

Владимир Сокор: Я говорил вскоре после 1999 года, где-то в 2001–2002 годах, что если мы и впредь будем ссылаться на так называемые стамбульские соглашения, то и наши дети, и внуки наши будут продолжать на них ссылаться, так как для претворения этих резолюций в жизнь не делается ничего.

Стамбульским соглашениям скоро 17 лет, но они лишены какой-либо юридической силы, предписания саммита полностью игнорирует Россия. Это тем более прискорбно, что с 99-го года по настоящий момент у нас нет никаких иных инструментов, кроме стамбульских. Сложилась ситуация, которая просто ставит нас в смешное положение. Мы сами себя дискредитируем, если продолжаем цепляться за необязательное соглашение, которое на протяжении вот уже 17 лет сплошь и рядом нарушается и ничего более того.

Я, конечно, поддерживаю призыв г-на Шалару, но в этом обращении ничего нового нет. Я прекрасно помню, как в 1993 или 1994 году тогдашний министр обороны Республики Молдова Николае Цыу сформулировал именно это предложение на Генеральной ассамблее Объединенных Наций. 22 года прошло с тех пор. Затем и в 2004 году президент Владимир Воронин участвовал в саммите НАТО в Стамбуле и выступил с таким же призывом, что и г-н Шалару — он просил НАТО помочь в урегулировании молдавско-российского конфликта в Приднестровье с возможным возложением на Североатлантический альянс роли миротворца. В 2004 году.

Восточное соседство, которое включает Украину, Молдову, Грузию и Азербайджан, остается таким же уязвимым перед прямой или косвенной агрессией со стороны России, каким было весь этот период, начиная с 1992 года…

Я тогда говорил, что в мышлении г-на Воронина произошла революция. Разумеется, опять ничего не было сделано. Причина тому более чем ясная, которая, к сожалению, сохранилась по сей день: Североатлантический альянс не захотел взять на себя роль гаранта безопасности в странах восточного соседства. Восточное соседство, которое включает Украину, Республику Молдова, Грузию и Азербайджан, остается таким же уязвимым перед прямой или косвенной агрессией со стороны России, каким было весь этот период, начиная с 1992 года…

Свободная Европа: Вы считаете, что Россия когда-нибудь призадумается всерьез о необходимости вывода своих войск с территории Республики Молдова? И что миротворческая миссия на Днестре станет гражданской? Особенно в контексте недавних заявлений российского вице-премьера Рогозина во время визита в Республику Молдова, который сказал, что миротворческой операции на Днестре „быть достаточно долго” и что танкам визы не нужны…

Владимир Сокор: Заявления [Дмитрия] Рогозина нередко преподносятся как шутка, но их следует принимать всерьез. Что имеет в виду г-н Рогозин, когда говорит, что так называемые миротворцы останутся на Днестре надолго? Он имеет в виду, в продолжение политики России в последние 15-20 лет, что в случае политического соглашения между великими державами и между Кишиневом и Тирасполем, которое предоставило бы Приднестровью политический статус в составе Республики Молдова, российские войска превратятся из миротворческих в гарантийные. Иными словами, Россия намерена играть роль миротворца до урегулирования конфликта, а после урегулирования остаться здесь в другой роли — роли гаранта урегулирования. Это имеет в виду г-н Рогозин, и такой подход Россия проявляет на протяжении последних двух десятилетий.

Свободная Европа: Г-н Сокор, и в порядке подведения итога этой части беседы: как получилось, что регион оказался в центре внимания, в том числе НАТО, какие усилия были предприняты до настоящего момента и кем?

Владимир Сокор: Вы имеете в виду восточное соседство?

Свободная Европа: Да.

Владимир Сокор: Мандат президента Бэсеску был крайне успешным. Он попытался, и в значительной степени это ему удалось, сохранить черноморский регион в поле зрения Североатлантического альянса. Главная заслуга г-на Бэсеску в том, что удалось подвести фундамент под двустороннее стратегическое партнерство между Румынией и Соединенными Штатами Америки. Румыния является стратегическим партнером США на двустороннем уровне, это сотрудничество, разумеется, привязано к Североатлантическому альянсу, но оно проходит вне натовских рамок, это двусторонняя американо-румынская история. И в этом, на мой взгляд, самая большая заслуга г-на Бэсеску. Что касается восточного соседства, то, как видно и из варшавской декларации, НАТО не собирается вмешиваться даже в дела своих непосредственных соседей – стран восточного партнерства. США и другие страны НАТО не поставляют Украине летальное оружие, а ограничиваются лишь вспомогательной техникой.

Свободная Европа: И что же может произойти в этой „серой зоне” между Североатлантическим альянсом и Россией?

Владимир Сокор: Этот вопрос мы сами задаем себе не первый год, но пока без ответа. Зона продолжает оставаться серой. НАТО по-прежнему не вмешивается. В совместном заявлении лишь выражается поддержка ряду международных организаций, в частности, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Европейскому Союзу, ООН. НАТО поддерживает усилия этих организаций на бумаге, разумеется. Иными словами, это способ заявить, что НАТО не вмешивается.

Очень пространный параграф посвящен ОБСЕ. НАТО выражает надежду, что ОБСЕ решит проблемы — напрасная надежда. ОБСЕ не является частью решения, ОБСЕ является частью проблемы, так как сама организация нередко пляшет под дудку России. И здесь все-таки заметно отличие между американской позицией от имени Соединенных Штатов Америки и коллективной позицией Атлантического Альянса. США в своих публичных заявлениях на всех уровнях говорят, что Россия является агрессором, что у России на территории Украины есть войска – не только боевики, а войска. И США осуждают так называемых боевиков за нападения на миссию ОБСЕ. Они, например, уничтожают беспилотники, запугивают сотрудников миссии, запрещают им доступ и т.д.

Эти констатации со стороны американцев не нашли отражения в совместном заявлении НАТО. В итоговом документе саммита просто выражается более или менее абстрактная поддержка Миссии ОБСЕ, но ничего не говорится о том, что Россия срывает выполнение миссии ОБСЕ. Иными словами, здесь налицо несогласованность позиций, и совместное заявление 28-ми стран — это компромисс на довольно низком уровне.

Свободная Европа: Грядет заседание Россия-НАТО. Какие сюрпризы возможны?

Владимир Сокор: У НАТО и России абсолютно разный подход к мероприятию, которое состоится на днях. НАТО выступает за диалог с Россией – на чисто техническом уровне, не на политическом. За диалог, который даст возможность определить, как можно избежать морских или воздушных столкновений, угроза которых более чем реальная исходя из агрессивных действий России на море и в воздухе.

Иными словами, речь о необходимости находить компромиссы во избежание инцидентов и возможных столкновений, повышать гласность, попросить Россию заранее оповещать о военных учениях с участием очень большого количества войск и которые действительно беспокоят Североатлантический альянс. Проще говоря, технические меры, меры гласности, меры предсказуемости – технические меры.

Россия, однако, сторонник политического подхода. Россия хочет воспользоваться предстоящим заседанием для того, чтобы осудить действия НАТО, осудить сам процесс расширения НАТО, который происходит после 1999 года, осудить тот факт, что войска НАТО будут размещены, пусть и в очень ограниченном и недостаточном количестве, но все-таки будут размещены на территории прибалтийских стран и в Польше; Россия хочет осудить на политическом уровне создание противоракетного щита в Румынии и Польше.

Можно не сомневаться, Россия сместит акценты этого заседания, разумеется, она будет уходить от обсуждения вопросов гласности и недопущения столкновений, и обрушится на Альянс с упреками политического порядка с целью не только пропаганды, но и для того, чтобы подтвердить пораженческие настроения в рамках НАТО во главе с министром иностранных дел Германии г-ном Штайнмайером, французским президентом Олландом и другими лидерами НАТО, которые скажут: Вот, мы снова рассердили Россию, надо принять меры, чтобы не сердить ее больше ”. Россия сорвет на политическом уровне заседание, которое НАТО планирует на техническом уровне.

Свободная Европа: И все это для того, чтобы оставаться главной силой в зоне?

Владимир Сокор: Россия не самая главная сила, но самая активная, сила, у которой имеется стратегия. У стран Западной Европы и даже у Соединенных Штатов Америки отсутствует стратегия по странам восточного партнерства. По сути, у них нет жизнеспособной стратегии и для государств-членов НАТО — в Польше и прибалтийских странах, например.

У стран Западной Европы и у США отсутствует стратегия по странам восточного партнерства.

Это не стратегия, это лишь принятые в спешке ответные меры на минимально приемлемом уровне для 28 стран-членов. У России же имеется стратегия, которую она применяет крайне творчески, с небольшими ресурсами. Несмотря на ограниченные финансовые возможности, руководство России имеет в своем распоряжении эффективную стратегию и руководство страны очень профессионально.

Свободная Европа: Потому что военное мышление доминирует…

Владимир Сокор: Кэгэбистское, военное мышление, разумеется. Политические руководители России, которые формулируют и применяют эту стратегию, профессионалы до мозга костей, они обладают необходимым опытом, именно к этому они готовились на протяжении всей своей карьеры. Их натренированность, образование, опыт состоит не в том, чтобы побеждать на выборах или создавать коалиционные правительства с оглядкой на следующие выборы, или проводить в СМИ пиар-компании. Не в этом видят они свое призвание, не таким опытом обладает российское руководство .

Политическая верхушка России поднаторела в опыте государственного управления, направленного на экспансию России — для начала в Восточную Европу, затем в остальную Европу. Непростительная ошибка с фатальными, возможно, последствиями – недооценивать ресурсы России и способность ее руководства сформулировать и применить эту стратегию. Сегодня, сразу же после агрессии на Украине и некоторое время после, на Западе вдруг начали осознавать угрозу того, что Россия может применить против Западной Европы политику „разделяй и властвуй”. Есть опасения, что такая страна с отсталой экономикой и ограниченными финансовыми возможности, каковой является Россия, могла бы, тем не менее, стать гегемоном Европы посредством смелых стратегий, запугивания и устрашения, применяя принцип „разделяй и властвуй” в отношении государств со слабым политическим руководством. Это реальность, которую преступно сбрасывать со счетов.

XS
SM
MD
LG