Linkuri accesibilitate

Никита Кнауц выжил, но потерял в снежном буране попутчика, который замерз насмерть, не дождавшись помощи МЧС

Корреспондент Настоящего Времени связался с очевидцем событий 2 января на трассе Оренбург-Орск – тогда водители, попав в сильнейший снежный буран, простояли в заторе 15 часов в ожидании помощи МЧС. Многие получили обморожения, один водитель умер от переохлаждения.

Музыкант Никита Кнауц с попутчиками, которых он нашел на сайте Blablacar, прождали несколько часов помощи МЧС. Однако при эвакуации в буране потеряли водителя Эдуарда Зиннурова, который оступился, его моментально занесло снегом и он погиб.

Вместе с Никитой Кнауцем корреспонденты Настоящего Времени попытались воссоздать картину произошедшего на Оренбургской трассе в ночь на 3 января.

​***

НВ: Вы оказались на дороге и не могли ехать вперед?

Никита Кнауц

Никита Кнауц

Никита Кнауц: Когда мы уже выехали с Орска [19.00 2 января], погодные условия ухудшались, но мы надеялись, что проскочим. Я спешил в Уфу на семинар, на концерт свой, Эдуард спешил маму встретить с аэропорта, второй опаздывал на работу, еще один парень ехал к девушке.

Мы вчетвером ехали в машине. Поначалу ехали километров 70 в час. потом нечаянно въехали в кювет [20.00]. Там метет очень сильно. Нас... вытянула машина снегоуборочная.

Километров еще может 15 проехали, именно до 68-го километра и там был небольшой затор. ВАЗ "Патриот" влетел в кювет перед нами [21.00].

Мы остановились, снегоуборочная машина вытащила его, а этот ВАЗ "Патриот" настолько неудобно встал, что он перегородил движение всей колонне. Из-за этого мы упустили снегоуборочную машину. Перед нами остались еще две машины. Мы встали в 21:00 на 68 километре. Примерно в двух километрах от города Медногорск.

Там мы простояли с 21:00 – мы сидели в машине – до 3 часов ночи. Я выбегал каждые полчаса на улицу, отгребал снег от выхлопной трубы, так как через буквально два часа у нас левая сторона машины была загребена по стекло.

Мы... начали звонить в МЧС, во все эти инстанции. Когда они приехали, мы сидели в машине вчетвером ждали подмоги. Когда МЧС подъехали [2.45 3 января], он [сотрудник МЧС] начал бегать по машинам и стучать по крыше. Он нам сказал – я пойду вперед, когда вернусь на обратном пути, я вас захвачу. То есть, ждите в машине.

А в тот момент, когда он стучал, Эдуард случайно открыл свое окно боковое. И оно моментально замерзло. То есть, машину начало заметать изнутри уже.

Температура где-то от –25 до –30. Ветер не меньше 30 метров. [Никита уточняет, что снегом занесло переднюю панель автомашины, поэтому следить за временем стало сложно].

Сидеть в машине уже нельзя. Двое пошли в другие машины, один нашел машину, другой не нашел и вернулся.

Мы сидели [втроем] еще минут 30 и потом видим, МЧСники людей ведут.

Всего МЧСовцев было человека четыре на все машины. Один из них в маске. То есть, потихонечку всех эвакуировали. Не один час они бегали, наверное.

Мы все готовимся. Эдуард [Зиннуров] сидит на переднем сиденье, мы с парнем сзади сидим. МЧСовец стучит, мы выскакиваем [3.00-3.15]. Первый мальчик выбежал, потом я, Эдуард – последний. Мы подбегаем к группе людей и обнимаем, то есть куча-мала. Потому что когда ты выбегаешь на улицу, этот снег при гигантской скорости попадает в лицо, забивает нос, глаза залепливает и моментально замерзаешь. Сразу дезориентируешься – носом дышать не можешь, пытаешься ртом дышать. Ближе, чем на метр, ничего уже не видно.

Мы выбежали и схватились друг за друга – нас трое и трое МЧСников – и тут же упали, потому что нас ветер сносил. Начали подниматься, ну, и там паника происходит.

Поднимаемся, падаем, поднимаемся, падаем.

Мы встаем, меня начинает заносить, я падаю через машину уже занесенную. Встаю, ориентируюсь, и никого уже нет рядом. Все моментально куда-то исчезли.

Я понимаю, что я – один. Я начинаю двигаться в сторону Орска, примерно. Но я понимаю, что меня уносит в левую сторону, и что рядом уже машин вообще никаких нет. Я резко разворачиваюсь на 90 градусов и начинаю идти в обратную сторону. Кричу: "Люди, помогите! Кто здесь?" Единственный выход – орать, потому что ни машин, ни света, ничего не видно.

Слава богу, я иду, спотыкаюсь и башкой ударился о машину. Начинаю стучать, кричу и оттуда выбегает, как я потом понял, милиционер в гражданке. Он меня волоком затаскивает в машину [3.30]

Там были мужчина, женщина и два ребенка.

Минут через 20 нас отвели в КАМАЗ (с "вахтовкой" на прицепе). [3.50]

НВ.: А что с Эдуардом Зиннуровым?

Эдуард Зиннуров

Эдуард Зиннуров

Никита Кнауц: Не знаю. Стоять нельзя, потому что моментально замерзание происходит. То есть, пять минут на улице и ты замерз.

Я начал двигаться хоть как-то (Никита добавляет, что учился на пожарного и поэтому знает, как выжить в экстремальных условиях). Я почему-то подумал, что он, может быть, пошел в другую машину, потому что многие люди так не добегали и садились в другие машины и грелись. Тот, который самый первый вышел, он сидел в чужой машине до 12-ти часов дня. До 12-ти их не эвакуировали. Я их на следующий день только встретил. Я думал, может, Эдуард тоже в машине какой-то. Потому что нас было в КАМАЗе всего 33 человека на 50 машин, это очень мало. Половина людей еще где-то.

НВ.: МЧСники не могли пройти по всем машинам и собрать их в КАМАЗ?

Никита Кнауц: Понимаете, приехал МЧС, приехал КАМАЗ с кузовом, типа "Урал". Еще была "буханка". Всего МЧСовцев было максимум 10 человек.

10 человек в таких диких условиях, что они сделают? В маске я только одного видел, остальные без. А там без маски ты ничего не видишь.

[4.00-9.00 –​ 33 человека сидят в КАМАЗе]

НВ.: А без маски, они такие как вы.

Никита Кнауц: Да. В морду снег и что хочешь, то и делай. Тракторов не было. К700 [трактор], как говорят, в начале приехал, потом уехал. Нас везли с 5 утра до 12 два километра. Мы в кювет въехали [9.30]. Мы сидели в кювете, мокрые все, задыхались угарным газом, потому что у нас еще печка под конец перестала работать. Мы сидим, на нас конденсат капает, мы все мокрые. Еще угар, выхлопуха прет к нам.

Нам не дают засыпать.

Фельдшер вообще на истерике. Она бедная за нас воевала, чтоб хоть какую-то технику пригнали, чтоб нас вытащили, потому что мы замерзать начали уже в машине.

НВ.: А с кем говорила фельдшер?

Никита Кнауц: С начальством своим по телефону. Нас просто не эвакуировали, а хотели дальше гнать людей собирать. Она объясняет, что там девочка была с обморожением четвертой степени. У нее один палец просто синий. У кого-то черные пальцы были. Из 33 человек процентов 70, наверное, точно с обморожениями конечностей.

У меня кисти обморожены сильно были. С волдырями. То есть, нас надо было срочно в тепло куда-то, греть, потому что приехали, ничего, ни чая горячего, ни воды. Потом какую-то минералку принесли.

[13.00 – группу спасенных, в которой оказался Никита Кнауц, доставили в местную больницу]

Если фильм "Эверест" смотрели вы, они с горы спускались, прям один в один. Такая же фигня. Ты падаешь, ты замерзаешь моментально. Ты не встанешь. Или ползти начинаешь.

Потому что нельзя останавливаться ни в коем случае, моментально кровь сворачивается и все.

***

6 января Следственный комитет и прокуратура Оренбургской области начали проверку обстоятельств гибели Эдуарда Зиннурова.

Почти двое суток местные жители самостоятельно вели поиски пропавшего человека. В интервью НВ Ксения Зиннурова - вдова погибшего - сообщила, что, несмотря на заявления о том, что местные власти бросили все силы на вызволение людей из снежного плена, никакой помощи на самом деле не оказывалось.

Напомним, что 2 января около девяти вечера, на участке трассы с 170 по 260 км, из-за сильного ветра и метели на трассе застряли несколько десятков машин.

Со слов очевидцев, они 15 часов ждали помощи МЧС.

В соцсетях спустя сутки стали появиляться сообщения чудом выживших в сильную метель на трассе Оренбург-Орск (Р-336): ​

Error rendering VK.

По словам очевидцев, они "просили, умоляли о помощи", но никто к ним так и не приехал. "Нас просто успокаивали, что вот-вот они приедут и вытащат нас. Мы просидели сутки в машине. Жгли все, что только горело, наверное, поэтому и выжили".

Однако по сообщениям федеральных агентств, на месте затора были развернуты пункты обогрева, к ликвидации последствий ЧП привлечены 157 человека и 55 единиц техники от МЧС России".

Павел Гусев, один из выживших на Оренбургской трассе, рассказал в соцсетях о том, как все было на самом деле, "в том самом ужасном", по его словам, "снежном плену":

В телефонном разговоре с корреспондентом Настоящего Времени, Павел Гусев уточнил, что первая помощь из пяти человек (два полицейских, два сотрудника ДПС и один представитель МЧС) приехали к попавшим в снежный затор лишь спустя 15 часов после обращения за помощью. "Никакий специальной техники с ними не было – лишь вахтовка и трактор. Трактор стал расчищать дорогу. Всех, кого находили в машинах, сажали в "вахтовку", – сообщил Павел Гусев.

Как написала в соцсети одна из очевидцев, Айна Абилова, "страшно дико страшно, понимаешь, что мы охрененно живем и нет у нас никаких проблем, все пустяки, все. Реально, как в фильме. Берегите, цените себя и своих близких".

Настоящее Время

XS
SM
MD
LG