Linkuri accesibilitate

Россия укрепляет свое военное присутствие в Приднестровье


Дорогие радиослушатели, добрый день. В студии Александр Фрумусаки, ведущий передачи Диалоги. 15 минут вместе с Радио Свободная Европа. В сегодняшнем выпуске:

Исполнит или нет Россия решение Европейского суда по правам человека, который обязал ее возместить ущерб, нанесенный жителям Приднестровья в результате притеснения румынских школ на левом берегу Днестра? И почему Россия укрепляет свое военное присутствие в Приднестровье? Об этом расскажут наши корреспонденты и гость сегодняшней передачи, военный эксперт из Москвы Павел Фельгенгауэр.

***

Свободная Европа: Недавнее решение Европейского суда по правам человека, который признал Россию виновной в дискриминации приднестровских школ с преподаванием на латинской графике, стало главной темой дискуссий и материалов кишиневских СМИ. Одни обозреватели скептически оценивают готовность Кремля выплатить миллион евро в качестве возмещения ущерба, тогда как другие утверждают, что решение инстанции в Страсбурге привело российские власти в ярость. Подробности - в материале Дианы Рэйляну, в изложении Юлии Михайловой.

После того, как Москва уже была осуждена Европейским судом по правам человека по делу „ группы Илашку”, кишиневские обозреватели задаются вопросом, подчинится или нет Российская Федерация вердикту инстанции на этот раз? В частности, обозреватель издания „Jurnal de Chişinău” Николае Негру считает, что Россию мало волнует сумма, которую ее обязали выплатить приднестровским школам с преподаванием на румынском языке. По его мнению, недовольство Кремля вызвала синтагма „эффективный контроль”, использованная судьями ЕСПЧ в вынесенном постановлении:

Николае Негру

Николае Негру

„Тем самым Европейский суд по правам человека признал, что Россия является, по сути, настоящим хозяином в Приднестровье, что Россия контролирует все там происходящее, а значит, ведет там двойственную, лицемерную политику. Даже если Россия не захочет выплатить этот миллион 70 тысяч евро, это не значит, что она умыла руки; и это не значит, что Россия не осуществляет эффективный контроль над Приднестровьем”.

По мнению обозревателя, решение Суда в Страсбурге компрометирует имидж Тирасполя как независимого от Российской Федерации участника переговоров по урегулированию приднестровского конфликта.

Под занавес минувшей недели, после того, как было обнародовано решение ЕСПЧ, глава приднестровской дипломатии Нина Штански отметила на своей странице в социальной сети Facebook, что школы с преподаванием на латинице функционируют в полной мере и никто в Приднестровье не препятствуют их работе.

Мы спросили приднестровского адвоката Степана Поповского, который представляет интересы местных жителей в Европейском суде, почему власти левобережья Днестра уклоняются дать официальную оценку решению европейского судебной инстанции?

Степан Поповский

Степан Поповский

„По всей вероятности, - говорит Степан Поповский, - данная судом оценка не устраивает приднестровскую администрацию, которая пользуется поддержкой со стороны Российской Федерации. Поэтому и уклоняется афишировать свое отношение к этому решению. Так или иначе, - считает адвокат, - теоретически этот вердикт не затрагивает интересы приднестровской элиты, поэтому она предпочитает просто обходить его вниманием”.

Ранее ЕСПЧ обязал также Российскую Федерацию выплатить компенсации членам „группы Илашку”, права которых были нарушены на левом берегу Днестра. Мы попытались узнать у адвоката группы Владислава Грибинчи, в какой мере готова Москва подчиниться решению суда сейчас и выплатить компенсацию в размере более миллиона евро?

Владислав Грибинчя

Владислав Грибинчя

„Несмотря на складывающееся впечатление, что Российская Федерация любит потрепать нервы истцам неадекватными выплатами, не соответствующими справедливой сатисфакции, в конечном итоге компенсации она выплачивает. В Страсбурге крайне редки случаи, когда компенсации вообще не выплачиваются. Невыполнение решений о возмещении ущерба влечет проценты за отсрочку. Если же и они не выплачиваются или не принимаются другие очевидные меры, назначенные судом, могут последовать политические санкции в отношении государства, такие, как приостановление права голоса в ПАСЕ и даже исключение из членов Совета Европы".

Если Москва подчинится решению ЕСПЧ, ей придется выплатить каждому из 170 заявителей по 6 тыс. евро в качестве компенсации морального ущерба. Но, по мнению аналитиков, гораздо более позорное для России единодушное обвинение в том, что своей помощью режиму Приднестровья она способствовала притеснению молдавских школ и их закрытию в 2004 году.

***

Свободная Европа: Российский посол по особым поручениям Сергей Губарев заявил недавно в Тирасполе, что в случае утраты Республикой Молдова своего нейтралитета, Российская Федерация может вернуться к вопросу о признании Приднестровья. Другое официальное лицо, на этот раз в Кишиневе - министр обороны Виталие Маринуца сказал, что располагает информацией о модернизации группы российских войск в Приднестровье, об их оснащении техникой и вооружением, не характерным для миротворческой миссии. О связи между этими заявлениями Лилиана Барбэрошие беседовала с независимым военным экспертом, политическим обозревателем „Moscow Times” Павлом Фельгенгауэром, которого спросила для начала, почему Кремль так озабочен сохранением нейтралитета Молдовы:

Павел Фельгенгауэр

Павел Фельгенгауэр

Павел Фельгенгауэр: „Для России сейчас, для российского нынешнего руководства неприемлемо распространение западного влияния, особенно военной, как у нас говорят, инфраструктуры на территорию бывшего СССР. И Москва этому противодействует всеми возможными силами, и это заявление было, в общем, одним из таких предупреждений. Что если Кишинев пойдет как бы по линии реинтеграции, вхождения в Таможенный союз, возможно потом и экономическая, политическая реинтеграция с Москвой, – то это одно. И тогда Москва будет… во всяком случае, не будет признавать независимость Приднестровья и что она согласна двигаться в направлении плана Козака. А вот если Молдова пойдет в другом направлении, то и мы тогда будем вести себя по-другому. Вот все очень просто, так сказать, вот такой прямой как бы, не знаю, шантаж или торговля, или … Ну, так торгуются у нас”.

Свободная Европа: А есть ли у Российской Федерации право на подобные торги, на подобный шантаж? Или Молдова не является суверенным государством, которое вправе самостоятельно решать, куда ему двигаться?

Павел Фельгенгауэр: „Москва считает бывшее советское пространство естественной сферой влияния, необходимой сферой влияния для России. Что без доминирования в постсоветском пространстве Россия не сможет возродиться как великая военная, политическая евразийская держава. Такое, в общем, общее как бы мнение, такой концепт в Москве. И это касается, конечно, не только Молдовы, это касается и Грузии. Единственная там неопределенность – это со странами
Москва считает бывшее советское пространство естественной сферой влияния, необходимой сферой влияния для России...

Прибалтики, которые уже вступили в НАТО, уже вступили в Европейский Союз. Там непонятно, будет ли Москва… Там зависит, в общем, от дальнейшей судьбы Европейского Союза и разных других вещей. Но вот Молдова, где к тому же у нас есть некоторое военное присутствие, был план Козака, как известно, который предусматривал превращение, объединение Молдовы и Приднестровья в некоторую федерацию под российским протекторатом, по сути. То есть, Россия предлагает свой протекторат ближайшим соседям и пытается сделать так, чтоб это им казалось выгодно и приятно. Ну а если, как говорится, не хотят добром, то у нас есть и другие методы, вот, можем как с Грузией поступить”.

Свободная Европа: Кстати, об этом. Министр обороны Республики Молдова утверждает, что в Приднестровье что-то происходит в последнее время. Россия модернизирует свою группу войск в регионе, оснащает ее новой техникой и вооружением, модернизирует и военный аэродром в Тирасполе. И Кишинев смотрит на эти действия с тревогой …

Павел Фельгенгауэр: „Россия не собирается закрывать свое военное присутствие в Приднестровье. Ни в коем случае. Несмотря на то, что оно в общем-то небольшое, это присутствие, скорее символическое, стратегическое значение у него в общем очень ограниченное, поскольку это присутствие в маленьком анклаве, который зажат между собственно Молдовой и Украиной. Но сейчас в Киеве более или менее дружественный Москве режим, что будет в
Россия не собирается закрывать свое военное присутствие в Приднестровье...

будущем - сказать нельзя, но сейчас пока с Украиной все более или менее работает, хотя тоже, в общем, есть проблемы. Основное, конечно, внимание в этом регионе – это к Черноморскому флоту, а вовсе не к маленькому контингенту на территории Приднестровья. С Черноморским флотом у нас тоже не все еще пока с Украиной решено, мы хотим усиливать, Россия планирует усиливать военное присутствие в регионе, развертывать в Черном море новые подводные лодки, которых там раньше не было, на случай, если придется блокировать Босфор, минировать, если турецкие или натовские суда захотят войти в Черное море. То есть, в принципе есть подготовка к возможной конфронтации в этом регионе, где Запад и НАТО рассматриваются как главный геостратегический противник. Противник вот этой реинтеграции под российским руководством. Конечно, Молдова в данной большой геостратегической игре невеликая фигура, но, тем не менее, достаточно страшная, чтобы на нее обратить внимание. А политика Москвы прямая и очень ясная: либо вы с нами, либо вы с Брюсселем”.

Свободная Европа: Иными словами, Молдова рассматривается, скорее, как часть игры, которая ведется за Украину?

Павел Фельгенгауэр: „Нет, ну, само по себе невозможно, как говорится, реинтегрировать Молдову и Приднестровье, если сначала как-то не реинтегрировать Украину. Ну, там проходу нет… Конечно, Одесса, Крым, Украина
Упускать Молдову никто не собирается, а как мера воздействия и воспитания – использоваться будет, как и раньше, Приднестровье...

в стратегическом плане гораздо важнее, чем Молдова и Приднестровье, но упускать Молдову никто не собирается, а как мера, как говорится, воздействия и воспитания – использоваться будет, как и раньше, Приднестровье. О чем, собственно, российский дипломат вполне откровенно и сказал”.

Свободная Европа: У Молдовы сейчас достаточно хорошие отношения с НАТО, но они, как и прежде, лишены любой конкретики. И зачем тогда России выступать с подобными предупреждениями?


Павел Фельгенгауэр: „У России сейчас резко ухудшаются отношения с Западом, прежде всего с США, а также с НАТО как инструментом продвижения интересов США. Об этом говорил Путин не так давно во время визита в Таджикистан, Душанбе, встречаясь с российскими военными, которые служат там на российской базе. Он говорил, что НАТО вроде должно бы ликвидироваться, но
Самое очевидное место, где размещать такие силы, это Приднестровье, где у нас уже есть присутствие. Например, разместить там ракетные комплексы Искандер, нацеленные на Румынию...

не ликвидируется, там создают определенные угрозы, в том числе планами размещения противоракет, в том числе в Румынии. Вот, и мы будем им противодействовать. Если действительно речь идет о противодействии, военном противодействии, военных контрмерах возможной американской противоракетной базе в Румынии, то, наверное, самое лучшее место для этого – Приднестровье.

Нет, речь не обязательно о какой-то войне. Я говорю о том, что если там, скажем, размещать какие-то военные средства для парирования, как у нас говорят, возможной американской противоракетной базы на территории Румынии, то я как военный комментатор, считаю, что самое очевидное место, где размещать такие силы, это Приднестровье, где у нас уже есть присутствие. Например, разместить там ракетные комплексы Искандер, нацеленные на Румынию”.

Свободная Европа: Существуют такие планы?

Павел Фельгенгауэр:
„Я о таких планах не знаю, конечно, но как военному комментатору мне это кажется понятным. То есть, если там Польша, мы говорим:
Военное присутствие России в Приднестровье становится намного важнее, чем сейчас. И тогда может последовать усиление нашего там присутствия, появление более существенного тяжелого оружия, например, баллистических ракет...


мы разместим ракетные комплексы где? В Калининградской области, что рядом. Что рядом с Румынией? Ну, кроме Приднестровья ничего нет российского, никакого военного присутствия. А эта возможная американская противоракетная база в Румынии рассматривается как существенная угроза. Это значит, что военное присутствие России в Приднестровье становится намного важнее, чем сейчас. И вот тогда может последовать – да, усиление нашего там присутствия, появление там более существенного тяжелого оружия, например, баллистических ракет.

Я не знаю о таких планах, но я знаю, как работают военные мозги. И если говорят, Путин говорит уверенно: мы будем парировать, и при этом говорят, что да, мы там действительно будем перевооружать ракетную бригаду, она уже есть в Калининградской области, но она вооружена пока ракетами „Точка У”, у которых радиус 110-120 километров, а их перевооружат на „Искандер M”, у которых радиус
Я не знаю о таких планах, но я знаю, как работают военные мозги...

500 километров. Планы этого уже точно есть. А вот если парировать угрозе из Румынии, то, конечно, российские войска в Приднестровье – это очевидная, так сказать, идея. И генштаб над этим работает, я думаю”.

Свободная Европа: И как вести себя Кишиневу, чтобы и масла в огонь не подлить, но и ответить как-то на эти действия. Не молчать же, в самом деле…

Павел Фельгенгауэр:
„Я не могу давать советы молдавским политикам, и, конечно, у Москвы сейчас много других забот, кроме Молдовы. Но вообще, дразнить лишний раз лучше не надо. Могут последовать всякие неприятные вещи. У нас много возможностей, у нас есть Онищенко… Возможны проблемы для молдаван, работающих в России… Россия много где может подгадить.

Свободная Европа: Но тогда вполне резонно у кого-то может возникнуть вопрос: а что можно получить взамен возможной евразийской интеграции? Ведь не буквально же Приднестровье заполучить?

Павел Фельгенгауэр:
„Нет, конечно, какое-либо решение может быть только в рамках модифицированного плана Козака. То есть, это такая конфедерация под
Решение может быть только в рамках плана Козака. Это такая конфедерация под российским протекторатом...

российским протекторатом. Где обе части Молдовы будут как бы вместе, но, в то же время, не совсем вместе. Для Москвы главное – это наш протекторат над тем и другим. У империи нет постоянных друзей и постоянных врагов, а есть интересы”.

Свободная Европа: мнение гостя нашей сегодняшней передачи, военного комментатора из Москвы Павла Фельгенгауэра, с которым беседовала Лилиана Барбэрошие.

Дамы и господа, наша передача подошла к концу. Александр Фрумусаки благодарит вас за внимание и прощается с вами до следующей встречи. Вы слушали Радио Свободная Европа.
XS
SM
MD
LG