Linkuri accesibilitate

«Помню, как другу оторвало ногу». Грузия, август 2008-го


После российского авианалёта на Гори. 9 августа 2008 года

Воспоминания грузинского военного врача Лаши Коиавы

10 лет назад, в ночь с 7 на 8 августа 2008 года, в Южной Осетии началась "пятидневная война" между вооруженными силами Грузии и России, которую поддержали югоосетинские формирования. Спустя 10 лет Радио Свобода собирает свидетельства очевидцев тех событий, сражавшихся с обеих сторон. Вот одно из них.

Согласно официальной позиции властей России и самопровозглашеннных Южной Осетии и Абхазии, их действия, названные "принуждением Грузии к миру", были ответом на агрессию Грузии против мирных югоосетинских граждан и находившихся рядом российских миротворцев. В Тбилиси и тогда, и сейчас продолжают настаивать на совсем другой версии – что это была спланированная агрессия со стороны России, подготовленная за 6 дней до боевых действий в Южной Осетии, где Грузия решила провести военную операцию в ответ на провокации югоосетинских вооруженных формирований.

Грузия считает, что вооруженный конфликт начался не 8-го, а в ночь на 7 августа: не с бомбардировки грузинской артиллерией города Цхинвали, а с обстрела югоосетинской артиллерией грузинского села Авневи, где тяжелые ранения получили два грузинских миротворца из состава трехсторонних (российско-осетино-грузинских) миротворческих сил, введенных в зону конфликта летом 1992 года согласно "дагомысским соглашениям". Однако в докладе комиссии Европейского союза (так называемом "докладе Хайде Тальявини") говорится, что "кульминацией" долгого периода провокаций и роста напряженности стал артиллерийский обстрел грузинской армией столицы Южной Осетии Цхинвали в ночь на 8 августа. В том числе из установок "Град".

Цхинвали, август 2008 года. Росссийские военнослужащие проезжают мимо уничтоженного грузинского танка
Цхинвали, август 2008 года. Росссийские военнослужащие проезжают мимо уничтоженного грузинского танка

Грузинские военные, потом ненадолго занявшие Цхинвали, вскоре были выбиты из города. В течение нескольких дней российские войска совместно с югоосетинскими и другими отрядами, так называемых "добровольцев", оттеснили грузинские войска из Южной Осетии, а также, во взаимодействии с абхазскими силами – из Кодорского ущелья Абхазии, временно заняв ряд прилегающих к конфликтным зонам районов самой Грузии. Российские танки остановились почти под Тбилиси. Боевые действия продолжались до конца дня 12 августа.

С 14 по 16 августа президентами Абхазии, Южной Осетии, Грузии и России при посредничестве Франции и других западных стран был подписан так называемый "план Медведева-Саркози" по мирному урегулированию конфликта. 26 августа Россия официально признала Южную Осетию и Абхазию в качестве независимых государств. 2 сентября Грузия разорвала с Россией дипломатические отношения. Затормозился процесс вступления Грузии в НАТО.

Разделенные колючей проволокой
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:02:41 0:00

Грузия, по собственным данным, потеряла 412 человек убитыми, в том числе 179 военнослужащих и сотрудников МВД и 228 мирных жителей), еще 1747 человек было ранено. Южная Осетия потеряла примерно 160 человек убитыми, у России, по ее данным, было 67 погибших и 283 раненых.

Одним из участников "пятидневной войны" был грузинский военный врач, хирург, полковник Лаша Коиава, с первого до последнего дня командовавший военно-полевым госпиталем в городке Тквиави, меньше чем в 10 километрах от Цхинвали. В интервью Радио Свобода он вспоминает те дни так:

– Та война началась для меня со звонка начальника штаба Сухопутных войск ВС Грузии. Я должен был явиться в расположение своей части и вызвать весь личный состав моего полевого госпиталя. То, что называется "боевые действия в августе 2008-го", для меня начались с этого. А вообще я не впервые видел войну. Ведь в Грузии всякие мелкие стычки между грузинами и абхазами, грузинами и осетинами происходили с 1989 года. А в 1992 году я, как военный врач, хирург общего профиля, участвовал и в тогдашних событиях под Цхинвали.

Москва всегда считала, что Кавказ - это "южные ворота России"

Я давно служу в армии, и поэтому точно знаю, где, что, когда, как и почему началось. Войну в августе 2008 -го я бы назвал по шахматному, "Белые начинают и проигрывают". С самого начала было ясно, что этот вооруженный конфликт начат ради больших интересов Российской Федерации. Все предпосылки были для того, чтобы она началась. Москва всегда считала, что Кавказ - это "южные ворота России", естественно. И либо кто-то их отбирает у России, и тогда эти ворота открыты, либо Россия берет весь Кавказ, и тогда у нее ворота закрыты. Россия стремилась закрыть свои "ворота", поэтому она всеми силами подготовила этот конфликт.

Вы сами видели наступавшие российские войска? Вообще, насколько близко вы находились к передовой?

– Трудно, знаете, при асимметричных боевых действиях сказать, в скольких метрах ты находишься от линии огня. Но если считать, что Тквиави от Цхинвали находится менее чем в 10 километрах, то, я думаю, что не очень далеко.

Ваш военно-полевой госпиталь переезжал, или все время находился в одном и том же месте?

– Он три дня был в Тквиави, а потом мы стали отходить назад.

Обмен ранеными и пленными в обеих сторон на мосту в Игоети. Грузия, 19 августа 2008 года
Обмен ранеными и пленными в обеих сторон на мосту в Игоети. Грузия, 19 августа 2008 года

– Когда грузинские военнослужащие и гражданское население стали нести самые большие потери?

– Это было во второй день, да и 9-го августа убитых и раненых очень много. Уже противник стал атаковать, были осетинские бандформированиям, и еще какие-то русские казацкие отряды там были. К концу первого дня, к вечеру 8-го августа, они более активно начали вести боевые действия против нас.

Вы боялись попасть в плен?

Трудно не бояться попасть в плен, когда у тебя под командированием находятся 470 человек, и в основном женщин

– Трудно не бояться попасть в плен, когда у тебя под командированием находятся 470 человек, и в основном женщин. Конечно, не очень было бы приятно "подарить" этих женщин "казакам" и прочим бандитам. Я, кстати, гораздо меньше опасался того, что нас захватят регулярные российские войска. Потому что все знали, что в своих действиях русские очень считаются с мнением цивилизованного мира, в смысле – с Западом. И мы были уверены, что дикостей и зверств с их стороны не будет. Но вот попасть в плен к осетинским бандитам или к "казакам" – это было бы, конечно, чревато очень плохими последствиями.

Что из случившегося 10 лет назад вспоминается сильнее всего? Всегда есть какие-то детали, которые врезаются в память.

– Конечно, есть. Часто стараюсь даже вспоминать что-то смешное, когда в наших рядах царила растерянность, такого случалось много. Эвакуационный транспорт у меня был гражданский, который должен был перевозить раненых из полевой бригады ко мне в госпиталь. Но эти гражданские шоферы как-то были напуганы, и не хотели подъезжать непосредственно к линии огня. Следовало было их как-то подбодрить. Поэтому я и один мой друг, который тоже был ветераном боевых действий в Абхазии 1992-1993 годов, сами первыми сели в машину и сами поехали за первыми ранеными. Я, начальник военно-полевого госпиталя, веду первую санитарную машину, и сам сижу за рулем и перешучиваюсь с другом.

Грузия, город Гори, 12 августа 2008 года
Грузия, город Гори, 12 августа 2008 года

Самое было приятное, самое хорошее, что могу вспомнить – то, что все раненые, которых доставляли мне, остались живы, до сих пор. После войны они все выздоровели и вернулись к нормальному образу жизни. А самое тяжелое воспоминание – как другого моего старого друга прямо мне на операционный стол привезли с минно-взрывной ампутацией ноги, говоря по врачебному. Минометная мина упала и оторвала ему ногу. Вот это было самое неприятное личное воспоминание.

"Пятидневная война" 10 лет спустя
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:04:10 0:00

Как получилось, что этот мощный прорыв частей российской армии стал неожиданностью для тогдашнего грузинского руководства? Все говорят о шоке Михаила Саакашвили и его окружения в тот момент.

– Когда разговариваешь с кем-то из тех, кто тогда был в окружении Саакашвили, мне становится смешно, слыша рассуждения о том, что они, дескать, не ждали, что "Россия не должна была". А что еще Михаил Саакашвили может сказать? Он у нас слишком внезапно стал президентом. Знаете, если лидер государства не собирается вести войны, или хотя бы хочет, чтобы никто не узнал о том, что он намерен их вести, он не будет постоянно бравировать и употреблять военную риторику. Он не станет кричать "мы будем укреплять армию, ей скоро предстоит бой".

Охранники ведут Михаила Саакашвили в бомбоубежище. 11 августа 2008 года
Охранники ведут Михаила Саакашвили в бомбоубежище. 11 августа 2008 года

А вспомните 2004 год, этот непонятный вооруженный конфликт меньшего масштаба с той же Южной Осетией? Почему он начался на голом месте, в чьих интересах? Если бы Саакашвили хотел мирно и честно вернуть то, что по закону Грузии полагается, вернуть наши территории, то он, в первую очередь, наверное, приостановил бы мандат миротворческих сил российской армии. Он должен был в любом случае выступить и в ООН, и как-нибудь дойти до Страсбурга, и сказать, что в течение стольких-то лет российские, так сказать, миротворцы находятся на территории Грузии. И что из миротворцев они превратились в пограничников, и что конфликт ни в какую сторону не меняется, не улучшается, и так далее. Он ничего этого не сделал!

А насколько подготовленными летом 2008 года грузинские силы были к возможным потерям, к обилию раненых, к настоящей войне, если мы говорим о врачебной стороне дела, о фронтовой медицине?

– Ой, у нас там очень много проблем и пробелов было. Слава богу, что эта война так быстро закончилась. Самое большое, чего не хватало – это слаженности работы на разных ступенях военно-медицинского обеспечения. Были нарушены связи и взаимодействие на линиях батальон-бригада, бригада-полевой госпиталь, и из полевого госпиталя дальше. Недостатки моего полевого госпиталя восполнили тем, что подчинили нам гражданскую скорую помощь, и она уже стала перевозить от нас раненых в большой госпиталь в Гори.

Не была Грузия готова ко всему этому

Не была Грузия готова ко всему этому. Не было ни одной военной централизованной большой больницы в Тбилиси, чтобы можно было собирать всех раненых в одном месте. Ведь тут существенны и медицинская сторона проблемы, и административная. Тогда там легче было бы за ними присматривать, ухаживать, и выписывать им документы, что они точно были ранены во время боевых действий. И чтобы все, и начальство, и командиры, и родственники знали, где они были и где сейчас находятся. А если развозить этих раненых по разным больницам, то это чревато тем, что можно сам город оставить без медицинского обеспечения. В каждой больнице у вас будут на всех койках лежать раненые при боевых действиях – но ведь гражданским людям очень трудно, знаете, отдать приказ, чтобы ни у кого на этот период не было приступов и болезней – ни воспаления аппендицита, ни прободения язвы желудка, например.

Мемориал памяти грузинских солдат, погибших в августе 2008 года. Город Гори
Мемориал памяти грузинских солдат, погибших в августе 2008 года. Город Гори

Как тогда и сейчас вы воспринимали Россию, российские войска, вообще русский народ? Как настоящего врага, с ненавистью, или вы были скорее в недоумении, и сейчас вы в удивлении, как это все получилось?

– Недоумения никак не могло быть, потому что я уже две-три войны прошел, и еще партизанское движение. Знаете, восприятие было и есть без всякой ненависти, ну, я бы кратко описал так: они за свое государство борются, а я за свое. Когда я вижу российских солдат, конечно, сказать, что при этом испытываю большой восторг и чувство окрыления – это будет неправдой. А к обыкновенным русским людям – обыкновенное отношение. Российские туристы к нам приезжают, я с ними часто общаюсь. Все нормально.

Российские туристы к нам приезжают, я с ними часто общаюсь. Все нормально

Вы упомянули, что боялись попасть в плен к осетинам гораздо больше, вместе с вашими женщинами и ранеными, чем к россиянам. Когда-нибудь грузины и осетины, грузины и абхазы смогут простить друг друга?

– Я сказал, что боялся попасть в плен к осетинским бандформированиям, это важная разница. Непосредственно осетины – это обыкновенный народ, люди, которые живут, как и мы и вы. Кстати, у меня бабушка – осетинка! Что касается восстановления отношений между грузинами и осетинами, то, как только исчезнет "русский фактор", это может случиться очень скоро, через пару лет. Но мирное решение этого конфликта в реальности возможно лишь при условии, что Россия станет цивилизованной страной. Как вы думаете, сколько лет понадобиться России на это? Вы не знаете, и я не знаю. Либо есть другой путь, более неприятный для всех – если весь мир решит как-то утихомирить Россию, ее геополитический пыл и ее амбиции, – полагает грузинский военный врач, ветеран войны 2008 года Лаша Коиава.

Осетинская семья в деревне Джава убегает от грузинского артобстрела. 8 августа 2008 года
Осетинская семья в деревне Джава убегает от грузинского артобстрела. 8 августа 2008 года

Премьер-министр России Дмитрий Медведев, бывший президентом страны в 2008 году, накануне 10-й годовщины "пятидневной войны" в интервью радиостанции "Коммерсант FM" заявил, что планируемое вступление Грузии в НАТО может спровоцировать "страшный конфликт". Он также отметил, что в том конфликте, по его мнению, не было "никакой неизбежности".

В сентябре 2008 года, через месяц после окончания боевых действий, была учреждена комиссия "НАТО – Грузия", призванная восстановить грузинскую военную инфраструктуру и содействовать продвижению страны к членству в Североатлантическом союзе. В июне этого года генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг вновь заявил, что Грузия станет членом Североатлантического союза. В ответ Владимир Путин предупредил, что Кремль "крайне негативно" отреагирует на этот шаг, так как он является "прямой угрозой для национальной безопасности России".

Opinia dvs.

Arată comentarii

Pe aceeași temă

XS
SM
MD
LG