Linkuri accesibilitate

Дорогие радиослушатели, добрый день. В студии Александр Фрумусаки, ведущий передачи Приднестровские диалоги. 30 минут на Радио Свободная Европа. Сегодня в выпуске:

Каким был 2017 год для жителей Приднестровья? Возможна ли реинтеграция двух берегов Днестра? – мнения жителей Кишинева. И… прогресс в приднестровском урегулировании глазами международных экспертов.

Объединение, реинтеграция и другие пути
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:29:59 0:00
Link direct

Свободная Европа: Как обычно, начнем наш выпуск с обзора новостей и главных событий минувшей недели.

***

Председатель молдавского парламента Андриан Канду выразил сожаление в связи с отказом президента Игоря Додона объявить День национального траура в Республике Молдова в память о короле Румынии Михае Первом, но траур был объявлен в ряде населенных пунктов. В заявлении, распространенном парламентом в четверг, Канду обвинил Додона, который, по его словам, «отмечает отдельные исторические даты из советского прошлого, но не учитывает другие исторические моменты, которые пережили люди, живущие на этой территории». 13 декабря спикер возглавил молдавскую делегацию, которая присутствовала на церемонии похорон монарха в замке Пелеш в Румынии. В субботу тысячи румын проводили в последний путь короля Михая, который похоронен в усыпальнице румынских королей в новом Архиепископальном и Королевском кафедральном соборе в городе Куртя-де-Арджеш.

Король Михай I родился в 1921 году. В период своего второго царствования, который пришелся на годы Второй мировой войны, он вывел Румынию из гитлеровской коалиции. Но после прихода к власти коммунистов, в 1947 году он был вынужден отречься от престола и вместе с семьей эмигрировал. Только после падения коммунистического режима королевской семье было разрешено вернуться на родину. Умер Михай Первый 5 декабря в возрасте 96 лет в своей резиденции в Швейцарии. Хранительницей короны назначена наследная принцесса Маргарета — старшая дочь короля Михая и королевы Анны. В церемонии похорон короля участвовали президент Клаус Йоханнис, многочисленные румынские официальные лица и политики, а также представители королевских домов Европы, в том числе Великобритании и Испании, королевских семей России, Австрии и Германии.

Опрос общественного мнения показал, что объединение с Румынией поддерживают около 22% респондентов, а 33% выступают за объединение с Россией. Об этом свидетельствуют результаты Барометра общественного мнения, представленные в четверг Институтом общественной политики. Социолог Василе Кантаржи пояснил, что вопрос об объединении был включен в опрос после того, как президент Игорь Додон заявил о намерении «запретить унионизм». Совокупно, добавил социолог, 55% молдаван выступают за объединение страны с другим государством. Опрос показал также, что за вступление Молдовы в Европейский союз готовы проголосовать более 47% граждан, а 42% граждан – за вступление в Евразийский экономический союз. Впервые за последние годы число приверженцев прозападного вектора превысило число сторонников провосточного курса.

Исполнительная власть Приднестровья сделает все возможное для того, чтобы в 2018 году зарплаты выплачивали по графику. В этом году, как и в прежние, были задолженности по зарплате. Глава исполнительной власти Александр Мартынов заявил в четверг на встрече с жителями города Днестровска, что все задолженности по зарплатам будут погашены до 25-26 декабря. Он обещал также, что с будущего года для выплат отпускных учителям начнется формирование специального резерва, чтобы избежать задержек. Главе исполнительного органа задали также вопрос о том, почему растет стоимость образовательных услуг в высших и среднеспециальных учебных заведениях. Мартынов пояснил, что в Приднестровье «очень большое количество административно-управленческого персонала, и все эти расходы включаются в стоимость обучения», которые вынуждены оплачивать налогоплательщики. Он отметил, что сейчас в регионе проходит аудит стоимости образовательных услуг и его результаты станут известны в конце января.

Александр Мартынов
Александр Мартынов

Александр Мартынов сообщил также, что экономика Приднестровья показывает положительную динамику, как и торговля. В анализе центробанка региона отмечается, что за 11 месяцев с.г. импорт в регион вырос более чем на 13% — до 867 млн долларов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. На 16% увеличился экспорт, который приблизился к 570 млн долларов. За исключением энергоресурсов, около трети экспорта (35%) обеспечил Рыбницкий металлургический завод (203 млн долларов), при этом львиную долю (92,3 млн долларов) составили поставки в Румынию. Согласно цитируемому источнику, поставки электроэнергии в правобережную Молдову уменьшились, но составили около 174 млн долларов. Позитивную динамику показал экспорт продовольственных товаров и сельхозпродукции — более 85 млн долларов, эти поставки шли в основному на Украину (46 млн долларов) и в правобережную Молдову (18.4 млн долларов). Другие главные позиции по приднестровскому экспорту занимают текстиль и обувь, машиностроительная продукция.

Специалисты «Россельхознадзора» будут в Молдове с 18 по 21 декабря, они ознакомятся с технологией производства и хранения продукции растительного происхождения, предназначенной для экспорта, в связи с расширением списка компаний, получивших разрешение на экспорт в Россию. Как сообщает Молдпрес, заявки на поставки в Россию подали 264 потенциальных экспортера. По данным Национального бюро статистики, за десять месяцев 2017 года объем экспорта овощей и фруктов вырос на 36,7% по сравнению с аналогичным показателем прошлого года.

Это был обзор главных событий минувшей недели, больше информации на нашем сайте — europaliberă.org.

***

Свободная Европа: Год близится к завершению, и корреспонденты Свободной Европы попытались узнать у жителей Приднестровья, каким он был и чем запомнится?

Тирасполь. День города
Тирасполь. День города

- Как и любой обычный год – плохим, хорошим и не только. Контраст происходящего, особенно у нас в Приднестровье, зачастую не может не радовать. Сначала ты радуешься, а потом грустишь оттого, что радоваться уже нечему.

- Конечно, радость, потому что у нас уже другой президент, другая жизнь, каждый раз обновляется все. Наш Тирасполь – вы посмотрите, какой прекрасный город стал, это чудо! Значит, мы будем жить и радоваться, что живем.

- У нас дочка пошла в первый класс, год был для нас интересным. И еще мы переехали в новую квартиру.

- Тяжелый год был. Во-первых, работы нет. Вот, сына сократили – и куда? А я вынуждена ходить работать, чтобы ему помочь. И что это? Тяжелый год.

- Тяжелым. Много перемен, власть изменилась.

- Я на работу устроился, а то стоял на бирже труда.

- Мы сюда недавно переехали, ассоциации с этим годом тут пока не понятны.

- Этот год очень сложный для меня лично. Поэтому ничего такого хорошего сказать не могу, в семье неприятности.

- Вы знаете, для меня тяжелый год был, личные обстоятельства.

- Уходящий год грустный, потому что работы нет, всех сокращают, курс валют…

- Не очень удачный, надеюсь, 2018-ый будет лучше.

- Сложно что-то сказать. Как правило, дом-работа, работа-дом…

Свободная Европа: Мнения жителей Тирасполя и Бендер.

***

Свободная Европа: В Кишиневе корреспонденты Свободной Европы спросили жителей молдавской столицы, считают ли они возможным возвращение Приднестровья в состав Республики Молдова.

- Там такие же люди, как и мы, я думаю они сами хотели бы быть больше с Молдовой, по крайней мере надеюсь

- Там Россия. Если Россия заартачится, делать нечего. Разве что мы войдем в Евразийский союз, иначе — нет.

- Там есть люди, у которых свои интересы. И эти интересы в том, чтобы Молдова и Приднестровье не объединялись.

- Они считают, что язык мешает. Мирча Снегур, когда был президентом, сказал: сначала язык. Но он поступил неправильно.

- Они уже считают себя отдельным народом. У них свой язык, свой статус. Не думаю, что реинтеграция возможна. А если провести ее насильно, не думаю, что это правильно.

- Логически мы должны быть вместе, по-любому. Потому что это наша территория общая, проблема в правительстве только — я считаю так.

- Было бы желание народа, с обеих сторон – да. Но все зависит от тех, кто находятся у власти.

- Можно, если Россия скажет: да, нам эта пядь земли больше не нужна. Только так. Но она никогда этого не скажет, никогда, потому что – как и в Украине – она нуждается в Приднестровье в своих интересах.

- Они думают, им лучше будет с Россией, чем с Европой, как я поняла.

Vox populi: mai poate fi reintegrată regiunea transnistreană?
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:01:49 0:00

Свободная Европа: Мнения жителей Кишинева.

***

Свободная Европа: В процессе приднестровского урегулирования годы стагнации сменялись обострениями отношений между Кишиневом и Тирасполем и редкими прорывами. 18 ноября состоялось официальное открытие моста через Днестр между селами Гура-Быкулуй и Бычок, взорванного во время вооруженного конфликта 1992 года, затем восстановленного в нулевых годах на европейские деньги. Впоследствии, как говорят наблюдатели, мост стал символом тупика в переговорном процессе и неспособности достичь компромисса. У моста — стратегическое значение, это часть европейского коридора M14 Брест-Кишинев, и он может способствовать экономическому развитию региона. В последних числах ноября, политические представители Кишинева и Тирасполя подписали четыре протокольных решения, определяющие работу приднестровских школ с преподаванием на румынском, обеспечения доступа молдавских фермеров к сельхозугодьям, расположенных за трассой Рыбница-Тирасполь, признания дипломов о высшем образовании, выданных в Приднестровье, а также восстановления фиксированной и мобильной телефонной связи между двумя берегами Днестра. Все эти договоренности получили высокую оценку на ежегодном саммите ОБСЕ, прошедшем в начале декабря в Вене, в итоговой декларации саммита отмечается необходимость начала политических переговоров по окончательному урегулированию конфликта и предоставлению Приднестровью особого статуса, основанного на суверенитете и территориальной целостности Республики Молдова. Вопреки хвалебным оценкам, ряд экспертов сдержанно воспринимают возможность реализации этих договоренностей на практике, кроме того, они нуждаются в доработке. В прошлой программе мы представили вам точки зрения аналитиков из Кишинева и Тирасполя, а сегодня предлагаем послушать и мнения известных международных экспертов. Валентина Урсу обсудила все это с немецким политологом Аннели Уте-Габани.

Аннели Уте-Габани: Совершенно очевидно, что лед тронулся, совершенно ясно, что переговоры после определенного застоя вновь начинают набирать обороты. Но это – дежавю, аналогичное ощущение было и в 2012 году, когда переговоры возобновились после еще более длительной паузы, шестилетней. Сейчас перезагрузка диалога происходит не по политической составляющей, перезапущены, скажем так, переговоры в формате «1+1», между Кишиневом и Тирасполем. Кому это на руку, и насколько этот факт положителен сам по себе, – это главный вопрос. По моему мнению, это на пользу – однозначно на пользу! – рядовым гражданам как с левого, так и с правого берега Днестра, с оглядкой на которых и следует вести политику. Но, разумеется, есть и другие соображения, которые не следует сбрасывать со счетов.

Свободная Европа: В соцсетях бывший спецпредставитель ЕС в Кишиневе Кальман Мижей дает понять, что это яблоко может выглядеть аппетитным лишь снаружи. Какие мысли возникают после его предположения?

Аннели Уте-Габани: Возможно, это отравленное яблоко... Но вопрос в том, куда эти переговоры в итоге заведут. Лично у меня пока сложилось мнение – и это, по крайней мере, вытекает из всего того, что говорят представители Кишинева, – что они получили то, к чему шли долгие годы. Поэтому вопрос, скорее, в том, почему пошел на уступки Тирасполь, ведь он всегда проявлял непреклонность и не шел ни на какие компромиссы, которые можно было рассматривать как слабость.

Что же означают эти переговоры, суть которых, по моему мнению, не в признании элементов государственности, как опасаются некоторые обозреватели? Во-первых, еще неизвестны подробности документов, ведь, как говорится, дьявол кроется в деталях, а детали эти окутаны туманом.

С другой стороны, вспоминаю дебаты, которые развернулись в Германии в 70-е и особенно в 80-е годы, в условиях финансово-экономического кризиса, когда, с одной стороны, проявилось стремление отмежеваться от Советского Союза, который тоже переживал острый кризис и который, с другой стороны, настойчиво требовал от своих союзников следовать по пути перестройки.

Помню, в тот период стороны тоже пошли на определенные уступки гуманитарного характера, и тоже все задавались вопросом, нет ли в этом элементов признания государственности ГДР? Но если дипломаты достаточно внимательны и осторожны, то я думаю, что этой опасности можно избежать. По крайней мере, до настоящего момента этого не произошло.

Свободная Европа: Представитель Российской Федерации, г-н Губарев, который приветствовал достигнутые договоренности между Кишиневом и Тирасполем, задается вопросом, будут ли выполнены подписанные четыре протокола, не будет ли препятствий на пути их применения, и говорит о необходимости гарантий. Кто может препятствовать и кто должен предоставить гарантии?

Аннели Уте-Габани: Россия всегда пыталась добиться каких-то гарантий со стороны Запада. Помню, когда Австрия провозгласила свой вечный нейтралитет, русские согласились вывести свои войска, а заодно дали добро на уход других своих союзников из Австрии – в ответ на более или менее четкие гарантии. Но, думаю, сейчас этого не произойдет.

Совершенно ясно, что Запад хочет упростить жизнь рядовых граждан, но, с другой стороны, это и дело чести каждой страны, которая руководит переговорами от имени ОБСЕ. И тут есть любопытный момент. Лично я, как немка, не понимаю, почему все это не стало возможным при председательстве Германии в ОБСЕ, когда посол Мейер-Клодт буквально из кожи вон лез, только чтобы подвести стороны к общему знаменателю. А сейчас, как гром среди ясного неба, достигнуты договоренности, которых Германия так активно добивалась… Возможно, это не так уж и важно – но это очень любопытно.

Свободная Европа: Говорят, что эти положения входят в пакет «Берлин плюс». То есть, основы заложены еще в период председательства Германии в ОБСЕ. И вот сейчас, когда мандат Австрии близится к завершению, удалось достичь компромисса.

Аннели Уте-Габани: И это крайне интересно.

Свободная Европа: Ходят слухи, что у Кишинева есть план политического урегулирования приднестровского конфликта, который будет представлен в самое ближайшее время, что там зафиксирован вывод российских войск с левого берега Днестра и преобразование миротворческой миссии в гражданскую. Однако Тирасполь непреклонен и отказывается обсуждать политическое урегулирование. Как вы считаете, следующим шагом в переговорном процессе может стать именно статус региона?

Аннели Уте-Габани: Думаю, это не входит в полномочия формата «1+1». Этот вопрос может быть решен исключительно на платформе «5+2», разумеется, с согласия России, которая, как известно, сохраняет свое военное присутствие в регионе.

Что может подвигнуть Россию на такой шаг? Это суть вопроса, и особенно – в контексте предстоящих выборов в этой стране. Возможно, свою роль сыграет экономический и финансовый кризис, с которым сталкивается Россия, на фоне которого она уже не в состоянии оказывать Приднестровью такую же помощь, как прежде.

Или, может, Россия думает, что сохранение своего военного присутствия в Приднестровье становится проблематичным после того, как Украина пересмотрела свой статус и стала прозападным государством? Все эти варианты, я знаю, активно обсуждаются, но не могу себе представить, что у Кишинева есть решение, которое устроило бы все стороны – и отвечало бы интересам самой Республики Молдова.

Свободная Европа: Как со стороны вам видится решение? Считаете ли вы, что Кишинев готов осуществить реинтеграцию двух берегов Днестра?

Аннели Уте-Габани: Это сродни самоубийству, если Молдова согласится на реинтеграцию Приднестровья с группой российских войск и российскими миротворцами. Это чистое самоубийство. Другой вопрос, готов ли официальный Кишинев и население Республики Молдова согласиться на реинтеграцию.

В отличие от периода 15-20-летней давности, когда страшно было даже высказывать идею о возможном отказе от Приднестровья, со временем стало очевидно, что это непосильное бремя для такой маленькой страны. Не знаю, как выглядит ситуация сегодня, и не знаю, какие конкретно условия назрели. Но в любом случае, если бы статус Приднестровья представлял собой бомбу замедленного действия в рамках федеративного государства – это стало бы катастрофой.

Свободная Европа: Прозападный стратегический курс, который выбрала Молдова, может продолжиться вместе с Приднестровьем?

Аннели Уте-Габани: Сложный вопрос. С одной стороны, говоря геополитическим языком, ситуация для Республики Молдова немного улучшилась благодаря, в частности, более продуктивному сотрудничеству с Украиной, которая пересмотрела свой статус и позиционирование.

С другой стороны, внутренняя ситуация, умонастроения в Республике Молдова не представляются столь же благоприятными, как прежде. Но было бы ошибкой, если бы Запад решил наказать Молдову за эту неопределенность, которая вызвана туманностью ее европейского будущего. Молдова нуждается в конкретном шансе на евроинтеграцию, или, как минимум, в конкретном шансе на такую перспективу.

Наивно надеяться, что страна, лишенная такой перспективы, правительство, которое не в состоянии показать своим гражданам свет в конце туннеля, смогут обеспечить внутреннюю стабильность так, как нам этого хочется.

Свободная Европа: Кто реально будет принимать решение о реинтеграции – официальный Кишинев или сепаратистский режим Тирасполя по указке Москвы?

Аннели Уте-Габани: Разумеется, необходимо наличие политической воли на обоих берегах Днестра. Но вопрос в том – какая тираспольская администрация, какой регион будет интегрироваться? Иными словами, без предварительной демократизации Приднестровье в сегодняшнем виде не в состоянии реинтегрироваться, это было бы равносильно самоубийству.

Свободная Европа: По этому вопросу свою точку зрения активно высказывает и президент Игорь Додон, который выразил уверенность в том, что до парламентских выборов 2018 года удастся выработать единую позицию между президентом, парламентом и правительством. И уточнил при этом, что аппарат главы государства разработал собственную концепцию, которая основывается на признании и укреплении статуса нейтралитета и обеспечения права на самоопределение Приднестровья в случае утраты Республикой Молдова государственности. Могут ли три игрока – президент, парламент и правительство выработать единую позицию?

Аннели Уте-Габани: Во-первых, г-ну Додону следовало бы выработать единую позицию с самим собой, потому что он частенько ее меняет. Во-вторых, конечно, очень хорошо, если бы все госинституты, все игроки, включая представителей неправительственного сектора, пришли к согласию, к единой позиции – так, как в определенный момент это произошло в Румынии. Все общество, все институты договорились идти по пути евроатлантической интеграции.

Это очень важно, потому что для Республики Молдова особенно вредна борьба – или война между различными структурами. Но вряд ли г-н Додон владеет секретом процедуры…

Свободная Европа: О какой процедуре вы говорите?

Аннели Уте-Габани: Процедура реинтеграции Республики Молдова с Приднестровьем.

Свободная Европа: А угроза в чем?

Аннели Уте-Габани: Угроза в том, что Приднестровье – в случае появления желания реинтегрироваться – не будет отвечать тем условиям, на которые могла бы пойти Республика Молдова. То есть, и военное присутствие России, и абсолютно недемократическая система… Это стало бы катастрофой.

Свободная Европа: Скажите, а какая же роль отводится Западу в окончательном урегулировании приднестровского конфликта?

Аннели Уте-Габани: Думаю, Западу, прежде всего, надо очень хорошо понять суть вопроса, потому что больно видеть, как год от года меняются переговорщики, и новый мандат иногда начинается с нуля, так как накопленные за предыдущий год знания и опыт просто теряются.

Иными словами, необходимо глубоко вникнуть в суть вопроса и понять реальные умонастроения, особенно, с геополитической точки зрения. Было бы опасным идти по пути политических уступок ради достижения каких-то результатов, которые дадут повод той или иной стороне распушить хвост… Положение очень непростое, особенно, если учесть, что этот замороженный конфликт постепенно становится моделью и для других тлеющих или более свежих конфликтов – и буквально по соседству с Приднестровьем.

Свободная Европа: Запад мог бы договориться с Россией по вопросу приднестровского урегулирования?

Аннели Уте-Габани: Не знаю, но надеюсь, что до этого не дойдет.

Свободная Европа: Немецкий политолог Аннели Уте-Габани.

***

Свободная Европа: Наша коллега Валентина Урсу попросила высказать свою точку зрения и западного аналитика Владимира Сокора, который выразил, скорее, обеспокоенность этим «прорывом» и направлением переговоров.

Свободная Европа: Вот и Кишинев с Тирасполем выполнили одно из положений так называемого пакета «Берлин плюс». Открылся мост через Днестр между селами Гура-Быкулуй и Бычок, а политические представители Кишинева и Тирасполя подписали четыре протокола... Как это удалось?

Владимир Сокор: Давайте проанализируем содержание «берлинского пакета». Он включает две совершенно разных составляющих. От Тирасполя требуется выполнить две элементарные, человеческие, неполитические, совершенно безобидные вещи: предоставить молдавским крестьянам из Дубоссарского района доступ к своим земельным участкам, расположенным на левом берегу Днестра за трассой [Рыбница-Тирасполь] и обеспечить нормальное функционирование нескольких молдавских школ на левом берегу.

Это чисто человеческие притязания, которые Тирасполь отказывался выполнять 25 лет, шантажируя Кишинев уступками политического характера. Именно это и случилось из-за так называемого «берлинского пакета». От Кишинева же требуют предоставить Тирасполю элементы государственности – в виде признания номерных знаков автомобилей, зарегистрированных в Приднестровье, признания дипломов, выданных приднестровскими учебными заведениями, в частности, так называемого «Приднестровского госуниверситета».

Свободная Европа: Кишинев категорически отказался признавать приднестровские автомобильные номера…

Владимир Сокор: Кишинев обсуждал этот вопрос, а не отказался категорически. Кишинев был бы рад отклонить его, но пришлось обсуждать, так как остальные участники процесса «5+2» – прежде всего, Россия и ОБСЕ – не только настаивали на этом, но и требовали от Кишинева односторонних уступок.

Кишинев пока не пошел на компромисс в этом вопросе, достигнуты лишь соглашения, подробности которых мне неизвестны, о восстановлении фиксированной телефонной связи и признании дипломов приднестровских учебных заведений, в том числе приднестровского университета, так называемого «государственного». Мне неизвестно, какую именно форму приняло это признание, знаю лишь, что это были требования Тирасполя и Москвы, чтобы Кишинев признал данные элементы государственности, точнее сказать, элементы будущего «особого статуса».

Российская дипломатия открыто говорила об этом – признание дипломов об образовании, выданных «государством» в Приднестровье, признание приднестровских номерных знаков являются элементами будущего особого статуса региона. Первыми элементами государственности. Это так называемые «мелкие шаги», которые заведут неизвестно куда.

Нам ведь не говорят, куда именно ведут эти «мелкие шаги», нам говорят лишь, что эти «мелкие шаги» нужно сделать, но их направление неясно. Правда, мы это направление прекрасно видим. Это попытки ввести постепенно, украдкой определенные элементы государственности Приднестровья. Повторюсь еще раз, мне неизвестно, как именно выглядят эти элементы, но речь идет о признании отдельного телефонного кода Приднестровья и апостилирования «Приднестровского госуниверситета». Так что не все так уж гладко и безобидно.

Свободная Европа: Но некоторые эксперты считают, что экономический кризис, охвативший регион, вынудил Тирасполь быть более сговорчивым в надежде, что в конечном итоге выиграют граждане. Потому что об этом давно говорят, что вначале необходимо заняться «корзинами», которые включают проблемы жителей двух берегов Днестра, а затем приступить к политическому урегулированию. Я имею в виду предоставление особого статуса приднестровскому региону.

Владимир Сокор: Что касается этих серийных шагов, трех «корзин», о которых вы упомянули: давайте посмотрим, как вообще дошло дело до этих трех «корзин».

Здесь российская дипломатия, к сожалению, с помощью ОБСЕ просто обвела Кишинев вокруг пальца! Кишинев дал себя обмануть следующим образом: в 90-е годы приоритетом, с точки зрения Кишинева и западных партнеров, был вывод российских войск с территории Республики Молдова, из Приднестровья. Это было приоритетом. Россия поставила условие: предоставление особого статуса Приднестровью. Точнее, не предоставление, а переговоры между Кишиневом и Тирасполем на принципах равенства сторон. Это стало первым предварительным политическим условием для вывода российских войск.

Прошло еще несколько лет, и Россия выдвинула очередное условие. На этот раз так называемого гуманитарного, экономического характера. Перед тем, как приступить к переговорам по особому статусу, как условию вывода российских войск, нужно обсудить меры по восстановлению доверия, это и есть так называемые «малые шаги». И Россия успешно ввела второе условие для вывода своих войск: восстановление доверия между двумя берегами Днестра в качестве первого шага.

А Россия при этом не является стороной конфликта, она выступает в качестве посредника. И только после этого переходим к следующему этапу, следующему условию: предоставление особого статуса. Вся эта возня может продлиться до греческих календ! Пройдут годы, десятилетия, а воз где был, там и будет.

Напомню, декларация стамбульского саммита ОБСЕ 1999 года не предусматривала никаких условий для свертывания российского военного присутствия в Молдове. В документе зафиксировано, что Россия должна вывести свои войска упорядоченно, в полном объеме, транспарентно и безоговорочно.

Россия ввела эти два условия, призванные отложить на десятилетия вывод войск, что и происходит на наших глазах, а ОБСЕ в 2003 году отказалась включать этот вопрос в документы организации, не желая позориться, постоянно требуя от России того, что Москва просто отказывалась выполнять.

Во избежание дальнейшей дискредитации ОБСЕ втихомолку перестала включать в свою повестку требование о выводе российских войск с территории Молдовы. ОБСЕ неспособна обеспечить выполнение своих резолюций, даже тех, с которыми Россия согласилась. Ведь вначале Кремль выражал готовность выполнить стамбульские соглашения.

Вот таким образом и появились на свет эти три «корзины», в соответствии с которыми вывод российских войск обусловлен двумя пакетами условий, которые следует выполнить один за другим – на это уйдут десятилетия, а условия так и не будут выполнены.

Свободная Европа: После этих «малых шагов» что может последовать, г-н Сокор, в процессе приднестровского урегулирования?

Владимир Сокор: Последует застой. Игорь Додон сетовал на этот счет в своих недавних заявлениях. Но и действия г-на Додона указывают на то, что он потерял надежду на урегулирование приднестровского конфликта по предложенным им вариантам – как, впрочем, и по любым другим вариантам.

Додон признал, что его контакты и переговоры с главой Приднестровья Вадимом Красносельским зашли в тупик, поэтому г-н Додон ищет других партнеров по диалогу в Приднестровье. Сейчас он обхаживает Олега Хоржана, лидера малозаметной и малочисленной компартии Приднестровья. Со стороны г-на Додона это просто жест отчаяния. Олег Хоржан и его партия не имеют в Приднестровье абсолютно никакого веса.

Свободная Европа: Игорь Додон приветствовал достигнутые договоренности между Кишиневом и Тирасполем, более того, частично приписывает и себе эти заслуги…

Владимир Сокор: Да, об этом скажу чуть позже, сейчас – о политическом урегулировании… Г-н Додон сказал Путину в Сочи: в ближайшие годы не следует ждать никакого прогресса в политическом урегулировании, прежде всего, потому, что в Республике Молдова предстоят парламентские выборы, после которых тоже должно пройти энное количество лет.

Иными словами, г-н Додон потерял оптимизм, который у него был на момент вступления в должность президента, когда он обещал быстрое урегулирование путем федерализации. Сейчас г-н Додон о федерализации уже не говорит, его дискурс стал более профессиональным, федерализация отпугивает людей – и вполне оправданно. Г-н Додон понял это с опозданием, сейчас он говорит только о правовом статусе – правда, этот статус тоже является вариантом федерализации. Но, по крайней мере, г-н Додон понял, что следует избегать понятия «федерализация».

Как я уже сказал, г-н Додон признался Путину, что до урегулирования еще очень далеко, и начал окучивать Олега Хоржана, что свидетельствует о его отчаянии, так как эта партия не пользуется никаким влиянием в Приднестровье.

И действительно, Красносельский в Тирасполе вышел из себя, топнул ногой и заявил, что эта партия – ноль без палочки, и ведь он абсолютно прав... Таким образом, Додон дважды признал тупиковую ситуацию: когда сказал, что до урегулирования очень далеко, и когда стал искать других партнеров по диалогу вместо Красносельского.

Более того. В Сочи г-н Додон посетовал на то, что подход Тирасполя и Москвы в вопросе предоставления Приднестровью финансовой помощи неконструктивный и даже пагубный. Иными словами, он не верит даже в поддержку Путина в отношении быстрого урегулирования конфликта.

И вот тут мы и подошли к вашему вопросу: заинтересована ли Россия в урегулировании конфликта? На данный момент такого интереса у России нет, Россия не поддерживает Додона, Россия не призывает к быстрому урегулированию конфликта, пусть даже в интересах Додона или самой России… По одной простой причине: Россия не может позволить себе содержать сателлита в лице Молдовы.

Даже если предположить, что Додон победит на выборах, а в Молдове установится пророссийская власть, средств на содержание этой власти у Москвы нет. Такая власть мгновенно лишится экономической и политической поддержки Запада, и России придется взять ее на попечение – естественно, вместе с Приднестровьем. А Россия сегодня не в состоянии содержать даже Приднестровье, не говоря уже обо всей Молдове, реинтегрированной с Приднестровьем в рамках соглашения под эгидой России. Так что Россия заинтересована в затягивании этого процесса до бесконечности.

Свободная Европа: Мнение западного аналитика Владимира Сокора.

***

Свободная Европа: Дамы и господа, наша передача подошла к концу. Ее ведущий Александр Фрумусаки благодарит вас за внимание и прощается до следующей встречи. Вы слушали Радио Свободная Европа.

XS
SM
MD
LG