Linkuri accesibilitate

Ион Стурза: «Нет никаких признаков несостоявшегося государства. Слишком высокомерно использовать этот термин»


Интервью с бывшим премьер-министром Молдовы

Свободная Европа: Республика Молдова и 26-я годовщина провозглашения независимости. Презрение, неодобрение, недоверие к политическому классу, нищета и коррупция, несостоявшееся государство – неужели в том далеком 1991 году политики могли предположить, что такую оценку получат они 26 лет спустя со стороны граждан?

Ион Стурза: Думаю, нет. Но я с самого начала должен сказать, что я не являюсь одним из созидателей независимости и не был диссидентом, которые приблизили это событие. Если честно, я считаю, что мало кто может приписывать себе подобного рода заслуги – что они способствовали независимости. Разве что Ельцин и путчисты, а заслуга местных элит в этом небольшая.

Свободная Европа: Иными словами, эту независимость гражданам Молдовы просто преподнесли на блюдечке?

Ион Стурза: Однозначно!

Свободная Европа: А потом пролилась кровь на Днестре…

Ион Стурза: Пролилась… Но здесь идет речь о защите независимости, что абсолютно естественно, и мы должны оценивать эти события должным образом, в том числе т конфликт на Днестре 92-го года. Если же говорить о 91-м, когда Советский Союз приказал долго жить, то этот распад был результатом естественных событий, не связанных с молдавскими диссидентами.

Свободная Европа: Вы считаете, что если бы тогда два берега Прута объединились, сегодня ситуация была бы иной?

Ион Стурза: Разумеется. В тот момент это повлекло бы определенные жертвы, в частности, со стороны Румынии. Трудно себе представить, чем обошлось бы это обеим сторонам, но, думаю, в 1991-92 гг. был подходящий момент для воссоединения. Уже в 93-м, когда началось движение реванша сторонников Советского Союза, эта тема отошла на второй план, и вернуться к ней…

Независимость стала большим подарком

Свободная Европа: Реальность продиктовала другое решение – построить независимое государства Республика Молдова?

Ион Стурза: Хотя одни утверждают, что мы являемся наследниками молдавского средневекового государства, это немного смешно – эта пядь земли между Прутом и Днестром наследником молдавского средневекового государства никак не является. В нас, коренном населении нынешней Республики Молдова, генетически не заложено чувство независимого государства, у нас нет опыта государства, как, например, у прибалтов. Поэтому мы не боролись за независимость, признаем это честно.

В конце 80-х – начале 90-х годов мы боролись за язык, историю, культуру, национальное самосознание, но о независимом государстве и не мечтали. Более того, я – очевидец участия бывших национальных элит в дискуссиях по созданию конфедерации на базе Советского Союза. Не хочу приводить имен известных молдавских деятелей, которые сидели тогда в Москве и работали над новым договором.

Лично я, в силу своей молодости и наивности, примкнул к группе Явлинского, которая работала над экономической программой новой конфедерации, известной как «500 дней». После этого мы еще долго шутили с Явлинским по поводу своей наивности, чтобы не сказать – глупости…

Трудно было представить себе, что этого государства больше не будет. Поэтому – да, независимость стала большим подарком для коренных жителей.

Свободная Европа: И все-таки, кто работал над статусом конфедерации?

Ион Стурза: Была военная составляющая, в которой был задействован тот, кто был тогда главой военного ведомства, была экономическая составляющая, с участием премьер-министра, была политическая составляющая – депутаты Верховного совета… Целая группа людей, многие из них живы-здоровы и по-прежнему проявляют политическую активность.

Свободная Европа: Вы были премьером. В ваше время какое место занимал приднестровский вопрос, процесс урегулирования среди других приоритетов власти?

Психологически Лучинский находился под влиянием Смирнова

Ион Стурза: Раскрою скобки. Несмотря на то, что непосредственно в политике, в правительстве я был в течение двух лет, я не снимаю с себя личной ответственности за произошедшее в Молдове. Потому что сегодня немало таких, кто только-только отошел от дел после того, как занимался политикой, как тут же пытается возложить вину на кого-то, найти…

Свободная Европа: Козла отпущения?

Ион Стурза: …в некотором роде. Думаю, все, кто имеет или имел хоть малейшее отношение к политике, пусть и 20 лет назад, несут ответственность за эту страну, в том числе, за происходящее в Приднестровье. Хочу сказать, что когда я возглавил правительство и ознакомился с приднестровской проблематикой, то обнаружил, что, по сути, семь лет спустя после конфликта никто в Молдове системно и серьезно этим вопросом не занимался. Это была прерогатива президента, который время от времени встречался…

Свободная Европа: Но так и говорили о том, что г-н Лучинский сделал самые большие уступки в пользу тираспольского режима.

Ион Стурза: Должен честно сказать, что психологически Лучинский находился под влиянием Смирнова. Помню нашу встречу в Тирасполе, где я был вместе с Лучинским; так вот, Игорь Смирнов высказывался так нагло и беспардонно в адрес руководства Республики Молдова, что я был шокирован и прямо сказал Лучинскому: «Это недопустимо, мы не можем пойти на это, ведь, что ни говори, мы суверенное государство, да и наша мужская гордость, гордость политика…». Над ним Смирнов буквально довлел.

Приднестровье было и остается серьезным каналом контрабанды

Мы попытались создать инструмент, институт, структуру, которую, кстати, возглавил Оазу Нантой, которая должна была собрать протоколы, документы, разного рода информацию по всем службам, и выстроить сколько-нибудь связную политику по Приднестровью. Концепцию, пусть и продвигаемую тем же президентом, но – последовательную.

Но справедливости ради надо сказать, что мы и тогда, и потом очень много внимания уделяли проблемам приднестровцев – транспорт, связь, документы – и слишком незначительно продвинулись по политической составляющей. И такая ситуация сохранилась и по сей день, это так называемая «политика малых шагов».

Свободная Европа: Но и тогда Тирасполь обвел Кишинев вокруг пальца с помощью этих самых малых шагов, которые должны были подвести к «третьей корзине» – выработке правового статуса Приднестровья…

Ион Стурза: Знаете, Приднестровье, урегулирование приднестровского конфликта не числились среди приоритетов. Тогда политики заморозили этот вопрос и занялись внутренними проблемами, а о приднестровской тематике вспоминали лишь тогда, когда возникали какие-то кризисные ситуации.

Свободная Европа: Эксперты говорят, что контрабанда обогатила многих людей и на левом, и на правом берегу Днестра. Так ли это?

Ион Стурза: Не многих, но Приднестровье было и остается серьезным каналом контрабанды. Сейчас это явление немного потускнело по той простой причине, что Украина, наконец-то, через 20 с лишним лет, обнаружила, что на западной, вернее, на юго-западной границе есть ничейная территория, которая представляет угрозу национальной безопасности.

Нынешняя власть отчаянно нуждается во внимании со стороны иностранных государств

Хочу сказать, что крупнейшим бенефициаром была не Республика Молдова, а сама Украина. Эти огромные потоки контрабанды мяса, сигарет, других товаров были составной частью мафиозной системы Украины и в меньшей степени – Республики Молдова.

Первое, что мы сделали, – ввели так называемые таможенные пункты, которые стали принимать форму внутренней таможни, и попытались остановить эту контрабанду. Но подчеркну еще раз: и тогда, и сейчас налицо открытое или менее открытое взаимодействие между группами экономических интересов с обоих берегов Днестра.

Свободная Европа: И в таком случае решение приднестровской проблемы может быть отложено на долгие, долгие годы? Да и вообще, кто-то еще будет серьезно заниматься приднестровской проблематикой?

Ион Стурза: Действующая власть довольно амбициозно подходит к этому вопросу. Взять хотя бы демарш…

Свободная Европа: …обращение в ООН?

Ион Стурза: Да, о выводе российских войск с территории Республики Молдова. И заявления, прозвучавшие в последнее время; та же высылка дипломатов и объявление Дмитрия Рогозина персоной нон грата – все эти действия из одной оперы, направленные на интернационализацию конфликта… Ну, вы понимаете, после Афганистана, куда пришлось вмешаться американцам, потому что европейцы уже не в состоянии... Не разыграть эту карту преступно. Нынешняя власть, которая отчаянно нуждается во внимании со стороны иностранных государств, обязательно должна сыграть на обострении ситуации вокруг Приднестровья.

Ключ приднестровского урегулирования находится в Москве, и это даже не подлежит обсуждению

Свободная Европа: ООН можно привлечь к урегулированию приднестровской проблемы?

Ион Стурза: Нет, ООН – ни в какой форме, даже малейшей надежды на это нет. Это, скорее, стерильный демарш, пропагандистский прием. Увы, если ситуация будет обостряться, вовлеченными окажутся соседние страны, в первую очередь, Украина и Румыния. Я не думаю, что Румыния останется безучастной, как в 92-м году.

Свободная Европа: Но, в конечном счете, от кого больше зависит сегодня динамика приднестровской проблематики– от президента Игоря Додона или от власти, координатором которой выступает Владимир Плахотнюк?

Ион Стурза: От власти, однозначно. Президент, как говорят молдаване, пытается ходить гоголем, но остается декоративной фигурой.

Свободная Европа: И не может посодействовать…

Ион Стурза: Мог бы, если…

Свободная Европа: …активизации процесса приднестровского урегулирования?

Ион Стурза: Нет. Если бы это была харизматическая личность, человек интеллигентный и с явными лидерскими способностями – тогда да, независимо от своей позиции, как глава государства. Но он не обладает такими чертами. Увы, это так – это довольно слабенькая фигура в общем пейзаже.

Свободная Европа: Он пользуется поддержкой Кремля, и этот момент нельзя сбрасывать со счетов, потому что Москва в любом случае держит в своих руках определенные рычаги, с помощью которых может активизировать или, напротив, застопорить приднестровское урегулирование.

Посмотрите, как голосовали люди за эти 26 лет. Они всем дали возможность порулить

Ион Стурза: Это однозначно. Да, ключ приднестровского урегулирования находится в Москве, и это даже не подлежит обсуждению, это надо признать. И причину следует искать не столько в присутствии российских войск в регионе, сколько в менталитете, мышлении приднестровцев. Оттуда должен поступить предельно четкий сигнал.

Свободная Европа: Г-н Стурза, за эти 26 лет независимости все правительства говорили, что национальный интерес превыше всего, но граждане живут мыслью, что ни одна власть не желала им добра.

Ион Стурза: А вы можете сформулировать, в чем состоит национальный интерес?

Свободная Европа: Ну, это вы должны были сделать, вы же были во главе правительства…

Ион Стурза: Мне не хватило наглости сформулировать национальный интерес, который каждая нация в той или иной форме определяет устами своей элиты. Не думаю, что сегодня существует национальный интерес, под которым подписались…

Свободная Европа: Но если через 26 лет национального интереса нет, то куда идет Молдова?

Ион Стурза: Он отсутствует, потому что мы никак не определимся, кто мы есть, к чему стремимся, какое будущее желаем своей стране, какую судьбу выбираем для себя. По сути, большинство молдаван просто отстранились от парадигмы «мы – государство Республика Молдова», ну, а государство открестилось от своих граждан, и каждый решает свои проблемы так, как считает нужным.

Одни эмигрируют, другие замыкаются в собственных проблемах и заботах. Нет единства, нет движения, которое сегодня сплотило бы людей вокруг национальной идеи.

Свободная Европа: Значит, политический класс – единственный, кто оказался в выигрыше за эти 26 лет?

Ион Стурза: Элиты, в том числе политические, являются зеркалом общества. Несмотря на это, ответственность за сложившееся положение дел лежит не на гражданах, как пытаются представить ситуацию некоторые, а на элитах, на тех, кто, в конечном счете, взял на себя роль лидеров.

Нельзя выходить к людям с призывами к терпению, а между этими вылазками в народ летать на частном самолете

Пользуясь случаем, хочу публично ответить тем, кто по-прежнему считает, что виноват народ – не так, видите ли, народ голосует. Посмотрите, как голосовали люди за эти 26 лет. Они всем дали возможность порулить – и фронтистам в начале 90-х, и полукоммунистам-полурыночникам аграриям, и демократам в 98-м, затем вернулись коммунисты, в 2009 году их просто смели и пришли демократы… Значит, нельзя сказать, что люди не пытались что-то изменить. Но никто надежд людей так и не оправдал.

Свободная Европа: Значит, только политический класс все это время был в выигрыше, а граждане оказались у разбитого корыта?

Ион Стурза: Какой политический класс? У нас нет политического класса, за крайне редкими исключениями. У нас нет профессиональных политиков, заботящихся о чистоте своего мундира, о том, как они выглядят в глазах общества…

Свободная Европа: Не знают, что такое настоящая политика?

Ион Стурза: …которые понятия не имеют о том, что такое настоящая политика. У нас одни комбинаторы, и великие, и помельче, которые суетятся между экономическими и политическими интересами…

Свободная Европа: И почему эти люди выходят на первый план политической сцены, а действительно перспективные политики остаются в тени?

Ион Стурза: Думаю, Молдова очень нуждается в катарсисе, очищении по моральным и этическим критериям. Я бы предпочел, чтобы будущий глава государства был бедным, но честным, потому что абсолютно аморально – и это говорит сравнительно богатый, состоятельный человек – полностью аморально выходить сегодня к людям и говорить им, как хорошо они будут жить, но для этого надо потерпеть еще с десяток лет, как недавно сказал премьер-министр, что пенсия в 700 леев или зарплата в 2000 леев – это OK, что мы строим для вас дороги и прочее – и все это на фоне разгульной роскоши другой категории: частные самолеты, ночные клубы, часы стоимостью в сотни тысяч и многое другое. И им еще хватает наглости обсуждать одежду бедных оппозиционеров, которые святее матери Терезы? Этот цинизм…

Нельзя выходить к людям с подобными призывами к терпению, а между этими вылазками в народ летать на частном самолете за миллион долларов. Поэтому мы нуждаемся в катарсисе. Нам нужны бедные, но честные политики.

Свободная Европа: Откуда же взяться таким лидерам?

Ион Стурза: Они появятся. Я не думаю, что это невозможно. В нищей стране с пышным букетом социальных проблем следующим к власти придет именно такой тип политиков. Не пухленький Додон с миллионными особняками, концертами на миллионы и замашками буржуа – не он; придут другие.

Свободная Европа: Почему экономика не развивалась? Почему акцент не делали на экономическом развитии?

Ион Стурза: Изначально были допущены фундаментальные ошибки, когда еще были резервы развития; слишком затянулся переходный период, который практически не завершен и по сей день. Серьезной ошибкой стало затягивание с реализацией Земельного кодекса. Молдова – аграрная страна. Соответственно, в 97-м, когда мы пришли к власти, говорили председателям колхозов, обсуждая за шашлыком приватизацию земли: «Сохраняйте колхозы!»

Кошке надо было отрубить хвост в 1992-93-м. Вторая основная ошибка, и не только в нашей стране, состояла в модели приватизации за боны народного достояния. Очень тесный круг лиц разбогател на этом, а большинство остались ни с чем.

Свободная Европа: А что произошло с бонами народного достояния?

У молдаван это в крови – подозревать

Ион Стурза: Улетучились, бесследно исчезли. И, кстати, молдаване и здесь проявили беспардонную толерантность – все это украденные у них миллиарды, на этом разбогатели так называемые управляющие фондами, которые перевели активы на личные счета и стали всесильными магнатами, бизнесменами…

Свободная Европа: А государство молчало? Не располагало нужными рычагами?

Ион Стурза: Были и рычаги, но и государству отводилась определенная роль. В конечном счете, национальный регулятор… Не было у нас регулирующего органа, в 98-м только приступили к его формированию. Для меня стало шоком в 98-м узнать, что никто в экономическом блоке не понимал важности макроэкономических механизмов, макроэкономической стабильности, не знал, как иначе можно влиять на экономику, помимо утренних «нарядов»…

Свободная Европа: Очень многие задаются вопросом: почему экономика топчется на месте, и почему невозможно ликвидировать монополии?

Ион Стурза: Во-первых, необходима открытая и конкурентоспособная экономика. Вы правы, возвращаясь к идее монополий, в большинстве своем созданных искусственно в целях эксплуатации этой маленького и малоразвитого рынка – потому что в нормальных условиях конкурировать трудно. Экономика должна быть прозрачной, защищенной государством и открытой для инвестиций.

Свободная Европа: К тому времени, когда экономика будет открытой, возможно, в Республике Молдова ничего не останется, потому что, по восприятию большинства, все продается: либо за ничтожные деньги, либо по бартеру, либо…

Уверен, что мошеннические схемы в цепочке импорта кучурганской электроэнергии продолжают функционировать

Ион Стурза: У молдаван это в крови – подозревать. И чем проблематичней будет легитимность правительства, я имею в виду нынешнего, которое пользуется поддержкой лишь 3-4%, любая приватизация, любая экономическая инициатива будет рассматриваться как проявление корыстных интересов, которые, как правило…

Свободная Европа: Но приватизацию надо продолжать? Ваше мнение, как экономиста.

Ион Стурза: Я считаю, что все нужно проводить поэтапно. Это не значит, что государство не может оставаться собственником, но формы управления компаниями должны опираться на критерии качества и корпоративности, как происходит во многих странах. У нас же… Если все руководители госпредприятий назначены по принципу «я – тебе, ты – мне», по политическим критериям, и мы имеем то, что имеем... Стоит ли удивляться тому, что эти компании…

Свободная Европа: Но приватизация приносит какие-то деньги в копилку государства – или только в карман бюрократа?

Ион Стурза: Меня, в том числе, упрекают в том, что разгосударствление было проведено за смехотворные деньги. А то, что на приватизацию выносились неприбыльные компании на грани банкротства, такие, например, как [нынешний цементный завод] Lafarge – никто об этом не задумывается.

Поэтому мы не в том состоянии, когда можно делать деньги на приватизации предприятий. Напротив, нам пришлось в срочном порядке спасать какие-то активы, которые управлялись из рук вон плохо, чтобы передать их частникам, которые доказали, что они в состоянии ими распоряжаться лучше. Такой опыт пережили многие страны, успешно осуществившие приватизацию, – и не только бывшие советские, но и капиталистические страны.

Свободная Европа: Импортируя энергоресурсы, мы способствует обогащению третьих лиц?

Ион Стурза: Уверен, что мошеннические схемы в цепочке импорта кучурганской электроэнергии продолжают функционировать. Пример тому – наглость и цинизм, поспешность и засекреченность при пересмотре контракта с украинским поставщиком и заключение дополнительного договора с кучурганской ГРЭС. Вся эта возня шокировала и энергетическое сообщество, и иностранных экспертов, которых, якобы, пригласили на эти переговоры.

Настоящие политические лидеры выше жалких пиар-акций, этого геостратегического копошения

Совершенно очевидно, что Moldovagaz продолжает оставаться дойной коровой и трансграничным тандемом. Вдумайтесь, импортные цены на природный газ снизились на 40-50%, а тариф для конечных потребителей остался прежним. Разница где? Еще и потери огромные…

Свободная Европа: Г-н Стурза, и вы в свое время вели переговоры и с «Газпромом», и с другими российскими поставщиками электроэнергии в Молдову. Сейчас активно обсуждаются переговоры, которые провели Игорь Додон и Зинаида Гречаная, потому что Республика Молдова сегодня импортирует энергоресурсы на основании заключенного ими контракта. Вы считаете, что там были махинации?

Ион Стурза: Нет, нет. Договор – это рамочный документ, который «Газпром» подписывает и с другими странами. Цена более или менее аргументирована и в меньшей степени зависит от каприза сторон. Она привязана к стоимости других энергетических ресурсов на международных рынках, рассчитывается по определенной формуле.

Это, а не переговоры последних лет, и привело к довольно ощутимому снижению закупочных цен на газ, потому что формула расчета привязана к стоимости других энергоресурсов – нефти и т.д. Следовательно, в этом я не вижу возможностей для махинаций.

Свободная Европа: Газопровод Яссы-Унгены дойдет до Кишинева?

Ион Стурза: Должен, потому что все, что было сделано до Унген – и все это прекрасно понимают – не более чем заявление о намерениях.

Свободная Европа: Больше символики, чем…

Ион Стурза: Символизма, в котором ничего плохого нет. Но сейчас пора задействовать экономический фактор. Газопровод должен дойти до Кишинева, и государство обязано помочь, ведь объекты такого масштаба, инфраструктурные объекты…

Свободная Европа: «Газпром» может чинить препятствия?

Ион Стурза: Разумеется, может, хотя, по моему мнению, именно он заинтересован больше других, потому что сегодня газовый рынок не столь зависим от физической инфраструктуры, от газопровода, как пять, десять лет назад.

Налицо фундаментальная несовместимость между Владом Плахотнюком и лидерами оппозиции

Благодаря развитию разветвленной сети газопроводов этот рынок стал довольно свободным и гибким. «Газпром» продолжает через своих агентов в Кишиневе чинить различные препятствия, что приводит в отчаяние Бухарест по поводу этих двух проектов энергетического и газового взаимоподключения в рамках различных технических стандартов. Позиция Кишинева в этом вопросе остается достаточно серьезной. Если не на политическом или правительственном уровне, то, по крайней мере, на техническом уровне.

Сегодня, как никогда, со стороны Кишинева наблюдается открытость к любым инициативам Бухареста. Другое дело, что Бухарест особой активность не проявляет, потому что мало желающих рискнуть своими деньгами ради бюджетной стабильности в Кишиневе, не говоря уже о…

Есть и другие инструменты, которые, по моему мнению, не являются темой сегодняшнего разговора об открытости Кишинева. Но у Бухареста и своих проблем выше крыши, в частности, внутреннего характера, поэтому Молдова остается для Румынии второстепенным, менее интересным вопросом.

Свободная Европа: Но углубление молдавско-румынского сотрудничества происходит на фоне охлаждения в молдавско-российских отношениях…

Ион Стурза: Нет. Знаете, в публичном пространстве Молдовы бытует много мифов – что Румыния на уровне государства и государственных структур стимулирует антироссийские настроения в Кишиневе, что Москва ревнует Молдову к Румынии… Да ничего подобного! Настоящие политические лидеры выше этих жалких пиар-акций, этого геостратегического копошения.

Свободная Европа: В начале нашего разговора вы упомянули о грехах политического класса за 26 лет независимости. И вот сегодня власть говорит, что для очищения политического класса необходима реформа системы выборов – и что сделать это нужно к избирательной кампании 2018 года. Какие у вас надежды на предстоящие выборы?

Ион Стурза: Да, политический класс пройдет чистилище через кассу Global Business Center…

Сейчас я не вижу никого под стать Владу Филату, кто мог бы составить конкуренцию Владу Плахотнюку

Свободная Европа: Соперничество развернется между социалистами, коммунистами и правым сегментом политической сцены…

Ион Стурза: Если дела будут идти в том же направлении, что и сегодня, когда так называемые проевропейцы одержимы идеей разделаться с оппозицией, которой лично я симпатизирую и считаю ее способной обеспечить реальное чистилище, не на словах, а на деле, то мы станем свидетелями сокрушительной победы пророссийского левого лагеря.

Сокрушительной, конституционной… Это большая иллюзия – надеяться, что смешанная формула выборов даст возможность сколотить проевропейское большинство.

Свободная Европа: Но почему вы не верите в возможность мобилизации здоровых сил? Я спрашиваю об этом потому, что и многие граждане, с которыми мне доводится беседовать, говорят, что слишком много пессимистичных оценок, критических настроений…

Ион Стурза: Нет, нет, я верил и верю…

Свободная Европа: …звучат со всех сторон, и это углубляет всеобщее ощущение безысходности и отчаяния.

Ион Стурза: Я верю в хороший результат, как верил в хороший результат Майи Санду на президентских выборах. Правда, он оказался не столь хорошим. Я верю в хороший результат оппозиции, но, увы, опросы сегодня не позволяют надеяться на то, что удастся сформировать правоцентристское большинство.

Особенно, если учесть, что одна из составляющих, которая теоретически могла бы стать частью этого большинства – Демпартия. Но я не вижу, в какой форме и каким образом в ее нынешней конфигурации она могла бы войти…

Свободная Европа: По другому случаю вы сказали, что в Демпартии достаточно здравомыслящих людей, которые желают добра этому государству.

Додон – трехгрошовый политик, это безрассудное дитя переходного периода, которое крутилось вокруг Воронина

Ион Стурза: Это однозначно, но налицо фундаментальная несовместимость между Владом Плахотнюком и лидерами оппозиции, несовместимость, которую вряд ли удастся смягчить, хотя бы по той причине, что за последние семь-восемь лет все мы видели, что происходит с партнерами г-на Плахотнюка: одни из них на коне, другие – в тюрьме. Поэтому не думаю, что кто-то захочет повторять подобные эксперименты.

Сейчас я не вижу никого под стать Владу Филату, кто мог бы составить конкуренцию Владу Плахотнюку и попытаться с ним побороться, не в физическом, конечно, смысле. Очень сложно, поэтому такой вариант – который, кстати, рассматривают и наши внешние партнеры – нереален, с моей точки зрения.

Свободная Европа: Многие считают, что к осени – или когда будет решено вернуться к реформе системы выборов, чтобы утвердить второй тур голосования в рамках парламентской избирательной кампании – отношения между Владимиром Плахотнюком и Игорем Додоном могут обостриться. К чему может привести открытое противостояние между этими двумя политическими игроками?

Ион Стурза: В одной из ваших передач, в том числе, прозвучала информация о попытках подвести президента Додона под импичмент…

Свободная Европа: Вы имеете в виду заявление, которое сделал в нашей студии бывший председатель Конституционного суда Александру Тэнасе?

Ион Стурза: Да, у него сейчас много свободного времени, и он может целиком посвятить себя выстраиванию различных схем – как и привести кого-то в кресло президента, как сделал это в своей время с Додоном. Знаете, это рискованное занятие. Любые разговоры о том, как вывести из игры Игоря Додона, шиты не просто белыми, но разноцветными нитками, они опасны, так как это исказит реальную картину и свернет с катушек значительный сегмент населения, верный сегодня этому лидеру.

Я говорю не только о национальных меньшинствах, но и о значительной части молдаван. В конечном счете, людям нужно, чтобы кто-то их вел. Додон же откуда появился?

Владу Плахотнюку удалось достичь своей цели – унизить и уничтожить своего духовного отца Владимира Воронина

Додон – трехгрошовый политик, он не харизматичен, он лишен интеллигентности, это безрассудное дитя переходного периода, которое крутилось вокруг Воронина. Он родился из желания Демпартии вбить клин в Партию коммунистов в надежде, что электорат коммунистов переметнется к демократам. Трах-тарарах! Электорат коммунистов не перебежал – да и никогда не перебежит – к демократам.

Свободная Европа: Переметнулся к Игорю Додону?

Ион Стурза: Переметнулся к Игорю Додону.

Свободная Европа: Но что сделал Игорь Додон для того, чтобы заручиться столь сильной поддержкой избирателей?

Ион Стурза: Он ничего не сделал. Он просто стал лидером этой массы. Вовремя сориентировался: раз столь важный сегмент электората стоит неприкаянный на перепутье, люди третьего возраста, сторонники коммунистов, ностальгирующие чувствуют себя не у дел, то грех не воспользоваться ситуацией и не приласкать их, не возглавить эту самую дисциплинированную и надежную категорию избирателей.

Вот так и достался практически даром, безо всяких хлопот этот электорат, который не мог мигрировать в ту или иную сторону. Вернее, частично мог отойти к ЛДПМ, но не к ДПМ. Демпартия, особенно, после того, как подхватила знамя унионизма, румынизма, консерваторского американизма и антирусскости, снизила свой добровольный электоральный рынок – а свято место, как известно, пусто не бывает, и пастырь нашелся быстро.

Я лично слышал, как г-н Додон отзывается о Плахотнюке; он буквально трепещет от страха. Он знает разрушительный потенциал Влада Плахотнюка

Так что, в конечном счете, Владу Плахотнюку удалось достичь своей цели – унизить и уничтожить своего духовного отца Владимира Воронина. Но электорат последнего переметнулся не к нему, а к Додону, которому сохранит верность до тех пор, пока правоцентристская оппозиция не начнет проявлять хотя бы малейшее уважение к национальным меньшинствам и демонстрировать готовность к диалогу с ними – и с теми, кто все еще видит в России Советский Союз.

Свободная Европа: Каким образом поделены сегодня сферы влияния между Игорем Додоном и Владом Плахотнюком?

Ион Стурза: Так, как это устраивает Плахотнюка, потому что – и это уже стало банальностью – он как собачка на поводке, мечется между Москвой и Плахотнюком. Они нужны друг другу.

Свободная Европа: Г-н Тэнасе сказал, что два клинка в одних ножнах не поместятся.

Ион Стурза: Бог с вами, какие клинки, какие ножны? Они нужны друг другу.

Свободная Европа: Люди начинают это понимать.

Ион Стурза: Знаете, я лично слышал, как г-н Додон отзывается о Плахотнюке; так вот, он буквально трепещет от страха, чуть сознание не теряет, когда произносит имя Плахотнюка. Он знает разрушительный потенциал Влада Плахотнюка – и знает его слабые места.

Они продадут голос всем четырем, по 100 леев каждому, а проголосуют за кого сочтут нужным

Следовательно, он будет играть в этой парадигме, и посмотрим сейчас, какие законы он примет, какие – нет, каких послов назначит, и т.д. Иными словами, он является определенным уравнением, скорее, в игре Плахотнюка, чем в игре России. И Россия прекрасно это понимает, просто ей надо немного сохранять лицо...

Свободная Европа: Что вы желаете Молдове и ее гражданам по случаю 26-й годовщины независимости?

Ион Стурза: Ну, прежде всего, каждому думать и решать свои личные проблемы.

Свободная Европа: Один в поле не воин.

Ион Стурза: Мы живем в глобализованном мире, открытом и крайне эгоистичном – и очень конкурентоспособном. Надежда на государство, на его социальную поддержку постепенно уходит в прошлое. Надо быть готовыми противостоять глобальным вызовам. Даже эта массовая миграция идет на пользу молдаванам, они извлекают полезный урок даже из этого горького опыта – понимают, что там никто не ждет их с накрытым столом. Поэтому, прежде всего, – упорства и стремления выжить в любых условиях. И эгоизма – в меру.

Свободная Европа: Но в нищете трудно принимать здравомыслящие решения. И людям порою трудно устоять перед соблазном продать свой голос за 100 леев…

Ион Стурза: Ну, не будьте столь уж наивны. Голоса стоят не 100 леев, они гораздо дороже. Это был… крик души г-на Тэнасе у вас тут в студии.

Несмотря на то, что меня усыновила Румыния, своей родиной я считаю Республику Молдова

Свободная Европа: Я слушаю людей, с которыми разговариваю, и многие признают, что за 100 леев готовы продать свой голос.

Ион Стурза: Они продадут всем четырем, по 100 леев каждому, а проголосуют за кого сочтут нужным. Народная хитрость гораздо глубже, чем могут себе представить мастера балета в Кишиневе.

Вызовом для нас, как физических лиц, является не государство, это надо понять. Это весь мир. Это наша способность выстоять в этой глобальной экосистеме. Поэтому чем меньше мы будем заботиться о государстве, обо всем происходящем в этой стране – и больше о нас, о наших детях, о наших семьях, тем быстрее найдем свое место в глобальном мире, и тем лучше будет.

Свободная Европа: Молдова как государство обанкротится?

Ион Стурза: Нет! Несостоявшееся государство – это Сомали, это Южный Йемен, где шайки бандитов с утра до ночи сводят счеты, это Ливия и т.д. Надо называть вещи своими именами. Знаете, разница между мной и теми, кто постоянно живут здесь, в Республике Молдова, состоит в том, что за рубежом я являюсь патриотом и люблю свою родину.

Несмотря на то, что меня усыновила Румыния, и я исправно плачу там налоги, своей родиной я считаю Республику Молдова. И это не подлежит обсуждению. Я позитивно настроен по отношению к государству – пока оно существует, во всяком случае. Это государство, пусть и немного больное, скажем так, выполняет свои основные функции: социальные, законные и т.д.

Свободная Европа: А финансовые вливания будут поступать?

Ион Стурза: Будут, ведь надо же элементарно поддержать это государство, не дать ему рухнуть. Я не вижу предпосылок для того, чтобы государство обанкротилось, не вижу, откуда могут появиться банды гайдуков, готовых перерезать друг другу горло ради власти, за финансовые ресурсы, за нефть, которой нет. Что ни говори, у нас есть законы, есть правительство, есть демократическая система выборов. Нет, нет… Сейчас никаких признаков несостоявшегося государства. Слишком легкомысленно и высокомерно использовать этот термин в публичном пространстве.

Молдова: фото и видео

XS
SM
MD
LG