Linkuri accesibilitate

Оставлять ли Путину Крым. «Русская» тема и парламентские выборы в Германии


Отношения Владимира Путина и Ангелы Меркель никогда не были очень теплыми, но с началом украинского кризиса испортились совсем

“Ни один будущий президент России не отдаст Крым" –​ так считает бывший канцлер Германии Герхард Шрёдер, до сих пор пользующийся определенным влиянием в Социал-демократической партии, которая входит в правящую ныне “большую” коалицию. А лидер Свободной демократической партии Томас Линднер полагает, что аннексию Крыма Россией следует признать если не де-юре, то де-факто. Эти заявления прозвучали незадолго до парламентских выборов в Германии, которые проходят 24 сентября. Однако их наиболее вероятным победителем считается нынешний канцлер, лидер христианских демократов Ангела Меркель, известная достаточно жесткой позицией в отношении политики Кремля.

“Русская” тема, конечно, не была доминирующей в ходе предвыборной кампании. Куда больше немцев волновали иммиграция, планы реформы Евросоюза, вопросы безопасности. Экономика, кстати, в меньшей степени: ее состояние устраивает большинство граждан, и это, по мнению аналитиков, главная причина того, что Христианско-демократический союз Ангелы Меркель (в традиционной связке с “сестринской” баварской партией ХСС) уверенно идет к победе на выборах. По данным последних опросов, за христианских демократов готовы проголосовать 36–38% избирателей. Социал-демократы, главный соперник ХДС/ХСС – и одновременно партнер по правящей коалиции, отстают примерно на 15%.

Упорная борьба, видимо, развернется за третье место. Предвыборные рейтинги сразу четырех партий – “зеленых”, Левой партии (бывшие коммунисты и отколовшаяся часть социал-демократов), свободных демократов и правопопулистской “Альтернативы для Германии” (AfD) примерно одинаковы – от 7 до 11%. Если AfD преодолеет 5-процентный барьер, что случится почти наверняка, это будет первое появление в Бундестаге партии с откровенно националистической и ксенофобской программой. Немецкая пресса считает это следствием мигрантского кризиса 2015 года и политики открытости по отношению к беженцам, провозглашенной тогда Ангелой Меркель.

Предвыборные агитационные материалы "Альтернативы для Германии"
Предвыборные агитационные материалы "Альтернативы для Германии"

Однако на рейтингах самой Меркель и ее партии эта ситуация не отразилась. Отчасти из-за удачной экономической конъюнктуры, отчасти потому, что, несмотря на возникшие проблемы, никакой социальной катастрофы, связанной с новоприбывшими, в Германии не произошло. Правда, миграционную политику, учитывая настроения избирателей, правительство несколько ужесточило. Помог и договор Евросоюза с Турцией, ограничивший приток мигрантов через Балканы. Число заявлений с просьбой об убежище в Германии резко пошло вниз: если в 2016 году их было подано около 750 тысяч, то за первое полугодие 2017-го – менее 120 тысяч.

Возможно, из-за в целом спокойной обстановки в стране недавние теледебаты между Ангелой Меркель и ее основным соперником социал-демократом Мартином Шульцем большая часть наблюдателей расценила как откровенно скучные. О внешней политике – если не считать тем, связанных с ЕС и еврозоной, – участники дебатов говорили немного. Тем не менее, сказать, что Россия, Владимир Путин, Крым и война на востоке Украины остались совсем вне фокуса внимания немецких политиков, никак нельзя. Более того, в определенной мере эти темы окажут влияние на предпочтения избирателей – по крайней мере связанных с Россией и постсоветским пространством. А их не так уж мало: выходцы из России составляют, по официальной статистике, 9% всех переселенцев, обосновавшихся в Германии, из Казахстана (там в советские годы жила крупная община этнических немцев) – еще 7%. Значительная часть из них давно получила гражданство ФРГ и пойдет голосовать.

Подробнее о российской теме на выборах в Германии Радио Свобода рассказал немецкий политический аналитик, научный сотрудник киевского Института евроатлантической интеграции Андреас Умланд.

– Накануне выборов в парламент Германии целый ряд немецких политиков выступил с заявлениями о возможности – и даже необходимости – смягчения позиции Берлина по вопросу об аннексии Крыма Россией. Если пророссийские заявления бывшего канцлера Герхарда Шрёдера совсем не новинка, так как этот политик прочно связал свою карьеру с Россией, в частности, “Газпромом” и “Роснефтью”, то вот предложение лидера Свободной демократической партии Томаса Линднера признать российскую принадлежность Крыма, объявив ее “временным решением на неопределенный срок”, стало неожиданностью. В чем тут причина? Почему ряды так называемых Putin-Versteher (“понимающих Путина”) среди немецких политиков множатся?

– Я бы так резко не выражался. Я не оцениваю это последнее заявление Линднера настолько негативно. Это была просто, наверное, констатация того очевидного факта, что пока путинский режим будет у власти в России, не стоит ожидать возвращения Крыма Украине. Я бы не рассматривал это как некий большой сдвиг в позиции Германии. А звучащие иногда предложения касательно того, что стоило бы смягчить санкции против России, обычно связаны с реальным прогрессом в Донбассе. Если будут, например, сохраняться перемирие и выполняться другие пункты Минских соглашений, то возможно частичное снятие санкций для того, чтобы мотивировать дальнейший прогресс. То есть речь идет скорее о поисках каких-то путей, чтобы в конечном счете урегулировать конфликт.

Пока путинский режим будет у власти в России, не стоит ожидать возвращения Крыма Украине

– То есть вы не считаете, что немецкие политики, в частности, и члены правительства, такие как министр иностранных дел Зигмар Габриэль, находятся под определенным давлением со стороны бизнес-сообщества Германии, которое заинтересовано в возвращении полноценных экономических связей с Россией?

– Да, конечно, есть это давление, но оно было с самого начала. В принципе там мало что изменилось. В этом году пока что данные по торговому обороту между Германией и Россией выглядят довольно хорошо. На самом деле санкции, которые были введены, не сыграли уж очень большой роли. Если говорить обо всех этих политических заявлениях, звучащих в Германии, то я скорее их рассматриваю как результат того, что предыдущая политика не привела к особому прогрессу. Так что сейчас разные политики ищут пути к тому, чтобы хотя бы было достигнуто прочное перемирие и некая стабилизация в Донбассе.

– Если ХДС канцлера Меркель выиграет выборы, а это очень вероятно, то ее позиция в силу того, что, как вы говорите, прежняя политика в отношении России не привела к каким-то большим успехам, может серьезно измениться?

Если либералы получат министерство иностранных дел, можно ожидать некоторого ужесточения политики в отношении России

– Не думаю. Меркель останется, видимо, канцлером. Скорее всего, будет сохранена “большая” коалиция с социал-демократами. Может быть, поменяется министр иностранных дел: может уйти Зигмар Габриэль и, вероятно, Мартин Шульц займет его место. Другой вариант – коалиция с либералами (Свободная демократическая партия) и “зелеными”. В этом случае можно ожидать некоторого ужесточения немецкой политики на российском направлении – если либералы получат министерство иностранных дел. Потому что, несмотря на последние высказывания Линднера, они все-таки более жестко настроены в отношении путинского режима, нарушений международного права и так далее. В общем, я не думаю, что будет существенное смягчение позиции Германии по украинскому кризису. Но будет поиск каких-то промежуточных шагов, чтобы хотя бы заморозить конфликт в Донбассе.

Владимир Путин и Зигмар Габриэль во время визита главы МИД Германии в Москву в марте этого года
Владимир Путин и Зигмар Габриэль во время визита главы МИД Германии в Москву в марте этого года

– То есть, как принято говорить в таких случаях, мяч на стороне России и ее руководства, а не на стороне Германии?

– Да, я не думаю, что Запад и, в частности, Германия будут менять коренным образом свою позицию. Отмена санкций без серьезных результатов была бы потерей лица для Европейского союза. Сейчас от России требуется некий существенный шаг, тогда, наверное, могут какие-то санкции убрать, будет некая дорожная карта для дальнейшего решения донбасского конфликта и постепенной отмены санкций. Хотя это в чем-то противоречит изначальной позиции Евросоюза, ведь летом 2014 года в резолюции Европейского совета говорилось, что санкции могут быть сняты, только когда Донбасс опять будет под контролем Украины.

– Последнее предложение, прозвучавшее из уст Владимира Путина, касается размещения в Донбассе международных миротворцев. Как его восприняли в Германии, особенно учитывая предвыборную атмосферу? Как предложение серьезное, от которого следует отталкиваться и как-то дальше развивать, или как очередную уловку Москвы?

– Была двойственная реакция. В том смысле, что есть надежда, что теперь возможен какой-то сдвиг, что Москва делает хоть какое-то предложение по Донбассу. Но, тем не менее, большинство комментаторов сразу же поняли, что это лишь символический шаг, и он коренным образом отличается от того, что раньше предлагала Украина. А именно: поставить всю оккупированную территорию под контроль временной администрации ООН и соответствующей миротворческой, наверное, тяжеловооруженной миссии. Это позиция Украины: ввести туда полноценную миротворческую миссию, как это было, скажем, в Восточной Славонии в середине 90-х, во время войн в бывшей Югославии. Чтобы контроль временно перешел в руки международной администрации. Этого пока, видимо, Кремль не хочет.

Украинский конфликт и даже сама Россия ушли на второй план

– Если говорить в целом, то для немцев конфликт между Россией и Украиной, вообще всё, что происходит на восток от них, но достаточно далеко на восток, – насколько это большая предвыборная тема?

– К сожалению, в последние месяцы этот конфликт и даже сама Россия ушли на второй план, потому что есть очень много конкурирующих тем: Брекзит, беженцы, отношения с Турцией, отношения с США. Но я бы проводил различие между широкой общественностью, в среде которой действительно другие темы преобладают, и политической и интеллектуальной элитой, где все-таки есть довольно большой круг людей, которые продолжают интересоваться Украиной, которых волнует этот конфликт, и они стремятся к его решению. Я думаю, это другая ситуация, чем, скажем, до 2014 года, когда Украина была вообще не очень большой темой в европейской политике.

– Каково на данный момент состояние отношений между Украиной и Германией? Если в наличии в Германии российского политического, делового лобби не приходится сомневаться, то есть ли какое-то свое лобби в немецких “верхах” у Украины?

Торговые и другие отношения между Украиной и Германией пока крошечные. В основном всё держится на идеализме

– Да, я бы сказал, что такое лобби есть. Это в основном политики, дипломаты, журналисты, интеллектуалы, которые интересуются мировой политикой, понимают всю ту игру, которую Россия ведет с Украиной и Европейским союзом. Но это, конечно, не такое лобби, как у России, которое держится на экономической базе. Например, в Восточном комитете германской экономики доминирует интерес к России, а не к Украине. Торговые и другие отношения между Украиной и Германией пока крошечные. В основном всё держится на идеализме в том, что касается мотивов проукраинского лобби. Тем не менее, я думаю, во всех больших партиях, может быть за исключением Левой партии, есть проукраински настроенные политики.

– Вернемся к теме выборов. Часто говорят в последнее время о факторе русскоязычных избирателей в Германии. Многие СМИ отмечают, что среди них распространены прокремлевские настроения и сильна поддержка правых популистов, в первую очередь “Альтернативы для Германии”. На ваш взгляд, эта группа избирателей окажет заметное влияние на исход выборов?

– Я боюсь, что они окажут влияние, электоральная активность среди них будет высокая. Конечно, есть и другие эмигранты из бывшего Советского Союза, которые придерживаются иных взглядов, видят некоторую связь между своей собственной эмиграцией и сегодняшним путинским режимом. Но это меньшинство, а большинство все-таки, видимо, под влиянием российского телевидения, которое доступно в Германии, будет, наверное, в значительной мере голосовать за “Альтернативу”. Это связано с беженцами с Ближнего Востока и неприязнью к ним со стороны многих русскоязычных избирателей – в том числе вызванной тем, что возникает некая конкуренция между сегодняшними беженцами и эмигрантами из бывшего Советского Союза. Ну и мировоззренческое сходство между частью “русских немцев” и популистскими политиками есть, – говорит политолог Андреас Умланд.

Подробнее о том, как работала накануне выборов с русскоязычными избирателями в Германии российская пропаганда, корреспонденту Радио Свобода Андрею Шароградскому рассказал один из создателей “Форума русскоязычных европейцев в Германии”, социолог и политолог Игорь Эйдман.

Насколько, на ваш взгляд, активны сейчас русскоязычные СМИ в Германии, как они освещают кампанию перед выборами в Бундестаг?

– Наиболее популярные среди русскоязычного населения средства массовой информации – это российские федеральные каналы, как и в самой России. Они не первый год ведут довольно массированную антизападную, антиевропейскую информационную кампанию, разжигают истерию вокруг количества беженцев, вокруг так называемой исламизации Европы и так далее. Все это работает на рост рейтинга “Альтернативы для Германии”, ксенофобской, антимигрантской партии, которая, кстати, ведет очень целенаправленную и достаточно мощную кампанию именно среди русскоязычных. Она выпускает специально для них рекламную продукцию, видеоролики. Более того, она провела не так давно съезд для российских немцев в Германии, в котором участвовали представители различных мелких пропутинских организаций, русскоязычных. Недавно была зафиксирована совершенно уникальная история. На обычном телеканале российском, на Первом канале, шла новая версия "Пусть говорят", уже без Андрея Малахова, и там вдруг совершенно неожиданно была, правда, очень коротко показана предвыборная реклама AfD. Это просто незаконно, по всей видимости.

Но это, видимо, была международная версия Первого канала, может быть, они имеют право такую рекламу выставлять?

– Это была международная версия, но это было не в рекламном блоке, это было прямо – это зафиксировали наши русскоязычные активисты, которые живут в Германии, – в самой программе, там вдруг возникла картинка – выборы в Бундестаг, голосуйте за AfD, примерно так.

Российские СМИ ведут довольно массированную антизападную информационную кампанию

Какая часть русскоязычного населения Германии подвержена этим, на ваш взгляд, пропагандистским атакам? Какой процент смотрит Первый канал? Речь ведь идет о жителях Германии, которые, по идее, должны были бы ассимилироваться и знать немецкий язык, и лучше ориентироваться, может быть, в местной прессе, в местных телеканалах, чем в российских.

– Точной информации, конечно, нет, целенаправленных, долгосрочных социологических опросов среди русскоязычных не ведется. Есть только отдельные попытки. Поэтому судить сложно. Но, по общей оценке, российские телеканалы смотрят по преимуществу все-таки представители старшего и в меньшей степени среднего поколения. Молодежь, конечно, более интегрирована, и если они и смотрят телевидение, то скорее немецкое, – отмечает Игорь Эйдман.

Что ждет немцев, “коренных” и приезжих, после выборов? По мнению политического аналитика Леопольда Трауготта, – непростые переговоры о формировании новой правящей коалиции. Наиболее вероятных вариантов в случае победы партии Ангелы Меркель три. Первый – продолжение сотрудничества с социал-демократами. Второй – коалиция со свободными демократами (она существовала во второй канцлерский срок Меркель). Третий – так называемая “ямайка”, черно-желто-зеленая (цвета этих партий и флага Ямайки) коалиция христианских, свободных демократов и “зеленых”. Во всех трех случаях, полагает Трауготт, потенциальные партнеры будут добиваться от победителей серьезных уступок. Ведь у ХДС репутация “пожирателя коалиционных партнеров”: после сотрудничества с партией Ангелы Меркель рейтинги и либералов, и социал-демократов резко пошли вниз. Впрочем, у канцлера большой опыт убеждения несговорчивых – иначе она не продержалась бы у власти 12 лет и не претендовала бы сейчас с такой уверенностью еще на четыре.

Впрочем, благостная предвыборная картина в Германии, где ожидается триумф партий, находящихся чуть справа и слева от центра, "разбавляется" тем фактом, что две антисистемные силы – AfD и Левая партия – в сумме, если выборы подтвердят данные опросов, наберут не менее 20% голосов. В некоторых федеральных землях, прежде всего на востоке страны, за левых и правых радикалов готовы голосовать более трети избирателей. Кто бы ни возглавил будущее правительство ФРГ, ему (или, скорее всего, ей) неизбежно придется учитывать настроения и этой части электората.

Opinia dvs.

Arată comentarii

XS
SM
MD
LG