Linkuri accesibilitate

Будни и праздники постреволюционной Армении. Казус Кочаряна


Прошедший июль выдался в Армении очень жарким. Сенсационный даже по революционным меркам арест бывшего президента Роберта Кочаряна стал своего рода водоразделом между романтическим периодом, когда общество регулярно «питалось» оригинальными действиями команды Пашиняна вроде лайвов из резиденции с ежедневными отчетами, и суровой рутиной неизбежных зачисток и «разбора полетов». Даже аресты некоторых одиозных генералов-коррупционеров не могли вывести людей из розового тумана – они продолжали воспринимать это как некий приятный бонус к свержению ненавистного режима.

Задержание Кочаряна и взятие его под стражу решением Городского суда Еревана, словно бомба, разбудило изнеженное летним отдыхом армянское общество. Нет, я вовсе не утверждаю, что народ в гневе – скорее даже наоборот, народ аплодирует. Однако на данный момент Роберт Кочарян – первый и пока единственный находящийся за решеткой бывший президент постсоветской республики, и это делает Армению уникальной в бывшем СССР еще по одному «критерию» (предыдущим можно считать совершенно бескровную и ненасильственную смену власти в апреле-мае 2018 года – на зависть Грузии, Украине, Молдове и Кыргызстану).

26 июля Роберту Кочаряну предъявлено обвинение в свержении конституционного строя по предварительному сговору. Уже 27 июля Суд постановил взять его под стражу. Обвинение выдвинуто в связи с событиями 1 марта 2008 года, когда после президентских выборов 19 февраля недовольные победой Сержа Саргсяна оппозиционные силы начали проводить акции протеста. На тот момент еще действовавший президент Кочарян распорядился использовать армию, и начались столкновения митингующих с силами правопорядка, в результате чего погибли десять человек, включая двух полицейских, а свыше 200 получили ранения. В итоге Саргсян всё же стал президентом, но события того года так и не получили должной правовой оценки.

И вот смена власти. Армянская революция обрадовала многих в самой Армении и вдохновила не меньшее количество людей на постсоветском пространстве, дав им надежду на свержение ненавистных диктаторских режимов в их странах. Однако даже самые большие поклонники революции не ожидали таких радикальных действий правительства Никола Пашиняна. К слову, он 20 лет боролся с Кочаряном и Саргсяном, поэтому арест второго президента был многими воспринят как сведение счетов. Вообще самая большая проблема в создавшейся ситуации – где провести грань между политическими разборками и правоприменительной практикой в части расследования событий 1 марта 2008 года.

Для этого поинтересуемся мнениями армянских и российских политологов. Например, Айк Мартиросян призывает не ограничиваться «головой» только Роберта Кочаряна и заставить ответить также первого президента Левона Тер-Петросяна (именно он инициировал акции протеста в феврале 2008 года, проиграв Саргсяну на выборах) и Сержа Саргсяна.

«Сейчас уже ясно, что нужно также арестовать и Сержа Саргсяна… С другой стороны, очевидно, что к юридической ответственности должен быть призван и Левон Тер-Петросян. В конце концов, все печальные явления начались по его вине», - написал Мартиросян на своей странице Facebook (цитата по «Новости – Армения»).

«Выдвижение обвинений Левону Тер-Петросяну на данный момент пока видится сомнительным. Но если к ответственности призовут второго и третьего президентов, а первый избежит этого, то это также может стать моральным ударом для властей», - продолжает политолог. Мне трудно с ним не согласиться, поскольку в Армении все знают, что эта порочная и опасная для страны олигархическая система была заложена именно первым президентом, а уж Кочарян и Саргсян ее «облагородили» и расширили.

Российский политолог Сергей Маркедонов тоже задается вопросом о том, почему мишенью стал второй, а не первый и/или третий президент? Эксперт считает, что, во-первых, события 1 марта 2008 года оставили слишком глубокий след в сознании армянского общества, а поскольку руководителем страны на тот момент оставался Роберт Кочарян, ему и отвечать. Во-вторых, эти события так и не были тщательно расследованы, и «рассосаться» они никак не смогут.

С другой стороны, пишет Сергей Маркедонов для «Спутник – Армения», разница между разгоном демонстраций в 1996 году (тогда первый президент Левон Тер-Петросян, выиграв выборы, приказал разогнать митинг протеста против фальсификаций) и в 2008 году есть принципиальная разница. Дело в том, что при Тер-Петросяне действовала Конституция 1995 года, которая позволяла использование вооруженных сил в соответствующих ситуациях. А вот Кочарян действовал в условиях Конституции 2005 года, которая строго запрещала вовлечение армии и введение военного положения. Именно в этом кроется суть обвинений в адрес второго президента.

И вот на днях стало известно о том, что 10 лет назад тогдашний министр обороны Микаэл Арутюнян издал секретный указ №0038 об использовании армии против манифестантов. Глава Специальной следственной службы Армении Сасун Хачатрян обнародовал этот приказ, согласно которому с 23 февраля 2008 года весь личный состав Вооруженных сил Армении переводился на казарменное положение, из отдельно отобранных военных создавались мобильные вооруженные группы, вооруженные табельным оружием. То есть задолго до 1 марта армия уже была вовлечена во внутриполитические процессы, сообщает Телеграм-канал «Баграмян-26». Перевод армии на казарменное положение означал фактический ввод военного положения, что также было запрещено Конституцией 2005 года. Ранее Роберт Кочарян отрицал наличие такого приказа.

Наверное, излишне говорить, что в России довольно болезненно восприняли события, происходящие в Армении. Москва, конечно, более остро реагирует на обвинения в адрес другого фигуранта уголовного дела – генсека ОДКБ Юрия Хачатурова, который тоже имеет отношение к событиям 1 марта 2008 года (об этом во второй части публикации). Но арест Кочаряна – слишком нетривиальное происшествие, тем более что он входит в Совет директоров российской компании «АФК Система» и считается очень лояльным Москве политиком. Настолько лояльным, что в 2007 году в угоду «Газпрому» заблокировал проект альтернативного газопровода из Ирана, вынудив партнеров из Тегерана согласиться на трубу диаметром 70 см (вместо 1,5 м), которой хватало только на поставку газа для производства электроэнергии для ее экспорта обратно в Иран. То есть «благодаря» Кочаряну Армении осталась зависимой на 100% от российского газа.

Вернемся в день сегодняшний. Дошло до того, что сам министр иностранных дел РФ Сергей Лавров публично выразил обеспокоенность и напомнил, что за последние дни российская сторона по различным каналам сообщала Еревану свое недовольство. Как передает РИА Новости со ссылкой на Лаврова, в Москве во время политического кризиса в Армении в мае этого года «с большим удовлетворением отмечали, что в итоге решение этого кризиса было найдено на основе компромисса с участием всех ведущих партий». «Но события последних дней явно нарушают такой позитивный настрой, идут вразрез с недавними заявлениями нового руководства Армении о том, что у него нет намерения организовать преследование своих предшественников по политическим мотивам», - добавил российский министр.

Ереван дал на это вежливый, но твердый ответ устами главы пресс-службы МИД Армении Тиграна Балаяна. Отвечая на вопрос журналиста в ходе брифинга, он сказал, что в Армении следят за международной реакцией на эти события, которые «не взаимосвязаны с внешней политикой Армении и не должны вызывать разночтений». Заочно обращаясь к российской дипломатии, господин Балаян подтвердил, что внешнеполитические приоритеты Армении «нацелены на дальнейшее укрепление и углубление армяно-российских союзнических отношений, повышение эффективности взаимодействия в рамках ОДКБ и ЕАЭС».

Армянский политолог Микаэл Золян также отмечает, что дело Кочаряна связано в первую очередь с локальной армянской спецификой, т.к. события 1 марта 2008 года – чувствительная болевая точка для общества, «и рано или поздно их расследование должно было привести к внутриполитическому кризису». «Вопреки подозрениям Москвы всё это никак не связано ни с армяно-российскими отношениями, ни с отношением Армении к ОДКБ и ЕАЭС. Тем более не приходится говорить о мифическом желании Армении «выйти из ОДКБ и ЕАЭС» и ее якобы существующих планах сменить геополитическую ориентацию на прозападную», - пишет эксперт на сайте Московского центра Карнеги.

В заключение он поясняет, что события 1 марта 2008 года имеют большое символическое значение, поэтому, если новая власть не доведет дело до логического завершения, она потеряет поддержку своих самых преданных сторонников. «К тому же это дело поможет окончательно отстранить старые элиты от власти, завершив процесс, начатый в мае 2018 года», - резюмирует Микаэл Золян.

Продолжение следует

* Мнения автора, высказанные в блоге, не обязательно совпадают с позицией редакции Radio Europa Liberă

Opinia dvs.

Arată comentarii

XS
SM
MD
LG