Linkuri accesibilitate

Ожидаемая новость из Франции – по итогам двух туров парламентских выборов абсолютное большинство получает коалиция в составе партии «Вперед, Республика» (La République en marche!), которую всего год назад создал новый президент Эмманюэль Макрон, и центристская партия «Демократическое движение» (Le mouvement démocratique, MoDem) Франсуа Байру. Президентская коалиция получила 350 мест в 577-местном Национальном собрании.

Строго говоря, «Вперед, Республика!» получила 308 мест при необходимых 289, так что она могла бы сформировать Кабинет министров самостоятельно, но партия Байру стала поддерживать Макрона еще на этапе президентской кампании, так что отбрасывать ее с 42 депутатами было бы моветоном. Сразу замечу, что социологи прочили партии «ВР» 400 и даже 470 мест, но, согласитесь, получить парламентское большинство партии, которую полгода назад еще никто не знал, - большое достижение.

Пару слов о двух турах голосования. 11 июня явка составила 48,7%, а 18 июня и того меньше – 44% из 47,5 млн. зарегистрированных избирателей. Оба показателя – антирекорд с 1958 года, говорят наблюдатели. Во Франции действует одномандатная избирательная система, где в первом туре побеждает кандидат, набравший абсолютное большинство голосов, а во второй тур проходят кандидаты, набравшие 12,5% голосов, или два первых по числу голосов кандидата.

Итак, Макрон, едва успев распаковать чемоданы в Елисейском дворце, празднует новый успех – лояльное большинство в нижней палате парламента. Следом за президентской коалицией идут «почти» оппозиционные республиканцы, когда-то влиятельные голлисты, у них 112 мест, а вместе с потенциальными союзниками – 136. Бывшие правящие социалисты потерпели сокрушительное поражение – у них всего 30 депутатских кресел, то есть чуть более 5%. Вместе с более мелкими умеренно-левыми партиями у них может быть в сумме 45 мест. На двух крайних флангах тоже есть повод для гордости – Национальный фронт получил 8 мандатов, в том числе его лидер Марин Лё Пен. И это лучшее достижение формирования за последние три десятка лет. У крайне левой партии «Непокоренная Франция» - 17 мест, ее председатель Жан-Люк Меланшон тоже стал депутатом парламента. Надо сказать, что это солидный успех двух радикальных «несистемных» партий.

В общем, однако, президентская партия нокаутировала всех, и наблюдатели вновь говорят о системном кризисе «традиционных» партий – голлистов и социалистов. Чем объясняется успех Макрона на парламентских выборах? Отчасти это следствие «дифференцированного абсентеизма», когда отказываются идти голосовать сторонники проигравшего кандидата (кандидатов) на президентских выборах. Соответственно, электорат социалистов, голлистов или «Национального фронта», разочаровавшись в итогах выборов 23 апреля и 7 мая, в массе своей мог не пойти на июньское голосование в парламент, зато воодушевленные сторонники Макрона решили прийти к урнам для голосования и обеспечили своему кандидату солидный результат.

Один из крупнейших российских специалистов по Франции Игорь Бунин считает главным итогом обеих избирательных кампаний «завершение традиционной парадигмы Пятой республики, когда правоцентристскую коалицию сменяла левоцентристская». Эксперт отмечает, что, помимо прочего, успех Макрона объясняется привлечением в правительство ряда представителей левого и правого лагеря, что, кстати, буквально подтверждает один из слоганов «Вперед, Республика!» - «Мы не левые и не правые». Например, пост премьер-министра был предложен Эдуарду Филиппу, мэру Гавра и бывшему начальнику предвыборного штаба экс-премьера Франсуа Фийона в ходе первичных партийных выборов. Проще говоря, Макрон пригласил на работу представителя голлистов, которых до этого разгромил.

Игорь Бунин в публикации на сайте Московского центра Карнеги приводит данные опроса, проведенного институтом Harris сразу после назначения Филиппа премьером: 47% сторонников Республиканской партии одобрили это. А 88% избирателей РП пожелали, чтобы «Республиканцы» вошли в правительство. Макрон отреагировал на запрос правого электората и пригласил еще ряд министров-республиканцев.

«Правым весьма сложно критиковать правительство: за исключением бывшего министра обороны Ле Дриана, весьма популярного во Франции, в нем нет бывших министров Олланда, а те социалисты, которых Макрон пригласил, принадлежат к либеральному крылу Соцпартии. Программы двух партий – «Республиканцев» и «Вперед, Республика!» – отличаются лишь деталями, а после корректив, внесенных новым руководством РП в либеральную программу Франсуа Фийона, составленную в духе тэтчеризма, вообще стали практически неразличимыми. Первые меры Макрона направлены прежде всего на завоевание правоцентристского электората: от возобновления диалога с Москвой до либерального проекта реформы Трудового кодекса. Даже правые социалисты недовольны «авторитарной реформой трудового законодательства», - пишет Бунин.

«Абсолютное большинство, абсолютная ответственность», - говорит о победе Макрона главный редактор газеты Le Figaro Алексис Брезе. «А значит, с одной стороны, у Эмманюэля Макрона не связаны руки, и он может проводить свои реформы с той скоростью, с которой он пожелает, не прибегая к административному давлению на парламент. С другой, его победа неабсолютна, что, может быть, неплохо и для него самого. Он получил в Национальном собрании серьезную, многочисленную и разнообразную оппозицию, готовую критиковать его и справа, и слева», - пишет «Коммерсант», ссылаясь на французский материал.

Между тем, Эмманюэль Макрон, которому в декабре исполнится 40 лет, взвалил на себя тяжелейшую ношу. На внутреннем фронте ему предстоит провести ряд болезненных реформ, в том числе по изменению трудового законодательства. Чахлой французской экономике и социальной системе предстоит шоковая терапия, что-то сродни болезненным реформам эпохи Тэтчер, после которых экономика Британии пошла вверх. И если Макрону удастся осуществить задуманное, слава и почет ему обеспечены.

На внешнем фланге забот не меньше. Это Сирия (в интервью европейским газетам президент сказал, что Франция больше не настаивает на уходе Асада, потому что не видит ему разумной альтернативы). Это Украина и отношения с Россией. Это непонятные перспективы отношений с США. Наконец, это внутренний кризис Евросоюза, который, как считает Макрон, нуждается в серьезнейшей структурной реформе.

«Коммерсант» предполагает, что до сентябрьских выборов в Бундестаг, пока Меркель будет занята непростой парламентской кампанией, Макрон станет «неформальным лидером Евросоюза». «Макрон на фоне своего электорального триумфа попытается добиться успехов и на международной арене. Не исключено, что одной из проблем, решению которых он уделит повышенное внимание, станет кризис на востоке Украины – в этом случае стоит ожидать активизации переговоров в минском формате и, возможно, новых инициатив», - считает «Ъ».

А нам остается констатировать третий серьезный «звонок» из западного мира за последний год: референдум о выходе Великобритании из Евросоюза, победа Трампа на выборах в США и вот теперь победа «несистемного» кандидата в президенты Франции. Да, «Брексит» вряд ли убьет Евросоюз, Трамп не сможет пересилить системный Конгресс, а Макрон сам выходец из истеблишмента. Но сами эти события, по отдельности и в совокупной динамике, показывают, что население западных стран устало от обыденности и предсказуемости общественно-политической жизни. И пусть «Брексит» еще долго будет нервировать британцев (даже тех, кто за него голосовал!), пусть Трамп продолжает вызывать зубовный скрежет у миллионов американцев, а Макрон пытается доказать людям свою несистемность – всё это несет заряд позитива, ибо символизирует очередной виток эпохи перемен, в которую мы влетели три десятка лет назад…

Читайте также:

Разбуженная Брекситом. Франция спасает Европу. Часть 1 / Часть 2 / Часть 3

Несистемный кандидат Системы. Часть 1 / Часть 2

* Мнения автора, высказанные в блоге, не обязательно совпадают с позицией редакции Radio Europa Liberă

XS
SM
MD
LG