Linkuri accesibilitate

Паул Раду: «Молдова – игровая площадка для коррупционеров»


Глава делегации ЕС Пиркка Тапиола на презентации кампании «Красная карточка за коррупцию»

Корреспондент Свободной Европы беседует с исполнительным директором Проекта по расследованию случаев организованной преступности и коррупции (Organized Crime and Corruption Reporting Project – OCCRP) Паулом Раду. Он также является членом Международного консорциума журналистов-расследователей (International Consortium of Investigative Journalists – ICIJ) и специализируется на трансграничных расследованиях.

Свободная Европа: Исходя из результатов расследований, насколько уязвимой вы находите Республику Молдова?

Паул Раду: Крайне уязвимой, сплющенной между огромными финансовыми интересами и с крайне низкой способностью реагировать, особенно, когда идет речь о правительственных структурах, которые обязаны пресекать любые неправомерные действия, от отмывания денег до контрабанды. К сожалению, Молдова – страна крайне маленькая, она зажата между противоборствующими интересами и представляет собой игровую площадку для коррупционеров.

И не только для своих, доморощенных, но и для заморских. Я говорю, в том числе, о коррупции, которая идет из Румынии, но также и о коррупции, которая большим потоком плывет из Украины, России и других стран региона. Молдова должна укреплять государство, укреплять структуры, призванные бороться с организованной преступностью, прежде всего, потому, что это для нее огромная проблема. А также страна должна расширять сотрудничество с другими государствами, более активно взаимодействовать в борьбе с трансграничной преступностью.

Львиная доля преступности, которая есть в Республике Молдова, выплескивается за ее пределы. Молдова – лишь жертва огромной, широко разветвленной сети организованной преступности.

Свободная Европа: Чьи интересы задевали ваши расследования?

Паул Раду: Если говорить о Республике Молдова, то RISE-Moldova и RISE-România, а также Organized Crime and Corruption Reporting Project – это более крупная организация, в которую входят первые две, – освещали как факты коррупции с участием, например, президента Украины Петра Порошенко, который связан с Республикой Молдова, так и коррупционные скандалы, к которым причастны местные, молдавские политики. Мы провели многочисленные расследования, в ходе которых раскрыли точки пересечения политики, организованной преступности и медиа.

Мы не можем пускаться на поиски награбленного, которое преступник спрятал где-то на Лазурном берегу

К сожалению, многие медиаорганизации – газеты, радио и телевидение – связаны с людьми, которые занимаются грязными, незаконными делами. И, так же, как и в Румынии, речь не идет о том или ином сегменте политического спектра, ведь это преступный мир, который проникает всюду. Это как метастазы, которые рушат все на своем пути и не знают преград, опустошают карманы всех, от кражи миллиарда до отмывания 20 миллиардов, и это далеко еще не все…

Свободная Европа: Какую реакцию вызывали ваши расследования?

Паул Раду: Увы, резонанс более сильный был за пределами Республики Молдова. Мне бы хотелось увидеть больше активности и заинтересованности со стороны молдавской власти. Знаю, очень трудно действовать в коррумпированной среде, где и в политике, и в судебной системе коррупция пустила глубокие корни. Резонанс, конечно, есть. Люди информированы, есть доступ к интернету, да и RISE-Moldova делает все для того, чтобы результаты расследований дошли до массовой аудитории.

Но за пределами Молдовы отголоски более сильны, по следам наших расследований во многих европейских странах и в Новой Зеландии были закрыты многие фирмы, оказавшиеся причастными к коррупционным скандалам, которые происходили в Молдове. Сама Молдова не может пока активно бороться с трансграничной преступностью, прежде всего, потому, что и прокуроры, и политики, и даже журналисты пасуют перед масштабностью криминальных действий, которые происходят в Кишиневе и других местах.

Паул Раду и европарламентарий Моника Маковей
Паул Раду и европарламентарий Моника Маковей

Свободная Европа: А вы не боитесь рассердить органы юстиции, вдруг они воспримут ваши действия как попытку подменить функции правоохранителей?

Паул Раду: Мы не подменяем правоохранительные органы, и мы не пытаемся остановить коррупцию. Единственная наша цель – показать, где есть коррупция, где есть коррупционеры, и куда они инвестируют свои деньги. Следующий шаг должны сделать соответствующие государственные органы: привлечь к ответственности, вернуть незаконно присвоенное имущество и отслеживать преступные экономические интересы за пределами Республики Молдова.

Мы делаем свою работу как журналисты, вскрываем неприглядные факты и доводим их до сведения граждан, правительств, всех, кто может читать. И все. Мы не можем пускаться на поиски награбленного, которое преступник спрятал где-то на Лазурном берегу, где приобрел роскошный особняк. Это дело правосудия.

Но это серьезная проблема, даже когда дело касается стран Евросоюза, потому что трудно прокурору, полицейскому или журналисту из Молдовы, например, установить наличие имущества, которым владеет тот или иной политик, скажем, во Франции, или Германии, или Великобритании. Эти люди пользуются принципом конфиденциальности информации при оформлении регистрационных документов на особняки, яхты и другую собственность. Очень трудно получить такую информацию.

Как журналисты-расследователи, мы работаем в сети, пользуемся поддержкой журналистов из соответствующих стран и имеем доступ к определенным данным. И иногда может действовать более оперативно, чем прокуроры и другие органы правопорядка Республики Молдова. Но мы не вправе конфисковать такую собственность, и не можем действовать дальше.

Свободная Европа: Ваши расследования могут стать основой, скажем, уголовного дела?

Паул Раду: Есть много примеров, когда уголовные дела возбуждены по следам наших расследований, но очень часто они буксуют. Дело заводится, а потом прокурор понимает, насколько трудно получить информацию из других стран. Мы ее получаем, потому что в нашем распоряжении есть отлично отлаженная сеть. Но, разумеется, нельзя ставить знак равенства между доказательствами, полученными нами, журналистами, и доказательствами следователя, которые можно представить суду.

Тем не менее, прокурор может воспользоваться инструментами журналиста для получения первичных доказательств, оттолкнувшись от которых, он сможет потом затребовать официальное подтверждение.

Будь я генпрокурором Республики Молдова, я бы обращал большое внимание на журналистские расследования

Например, чтобы получить информацию о кипрской компании, прокурор должен действовать на основании договора о взаимопомощи с Кипром. Это занимает какое-то время, документ составляется через министерство иностранных дел. Для журналиста это минутное дело – узнать, кто стоит за фирмой. Нередко, выяснив, кто стоит за фирмой, можно обнаружить, что, скажем, к кипрской компании имеет отношение некая фирма на Сейшелах – или британская фирма. Прокурору в этом случае надо подать другое заявление и опять ждать.

Если же прокуроры следуют журналистскими методами, они могут выяснить всю цепочку до конца и подать заявления разом, не теряя времени. Они уже знают всю сеть, но должны получить документы, чтобы обосновать свою позицию в инстанции. Так что они могут прибегнуть к механизмам журналистов-расследователей на начальном этапе, благо для этого достаточно открытых источников, надо изучить реестры компаний в соответствующих странах, а затем приступить к обоснованию своего расследования, точно зная все «болевые» точки.

Свободная Европа: Будь Паул Раду прокурором Республики Молдова, он принимал бы во внимании результаты журналистских расследований?

Паул Раду: Вне всякого сомнения. Огромная часть работы органов по расследованию случаев организованной преступности и коррупции во всем мире основана на так называемых открытых источниках. И львиную долю этой информации поставляют именно СМИ.

Да, будь я генпрокурором Республики Молдова, я бы обращал большое внимание на журналистские расследования и, в зависимости от уровня их обоснованности, задействовал бы своих людей, чтобы они получили официальное подтверждение.

Свободная Европа: Журналист-расследователь подвергается опасности?

Паул Раду: Разумеется. Для журналиста-расследователя предусмотрено меньше способов защиты, чем для официального следователя, который представляет правительство, конкретную правительственную структуру или судебный орган. Но и здесь существуют различные уровни безопасности, которыми следует воспользоваться. Например, мы работаем в сети.

Поэтому когда мы идем брать интервью у опасного человека, скажем, в Кишиневе, этот человек знает, что информацией, которым располагает сидящий перед ним репортер, обладают и журналисты-расследователи из других стран, которых он не в силах достать. Это эффективное средство защиты – сеть сама по себе.

Есть и другие моменты, разумеется, необходимо засекречивать информацию, пользоваться криптографией, заботиться о своей физической безопасности. У нас есть пособие в OCCRP.

Молдова: фото и видео

XS
SM
MD
LG