Linkuri accesibilitate

Анжела Стафий: «Сдается мне, что „туркменский клан“ у нас зовется Демократической партией»


Текстовой анализ интервью Влада Плахотнюка

В одном из интервью исполнительный координатор правящей коалиции и первый зампред ДПМ Влад Плахотнюк заявил, что вся его партия работает над тем, чтобы Мариан Лупу вышел во второй тур президентских выборов, а затем победил. В интервью Tribuna Плахотнюк дает понять, что и сам не прочь играть более заметную роль в молдавской политике – так, по крайней мере, считает эксперт по межличностным отношениям, специалист по связям с общественностью Анжела Стафий. Вместе с Василием Ботнару она проанализировала последние месседжи Плахотнюка.

Свободная Европа: Г-жа Стафий, давайте вместе прочитаем это интервью, вернее, прочитаем его между строк. А потом вы нам скажете, какой это Плахотнюк, и чего можно ждать в дальнейшем?

Анжела Стафий: Не знаю, другой ли это Влад Плахотнюк. Скорее, это некое открытие, некая попытка приукрасить свою личность. В этом интервью он действительно сильно отличается от себя прежнего, от того, каким он представал в других интервью, где был застенчивым, что ли. Здесь же он явно примеривает на себя роль короля этой страны, я бы так сказала.

Вероятно, его самое большое сожаление – в том, что рядом не оказалось людей, которые могли бы ему помочь с его имиджем

Свободная Европа: Coordonatore, как нарекли его журналисты.

Анжела Стафий: El grande coordonatore. И он гораздо более уверен в том, что произойдет завтра. Лично мне, например, стало совершенно ясно, что имеется некий план с дальним прицелом, план на долгосрочный период. И это даже не первый шаг, предстоит множество всего.

Что касается сожалений – вероятно, его самое большое сожаление – не в том, что он не отвечал на нападки, а в том, что рядом не оказалось людей, которые могли бы ему помочь с его имиджем. Само это его интервью – неплохая пиар-технология. Люди должны понимать, что меняется не норов, а обличье.

Свободная Европа: Однако начнем все с самого начала. Когда он говорит, что если для наведения порядка в стране понадобилось бы его согласие, то он его дает авансом, не вдаваясь в подробности и даже не зная, какие действия для этого понадобятся – что это означает?

Анжела Стафий: То, что я там прочитала, это два отрывка, они следуют один за другим – насчет реформ, и следующий за ним отрывок, из которого становится предельно ясно, что он понял: пора отказаться от прежней роли, продолжать играть ее нет больше надобности.

В интервью он предстает перед нами как решительный координатор. "Не буду больше отрицать то, что обо мне говорят. Наоборот, я пойду напролом ради того, чтобы получить возможность делать то, что необходимо, вернее, то, что мне необходимо".

Свободная Европа: И что тогда получается? Как увязать это с утверждением, что необходимо создавать партию, демократическую партию, как я понимаю, которая будет руководствоваться волей народа?..

Анжела Стафий: Все потому, что «я – спаситель». У меня такое ощущение, что он всегда приписывал себе роль спасителя, и не обязательно координатора… Но если эти два понятия совпали, то очень хорошо, можно идти по модели Сингапура, например, где общество развивалось через диктатуру.

У меня такое ощущение, что он всегда приписывал себе роль спасителя, и не обязательно координатора…

Меня впечатлило, откровенно говоря, то, как он все схватывает буквально на лету. Взять хотя бы утверждение о необходимости прислушаться к нуждам людей, о готовности создать партию, которая основывается на потребностях людей, об этом в последнее время звучит много голосов в обществе – и он слушает, и он знает, как использовать все эти голоса для того, чтобы построить нечто совершенно противоположное тому, чего хотим мы.

Свободная Европа: Но почему вы считаете, что его намерения расходятся со словами? Может, он действительно хочет навести порядок в стране, чтобы привести Молдову в Европу?

Анжела Стафий: Может, он действительно этого хочет, я не могу проникнуть в его мозг и понять, какие там у него мысли крутятся, можно лишь предполагать. Но существует техника насаждения массовой шизофрении. Если вы заметили, это интервью, сопоставленное с другими интервью, – это как зеркальное отражение.

Такая техника создания двойственной реальности, создания ситуации, при которой человек не знает, где реальность, а где иллюзия. Имея определенную статистику на руках и видя, что на самом деле происходит в стране, мы можем сопоставить намерения человека – и его конкретные поступки. Потому что проекты, мелкие или крупные, с которыми он выступает, – это либо благотворительность, либо трамплин для следующего шага.

Свободная Европа: Есть рейтинги, есть опросы, которые показывают, в какой яме оказалась партия и лично он – но он говорит: «Don’t worry! Я покажу это очень быстро». Говорит: «Вы думали, я демон. Но я защищаюсь подобными методами». Кто-то его называет демоном, а он в ответ: «Нет, демоны – это те, кто так меня называет, это беглые преступники»…

Анжела Стафий: Да, демоны – это они.

Свободная Европа: Можно тогда считать, что это – некий личный поединок? Или это действительно кампания по установлению бархатного авторитаризма?

Анжела Стафий: Это кампания, отправной точкой которой стал личный поединок. Если вы заметили, в интервью он не говорит о Филате и о противостоянии между ними. Это очень показательно.

Я не могу проникнуть в его мозг и понять, какие там у него мысли крутятся. Но существует техника насаждения массовой шизофрении

Либо он считает его уже неопасным для себя, либо в этом контексте не все еще раскрыто. Именно такими приемами он показывает, что отлично разбирается в законах ментальной физики, скажем так, потому что прекрасно знает уязвимые точки, знает, как надавить на них, знает, как приписать себе заслуги, шаг за шагом. Потому что зло не кончается. Мы возмущались вчера, возмущаемся сегодня, возмущаемся завтра, возмущаемся послезавтра, потом протестные настроения стихают, людям просто все надоедает. Это – наглядное отражение пословицы «Собаки лают, а караван идет», которое используется в высшей степени профессионально.

Свободная Европа: Если мы с вами встретимся лет через пятьдесят, то уже точно не будем думать о том, как он сколотил свой первый миллион, первый миллиард… Но мне хотелось бы поделиться с вами еще одним выводом, которого я сам боюсь: а вдруг подлинная демократия – не для молдаван, не для Республики Молдова? В интервью г-н Плахотнюк говорит: «Поиграли в демократию – и хватит. Достаточно было партий, которые выдавали себя за демократических. Отныне мы будем принуждать к миру, будем принуждать к демократии».

Анжела Стафий: Может, именно так он относится к молдаванам. Но есть один важный момент, который он пока упускает из виду. Философски говоря, это соотношение между местом и временем.

Если он не справится с нетерпением, то законы физики все расставят на свои места. Потому что он слушает нужды людей, раздает им по крохе, но это все срабатывает ненадолго. Потенциальный лидер мог бы решить, какой путь ведет к демократии. Но этот лидер – не он.

Свободная Европа: Вы разделяете оптимизм молодых людей, которые говорят, что модель туркменского клана в Молдове обречена на провал?

Анжела Стафий: Сдается мне, этот «туркменский клан» у нас зовется Демократической партией, и в него входят все, кто на нее работает… Но такой вариант не пройдет. Я совершенно уверена, что этого не позволит поколение молодых людей и молдавская диаспора за рубежом. Налицо примеры мобилизации, крайне интересные примеры мобилизации.

Это кампания, отправной точкой которой стал личный поединок. Если вы заметили, в интервью он не говорит о Филате и о противостоянии между ними. Это очень показательно

Простая вещь, например, – землетрясение, и как на него отреагировали люди. Сегодня в Молдове концепция сообщества меняется, она находится пока в кризисе. Но в тот самый момент, когда сообщества людей реально начинают ощущать кризис, они объединяются. Вспомните, как было в 2009-2010 гг. Молодежь может быть разочарованной, неудовлетворенной чем-либо, но в случае кризиса она сплотится. И не надо забывать, что есть диаспора, есть очень много людей, получивших образование за рубежом, которым совершенно не нравится то, что сегодня творится в стране.

Свободная Европа: Почему Запад и наши стратегические партнеры смотрят с некоторой долей снисходительности на этот вид молдавской демократии?

Анжела Стафий: Они смотрят более чем снисходительно. Таково мое ощущение. Возможно, за этим стоит геополитическая или экономическая мотивация, потому что великие державы не особо заинтересованы в демократии, скажем честно. Они озабочены собственными рычагами, которыми располагают здесь, в регионе.

Свободная Европа: Занимаются очисткой пространства…

Анжела Стафий: Да. И если этот волк – прекрасный санитар, и их устраивает, то почему бы и нет? К сожалению, это сильно скомпрометировало европейскую идею.

Молдова: фото и видео

XS
SM
MD
LG