Linkuri accesibilitate

Октавиан Армашу: «Почему на два миллиарда урезаются расходы? Потому что доходы снизились на два миллиарда»


Министр финансов объясняет, почему правительство поспешило принимать на себя ответственность за пакет из семи законов, в том числе закона, согласно которому, долг перед НБМ будет преобразован в государственный.

Лилиана Барбэрошие попыталась узнать у министра финансов Октавиана Армашу, на какие преимущества рассчитывает правительство после принятия законов, оговоренных с МВФ, и почему эти выгоды перевешивают урезание социальных расходов.

Октавиан Армашу: Мы поставили перед собой задачу выполнить все предварительные условия Международного валютного фонда до конца сентября – с тем, чтобы в октябре на заседании совета директоров МВФ добиться одобрения новой программы финансирования для Молдовы. Это крайне важно, так как согласие со стороны МВФ открывает доступ к финансированию по линии других доноров, в данном случае – Евросоюза и Всемирного банка.

Нам необходимо, чтобы эти средства были высвобождены в текущем бюджетном году, это даст возможность профинансировать расходные статьи на 2016 год, все расходные статьи: и зарплаты, и пенсии, и детсады, и государственные учреждения – все абсолютно.

На последнем заседании правительства мы приняли эти законопроекты. Естественно, возникает вопрос: почему мы не провели эти законы через парламент. Потому что, во-первых, разработка законопроектов по банковскому сектору оказалась делом очень трудоемким, потребовала много времени, последние консультации с экспертами МВФ состоялись буквально в воскресенье вечером, а в понедельник уже прошло заседание правительства.

Мы до последнего момента работали над этим пакетом законов. Если бы представили их и на рассмотрение парламента, эта работа затянулась бы до конца октября, возможно, и до ноября, и мы не успели бы к заседанию Совета директоров МВФ. Естественно, в этом случае мы не могли рассчитывать на финансирование, в котором страна остро нуждается в этом году.

Свободная Европа: О каких цифрах идет речь? На какую сумму правительство рассчитывает, если МВФ примет благоприятное для Молдовы решение?

Октавиан Армашу: Что касается госбюджета, то речь идет о 23-24 млн долларов – это прямая поддержка МВФ госбюджета страны. Плюс еще 45 млн долларов от Всемирного банка и около 50 млн евро в форме грантов по линии Евросоюза под проведенные ранее реформы.

Свободная Европа: А без этих денег?..

Октавиан Армашу: Без этих денег нам не миновать больших трудностей с выполнением своих обязательств. Сегодня мы берем в долг на внутреннем рынке под 9% годовых, тогда как в начале года ставка составляла 26%. Соответственно, если исчезнут перспективы финансирования, ставка снова поползет вверх, снова возникнет недоверие к рынку, и мы окажемся в довольно сложной ситуации, в том, что связано с финансовым рынком.

Это осознанный политический риск. Кто-то должен взять на себя ответственность и принять не совсем популярные меры

Поэтому, уверен, правительство приняло правильное решение, перспективы хорошие, все проблемы будут решены в свое время. Таким образом, нам удастся завершить год с честью, уже с разблокированным внешним финансированием, и в следующий год сможем вступить с профинансированным бюджетом, с хорошо отлаженным бюджетом, который пользовался бы и поддержкой наших иностранных партнеров.

Свободная Европа: С другой стороны, политическая цена этих двух, как минимум, решений – бюджетные урезания и преобразование миллиарда в государственный долг – может оказаться очень высокой. Вы об этом подумали?

Октавиан Армашу: Это осознанный политический риск. Кто-то должен взять на себя ответственность и принять не совсем популярные меры, такие, например, как сокращение бюджетных расходов.

По национальному публичному бюджету мы их снизили примерно на 2,1 млрд леев. Согласен, это болезненная мера, но, в то же время, мы постарались защитить социальную составляющую, более того, по некоторым социальным программам даже предусмотрены увеличения. Мы постарались защитить систему образования. Мы не тронули бюджет школ, пошли по пути сокращения расходов центральных органов, некоторых государственных учреждений, отдельных программ, финансируемых из госбюджета. Да, это болезненно, но нам пришлось пойти на этот шаг.

Свободная Европа: Вопрос, которым в эти дни задаются многие: почему из-за каких-то нечестных банкиров, поддерживаемых, возможно, нечестными политиками гражданин должен расплачиваться в течение 25 лет?

Октавиан Армашу: Я понимаю фрустрацию граждан. Скажу больше: я разделяю это негодование, я также крайне разочарован тем, что дело дошло до этого. Эта неприятная ситуация возникла как результат беззаконий, допущенных не год или два назад.

Сожалею, что мы оказались в этой ситуации, когда пришлось пойти на столь болезненные, но необходимые меры. Другого выхода на данный момент просто нет. Скажу больше: все политики, которые сейчас спекулируют на этом вопросе и пытаются довести общество до истерики, на нашем месте поступили бы точно так же – потому что альтернативы нет.

Что мы сделали? Мы, по сути, выполнили обязательство, взятое на себя раньше. Сейчас мы его только легализовали, оформили, так сказать, в виде займа на 25 лет.

Свободная Европа: Вы говорите, другого выхода нет. Но как вам такой вариант: отнимаем деньги у тех, кто их украл, возвращаем их в бюджет, и лишь после этого решаем, какие обязательства на себя брать?

Октавиан Армашу: Относительно бремени, которая перекладывается на плечи граждан – это еще одна истерика. Действительно, сейчас государственный долг увеличивается на эти 13 млрд леев, но уже вырисовываются другие источники погашения этого кредита, который не ляжет целиком на налогоплательщика.

Свободная Европа: Например, какие «другие источники»?

Октавиан Армашу: Несколько источников. В банках в процессе ликвидации есть еще активы на миллиард с лишним. Также лица, которым предъявлено обвинение и вина которых будет доказана – они возместят несколько миллиардов леев.

Свободная Европа: Когда? Ведь никакого решения о конфискации нет…

Октавиан Армашу: Это долгая процедура. Сам по себе этот процесс очень сложный, у правосудия свои порядки, подобные решения в одночасье не примешь. Когда придет время, когда будет установлена вина каждого, уверен, инстанция вынесет соответствующее решение, и появится возможность возместить часть денег за счет виновных.

С другой стороны, и компания Kroll продолжает расследование, вот поступила информация, что нашелся след части денег. Это не означает, что эти деньги уже как бы возмещены, но появилась надежда на то, что определенные суммы удастся вернуть.

Свободная Европа: Всего какую сумму, по вашим оценкам, можно будет возместить?

Октавиан Армашу: Я уже говорил, составляющих несколько. Только за счет оставшихся активов можно будет возместить полтора миллиарда. Также, за счет виновных, я тоже слышал, от 3 до 6 млрд. Я не видел материалов, оперирую лишь теми цифрами, которые была обнародованы. Кроме этого, есть еще компания Kroll. Не следует забывать и о том, что как только мы проведем эту эмиссию государственных ценных бумаг, Национальный банк получит право перечислять нам прибыль, которая, опять же, будет направляться также на погашение этого долга.

Свободная Европа: И гражданин действительно не почувствует этого бремени, как говорит г-н Канду?

Октавиан Армашу: Гражданин не почувствует. Скажу еще раз: кто-то активно тянет за веревочки в этом вопросе, идет сильное манипулирование. Давайте подумаем, какие риски и какие выгоды влечет наше решение. Да, сейчас мы увеличиваем долг бюджета, но – с перспективой вернуть часть денег из других источников, не за счет налогов.

В то же время мы получаем доступ к внешнему финансированию. Если на обслуживание этого долга придется направлять около 700 млн в год, то финансирование только по линии Европейского союза перекрывает эту сумму в несколько раз.

Мы сможем восстановить темпы финансирования по всем направлениям уже с 1 января, практически, через три месяца

Если мы не выполним гарантий – что в принципе невозможно, государство не может не выполнить гарантий – мы будем лишены всех этих источников. И тогда – да, это обязательство не будет висеть на нас, но, в то же время, все останется в режиме ожидания, так сказать, внешние доноры к нам перестанут идти, а мы все будет стоять и ждать зарплат и пенсий.

Сценарий более чем мрачный, альтернативы самые неприятные. И на нашем месте все те политики, которые сегодня спекулируют, поступили бы точно так же.

Свободная Европа: Давайте, г-н министр, поговорим о том, что же может последовать? Эти сокращения бюджета, эти два миллиарда – за счет чего конкретно их удастся выкроить?

Октавиан Армашу: За счет всех органов публичной власти. Практически, это был очень болезненный процесс, но все затянули пояса, и за последние три месяца жестко сокращены все расходы центральных органов власти, некоторых государственных учреждений, снижена даже часть расходов по дорожному фонду.

Однако следует понимать, что все сокращения расходов касаются последнего квартала года. Соответственно, мы сможем восстановить темпы финансирования по всем направлениям уже начиная с 1 января, практически, через три месяца.

Свободная Европа: А сумма не слишком мала? Не нужно было урезать миллиардов пять?

Октавиан Армашу: Нет. Пять миллиардов – это очередные спекуляции в прессе. Наша задача была достичь целевого показателя дефицита. Целевой показатель дефицита национального публичного бюджета составляет 4,27 млрд леев. И этот целевой показатель мы согласовали с МВФ, источники финансирования этого дефицита у нас имеются.

Почему именно на два миллиарда урезаются расходы? Потому что доходы снизились на два миллиарда. А доходы уменьшились по нескольким причинам.

МВФ настаивает на сохранении 3-процентного уровня дефицита, что совсем неплохо, это нормальный дефицит для нашей экономики

Во-первых, в этом году налицо сокращение потребления, как результат ситуации, сложившейся в прошлом году и на начало этого года. Соответственно, снижение потребления ведет к уменьшению поступлений в бюджет; одновременно, есть гранты, обещанные Европейским союзом еще в 2015 году. Мы не успеем их освоить в силу того, что осталось очень мало времени, всего три месяца. Дефицит – это разница между годовыми доходами и годовыми расходами, которая составляет 4,27 млрд леев.

Свободная Европа: Г-н министр, предварительные условия, если я правильно понимаю, выполнены. Значит ли это, что благоприятное для Молдовы соглашение практически подписано?

Октавиан Армашу: Надеемся, что заседание Совета директоров МВФ состоится в октябре. Вместе с президентом Нацбанка нам предстоит участвовать и в ежегодных заседаниях МВФ, где, надеюсь, обсудим все вопросы с ответственными представителями фонда, расскажем, как идет выполнение предварительных действий. Надеюсь, Совет директоров примет благоприятное для Молдовы решение.

Свободная Европа: Что вы можете сказать о договоренностях, которые могут найти отражение в соглашении с МВФ? Что на деле означает для Республики Молдова финансирование МВФ в последующие три года?

Октавиан Армашу: Собственно говоря, финансирование по линии МВФ не такое уж и значительное. Но МВФ приходит с определенными стратегиями и требованиями в том, что касается макрофинансовых рамок.

Свободная Европа: Они болезненные?

Октавиан Армашу: Я бы не сказал. Например, что касается налоговой части, МВФ настаивает на сохранении 3-процентного уровня дефицита, что совсем неплохо, это нормальный дефицит для нашей экономики, которая пытается прийти в себя после кризиса. При таком дефиците у нас будет возможность пойти на определенные инвестиционные программы, программы развития, возрождения национальной экономики.

Свободная Европа: Вы говорили, что в начале года брали в банках кредиты под очень высокие проценты. Вы оценили потери?

Октавиан Армашу: Не оценили, во что нам это обошлось, но не знаю, можно ли называть это потерями. Но лично я рад, что за три месяца удалось остановить этот рост, и ставки начали снижаться, сейчас вот дошли до 9%. В нынешних условиях, по моему мнению, это прекрасные ставки, это даже ниже, чем базовые ставки Нацбанка.

Свободная Европа: И сколько кредитов мы всего взяли?

Октавиан Армашу: Всего дополнительно в 2016 году мы одолжили около 1,4 млрд, и сейчас эта сумма пошла на снижение. С получением первого транша румынского кредита мы начали сокращать долг перед банками. Сокращаем его поэтапно, дабы не ввергнуть в шок рынок, коммерческие банки. И постепенно у банков растет ликвидность, возвращаются средства, которые они прежде размещали в государственных ценных бумагах.

Молдова: фото и видео

XS
SM
MD
LG