Linkuri accesibilitate

Аннели Уте Габани: «Красносельский настроен даже более воинственно, чем его предшественники»


Немецкий политолог - о переговорах между Кишиневом и Тирасполем

Свободная Европа: Сейчас много говорят о необходимости единой позиции молдавских властей по приднестровской проблематике, особенно в контексте прихода к власти Игоря Додона, который, пытаясь максимально сблизить Республику Молдова с Российской Федерацией, заявил, что в течение двух-трех лет можно найти компромиссный вариант для урегулирования приднестровской проблемы. Как человек со стороны, как вы оцениваете объединение усилий президента и правительства?

Аннели Уте Габани: Это на самом деле очень странно – две структуры, представляющие исполнительную власть в Республике Молдова, занимают не просто разные, но поистине диссонирующие позиции. Г-н Додон, по всему видать, надеется, что будущий парламент станет ему более близким по взглядам, чем нынешний. Но проблема – в том, как реагируют СМИ Республики Молдова, обращают ли они внимание граждан на эту дисгармонию, объясняют ли, в чем состоят их интересы.

Свободная Европа: В молдавском обществе приднестровский вопрос и процесс урегулирования не входят даже в первую десятку приоритетов.

Аннели Уте Габани: Это важный вопрос, который и объясняет, в значительной степени, почему российская сторона никогда не настаивала на силовом и быстром, скажем так, решении этой проблемы. Выжидательная позиция в этом случае предпочтительнее, ведь чем дольше длится проблема, тем больше граждане двух берегов Днестра отдаляются друг от друга.

Республику Молдову трудно воспринимать как суверенное государство до тех пор, пока она не контролирует госграницу

Это явление наблюдалось и во времена холодной войны между двумя Германиями, но, к счастью, контакты оказались не полностью разорванными, поэтому – хотя и тут есть определенные проблемы – жители двух Германий сумели прийти к общему мышлению. Политика Приднестровья, а также России в этом случае вполне ясна: постепенным отчуждением населения обеспечить решение вопроса в интересах этих двух игроков.

Свободная Европа: Позиции Кишинева и Тирасполя слишком сильно разнятся. Лидер непризнанной республики Вадим Красносельский неоднократно заявлял, что Тирасполь не откажется от своей цели – добиться международного признания. Как найти общий язык, если они занимают настолько враждебную позицию по отношению к Кишиневу?

Аннели Уте Габани: Очевидно, что это противоречие неразрешимо – по крайней мере, в формате «5+2». Интересно, что заявления Красносельского звучат более воинственно, чем дискурсы его предшественников. Соответственно, налицо более категоричное отношение.

Это, по моему мнению, отражает нервозность как приднестровского лидера, так и российской стороны в связи с договоренностями, к которым пришли в последнее время Киев и Кишинев.

Свободная Европа: Наиболее обсуждаемая сегодня тема касается введения совместного контроля на приднестровском участке молдавско-украинской границы, который, по оценкам экспертов, обернется рядом преимуществ для жителей и экономических агентов левобережья Днестра. Но и здесь Тирасполь выступает категорически против.

Аннели Уте Габани: Это понять можно. Потому что речь идет не только о предполагаемых убытках для населения, экономических агентов региона и т.д. Совершенно очевидно, что занервничал, скажем так, нечистый на руку бизнес. И речь идет действительно о торговле по одесскому направлению, стратегическому для Приднестровья, как говорил и бывший вице-премьер по реинтеграции г-н Карпов.

Доброй воли Кишинева тоже есть предел, и это не может длиться до бесконечности

С другой стороны, должна сказать, что решение, которое, наконец, принял Кишинев, – обеспечить контроль на этом сегменте границы, – это стратегическое решение, и принимать его действительно нужно было вдвоем. Тот факт, что это не новый проект, но возможность реализовать его появилась лишь сейчас, свидетельствует о том, что Украине понадобилось некоторое время на понимание этого стратегического аспекта.

И они прекрасно его поняли. Потому что, действительно, Республику Молдову трудно воспринимать как суверенное государство до тех пор, пока она не контролирует госграницу, не говоря уже о том, что страна не контролирует еще и часть своей территории. Отсутствие контроля как на части своей территории, так и на определенном участке границы – это большая проблема не только в плане того, чтобы избежать участи failed state, несостоявшегося государства, но и проблема для интеграции в Евросоюз.

Свободная Европа: Депутаты Верховной рады в последнее время активно высказывают свои позиции по поводу приднестровского урегулирования. Некоторые их них открыто говорят: «Киев должен обсуждать все вопросы, связанные с погранично-таможенным контролем, только с Кишиневом – даже если Тирасполь и выступает против таких договоренностей».

Аннели Уте Габани: Естественно. Потому что эти совместные пункты на границе, которые, кстати, решено установить не только по приднестровскому сегменту, но и в других местах, будут расположены на территории Украины. И еще один момент: такая процедура существует в Евросоюзе, и, разумеется, государства устанавливают такие пункты на основании двухсторонних соглашений.

Мне лично почти смешно столько лет наблюдать за этими иллюзиями, которые, в конечном счете, ничуть не продвигают приднестровский вопрос – ни на миллиметр

Приднестровье, естественно, хочет придать вопросу многосторонний характер и вынести его на формат «5+2». Старший друг Приднестровья – Россия уже заявила, что это не двусторонний вопрос, а проблема, которую надо обсуждать в формате «5+2». Если дело дойдет до этого – и вполне возможно, что так оно и будет – то крайне важно, чтобы Украина и Молдова решительно продолжали отстаивать свою позицию и в рамках переговорного формата. Но все здесь будет зависеть от Запада.

Свободная Европа: Зависит и от Запада, зависит и от Востока. Учитывая, что Игорь Додон пытается еще больше сблизить Молдову с Россией, как вы считаете, г-н Путин смог бы пойти на некоторые уступки в приднестровском вопросе?

Аннели Уте Габани: Не думаю. И прежде были молдавские президенты, которые надеялись на это. Но они ошибались... Нет, здесь идет речь о стратегических решениях, которые, кстати, приобретают особую важность в свете попыток России заморозить ситуацию на востоке Украины и образовать там второе Приднестровье – с той лишь разницей, что там есть общая граница с Россией, чего нет у Приднестровья.

Свободная Европа: Баварская конференция «Меры по укреплению доверия в процессе урегулирования приднестровского конфликта» стала уже традиционной, она проходит не один год. На ваш взгляд, этот механизм действительно укрепляет доверие?

Аннели Уте Габани: Не думаю, потому что целью Тирасполя является не укрепление доверия, их интерес – лишь в том, чтобы получить через баварскую конференцию как можно больше выгод, – и экономических, и в плане признания их независимости. То есть, это – выгоды для Приднестровья. И никто при этом не думает, ни сама приднестровская сторона, ни организаторы этих конференций, что доброй воли Кишинева тоже есть предел, и это не может длиться до бесконечности.

Замечательный термин насчет особого статуса Приднестровья – это термин-паразит, гуттаперчевая концепция, которая абсолютно ничего не означает

Свободная Европа: Ряд важных игроков, задействованных в урегулировании приднестровского вопроса, считают, что это самый легкоразрешимый конфликт. Почему же нет результатов?

Аннели Уте Габани: Если бы во главе ОБСЕ находились одни и те же политики из одной и той же страны, то они бы очень скоро поняли, что подобный подход – это иллюзия. Провал каждого из этих политиков, их ежегодная ротация в руководстве ОБСЕ свидетельствуют о том, что если бы в конце каждого года накопленный опыт передавался от одной страны другой, от одного политика к другому, то и выводы были бы другими.

А так… Мне лично почти смешно столько лет наблюдать за этими иллюзиями, это такие стерильные потуги, которые, в конечном счете, ничуть не продвигают приднестровский вопрос – ни на миллиметр…

Свободная Европа: В конечном итоге, решение зависит от подхода Кишинева и Тирасполя – или от договоренности и компромиссов, к которым придут Запад и Москва?

Аннели Уте Габани: По моему мнению, только второй вариант. Без альтернативы.

Свободная Европа: Значит, все зависит от отношений между Россией и Западом?

Аннели Уте Габани: Однозначно. Единственное, что может и должен делать Кишинев – отстаивать свою позицию и не сдаваться. Другого варианта у него нет, кроме как следовать постановлению парламента от 2005 года, и время от времени разъяснять Западу, что тот замечательный термин, изобретенный, если память мне не изменяет, в 2003 году, – насчет особого статуса Приднестровья – это термин-паразит, гуттаперчевая концепция, которую каждый тянет в свою сторону, которую каждый толкует по собственному усмотрению. На самом деле, данный термин абсолютно ничего не означает.

Свободная Европа: В определенных кругах бытует мнение, что гагаузская модель – самая подходящая для решения приднестровской проблемы…

Аннели Уте Габани: Очень интересный вопрос. Потому что создание этих двух республик – до провозглашения независимости Республики Молдова – было задумано великими московскими комбинаторами в качестве рычагов влияния России, которые помогут восточному соседу добиться права вето на политику Молдовы. То, что я наблюдаю сейчас в Германии, – но, скорее всего, это явление более общего характера – это повышенный интерес к Гагаузии.

Иными словами, видя, что приднестровская модель не самая удачная, особенно, с учетом того, что экономическая поддержка Москвы снизилась на фоне собственных проблем, население живет более чем скромно – сейчас внимание концентрируется на так называемой гагаузской модели. И нередко просто диву даешься, какие только преимущества не усматривают в этой модели, которую и моделью-то назвать нельзя.

Opinia dvs.

Arată comentarii

Молдова: фото и видео

XS
SM
MD
LG