Linkuri accesibilitate

Вряд ли кто-то станет спорить с тем, что война в Афганистане была не только самым кровопролитным, после Великой Отечественной войны, эпизодом короткой советской истории, но и одной из причин или катализаторов распада страны. По понятной причине я воздержусь от пересказа трагических событий декабря 1979 – февраля 1989 года. Гораздо важнее прояснить причины и оценить последствия «Афгана» для Советского Союза.

К концу 70х годов, когда было принято роковое решение о вводе советских войск в Афганистан, генсек Леонид Брежнев был уже дряхлым старцем, за влияние на которого велась нешуточная борьба. В конце концов победителем вышел председатель КГБ Юрий Андропов. Он был в хороших отношениях с министром обороны СССР Дмитрием Устиновым и министром иностранных дел Андреем Громыко. Эту троицу чаще всего и называют основными виновниками авантюры.

Так, председатель Московского городского комитета КПСС Виктор Гришин прямо указывает на этих товарищей, как на занимавшихся делами Афганистана. «[Андропов, Громыко, Устинов] следили за развитием событий, готовили информацию и предложения для Политбюро ЦК по Афганистану (а зачастую по этим вопросам напрямую выходили на Брежнева)», - пишет в своих мемуарах Гришин. Он вспоминает, что по линии КГБ поступали сообщения о свержении просоветского лидера Нурмухаммада Тараки группировкой антисоветски настроенного Хафизуллы Амина и о начале репрессий против сторонников свергнутого президента.

Судя по тому, что писал Виктор Гришин, Амин вел двойную игру: получал помощь от Запада и Пакистана и одновременно искал встречи с советским руководством. «Но наше руководство решило, что принимать его нецелесообразно, ибо это означало бы поддержку его Советским Союзом, дезориентировало прогрессивные силы внутри Афганистана, которые вели борьбу против него и проводимой им политики», - рассказывает бывший глава Московского горкома (Гришин В.В. Генсеки СССР. Политические портреты пяти генсеков. – Москва, «Алгоритм», 2013).

Тараки в апреле 1978 года сверг Дауда, а потом самого Тараки сверг Амин. Всё это произошло за каких-то полтора года, и Советский Союз чувствовал себя очень некомфортно от нестабильности у самых своих южных границ. Но справедливо ли утверждение о том, что если Тараки был просоветским, а Амин его сверг, то Амин непременно антисоветский? Может, справедливо, но лишь отчасти.

Процитирую любопытную книгу бывшего сотрудника радио «Свобода» Валерия Коновалова, который как-то в Мюнхене побеседовал с иммигрантом из Афганистана, у которого были родственники в тамошней разведке и, соответственно, ценные сведения. Так вот, афганец по имени Мохаммад Камаль, прекрасно говоривший по-русски, уверял Коновалова, что Хафизулла Амин не был и не мог быть американским шпионом. «Но именно такая картина ложного видения Афганистана и продажности Амина заокеанским хозяевам и была навязана советскому руководству. Умело подана извне и изнутри, чтобы в нужной интерпретации быть доведенной до ушей Брежнева», - говорил Камаль (Коновалов В. Н. Век «Свободы» не слыхать. Записки ветерана «холодной войны» - Москва, «Алгоритм», 2003).

В результате, продолжил афганец, Советский Союз совершил роковую ошибку, поставив вместо свергнутого Амина («чистого» афганца, то есть пуштуна) таджика Кармаля. А таджики не воспринимаются пуштунским большинством как «свои». Но кто об этом знал в Кремле и КГБ? Возможно, что знали и сделали так намеренно – в конце концов, свержение Амина было заказом Брежнева, который обиделся за свергнутого «друга» Тараки (тоже, кстати, пуштуна). А дальше хоть трава не расти, так? Вот и получается, что линейное мышление и отсутствие знаний о местной специфике (точнее, получение соответствующим образом купированной и интерпретированной информации) высшим советским руководством привело к трагическим последствиям.

О том, что вторжение в Афганистан было обусловлено неверной интерпретацией событий, пишет и российский публицист Владислав Шурыгин. По его словам, во время одного из оперативных совещаний у Брежнева военачальники высказались против оказания военной помощи Кабулу, желая предоставить «афганским товарищам» возможность самим решить свои проблемы. В этот момент вмешался Юрий Андропов. «Опираясь на некие «данные агентуры», он заявил, что ЦРУ США в Турции… проводят операцию по созданию «Новой Великой Османской империи» с включением в нее южных республик из состава СССР, что США уже подготовили батареи ракет «Першинг» к тому, чтобы в ближайшие месяцы развернуть их в Афганистане, и это ставит под угрозу наши стратегические объекты, в том числе космодром Байконур, что после переворота в Афганистане Пакистан готов начать разработку афганских урановых месторождений для создания ядерного оружия. После этого выступления Брежнев свернул дальнейшую дискуссию и приказал готовить операцию по вводу войск», - пишет Шурыгин.

Публицист убежден, что ссылки Андропова на «агентурные данные» были блефом и абсурдом, поскольку советская разведка хорошо «стояла» в Штатах и имела доступ к ценной информации. «Совершенно очевидно, что Андропов не мог не знать, что никакие ракеты к переброске в Афганистан не планируются и что «атомный проект» Пакистана проводится не с помощью афганских месторождений, а с помощью южноафриканских месторождений и научного потенциала ЮАР», - написал Шурыгин.

Другой публицист Леонид Млечин в книге «Юрий Андропов: Последняя надежда режима» (Москва, 2008 г.) подтверждает, что Андропов создал «триумвират» с Устиновым и Громыко. «Советские войска ввели в Афганистан, когда Брежнев был уже совсем болен и оставался лишь номинальным главой государства. Если бы Брежнев был в порядке, он, скорее всего, не дал бы Андропову, Устинову и Громыко втянуть страну в афганскую авантюру. …Генеральный секретарь лишился способности трезво оценивать ситуацию», - пишет Млечин (стр. 306).

«Андропов и Крючков (председатель КГБ в 1985-1991 годах) в Афганистане попались в ловушку своего ведомства, которое соблазнило их простотой решения проблемы: убрать Амина, привезти в Кабул своего человека Кармаля и поставить его у власти. Тайные операции чрезвычайно соблазнительны простотой, дешевизной и секретностью. Потом, правда, все оказывается иначе, но ведь это потом... Аналитический аппарат КГБ оказался неспособным просчитать последствия ввода войск не только в самом Афганистане, но и вокруг него: прежде всего реакцию исламского мира», - добавил публицист.

Впрочем, давайте не будем «оскорблять» американцев игнорированием их роли во втягивании Советского Союза в афганский капкан. В конце концов, сам Збигнев Бжезинский, советник президента Картера по национальной безопасности в 1977-1981 годах, не только не отрицал, но даже гордился той хитроумной комбинацией, которая была задумана и осуществлена Вашингтоном на рубеже 70-80х годов. В сенсационном интервью французскому изданию Le Nouvel Observateur в январе 1998 года пан Бжезинский признал, что США начали оказывать поддержку антисоветским силам в Афганистане как минимум за полгода до ввода советских войск.

«…На самом деле первую директиву об оказании тайной помощи противникам просоветского режима в Кабуле президент Картер подписал 3 июля 1979 года. И в тот же день я написал ему докладную записку, в которой объяснял, что, по моему мнению, эта помощь повлечёт военное вмешательство Советов», - рассказал патриарх американской дипломатии (да не обидится на меня второй столп – Генри Киссинджер). И добавил сакраментальную фразу: «Мы не принуждали русских вмешиваться, но мы сознательно увеличили вероятность того, чтобы они это сделали». Кстати, уважаемые читатели, нет ли у вас ощущения, что эту хитрую комбинацию американцы с блеском повторили в 2014 году, заманив Россию в Крым и затем громогласно ударив по ней санкциями? Разумеется, аналогия весьма условна, ибо на полуострове всё получилось бескровно и внешне благопристойно, но надо же помнить, что Бжезинский – неформальный внешнеполитический советник Барака Обамы…

Вернемся к «Афгану». Господин бывший советник Картера не сожалеет о реализованном плане. «Сожалеть о чём? Та секретная операция была блестящей идеей. Она дала заманить русских в афганский капкан, и вы хотите, чтобы я сожалел? Когда Советы официально пересекли границу, я написал президенту Картеру, по существу: «Теперь у нас появилась возможность обеспечить СССР его собственную Вьетнамскую войну». Фактически, Москва должна была вести на протяжении почти десяти лет невыносимую для неё войну, конфликт, повлёкший деморализацию и, в конце концов, распад Советской империи», - сказал Бжезинский французскому собеседнику.

Дело Картера и Бжезинского продолжили Рейган с Бушем-старшим и Уильямом Кейси, директором ЦРУ в 80х годах. Российский публицист Александр Шевякин приводит тексты документов, подписанных Рональдом Рейганом в середине 80х. «Директива «NSDD-166», подписанная в марте 1985 года президентом Рейганом, впервые формулировала специфические цели афганской войны в контексте общей стратегии. …Во-первых, нужны более качественные поставки и распределение оружия моджахедам. …Вместе с тем, американская разведка получила задание собирать больше информации о советских военных намерениях… Третий ключевой момент — увеличение политической цели войны на международной арене. С помощью таких организаций, как ООН, США будут оказывать максимальный нажим на то, чтобы вытеснить Советы... Но более существенная цель «NSDD-166» содержалась в приложении… — победа, решительный разгром Советских Вооруженных Сил в Афганистане», - говорится в работе (Шевякин А.П. Разгром советской державы. От «оттепели» до «перестройки» - Москва, «Вече», 2007 – с. 116).

Что тут добавить? Истинных виновников втягивания СССР в афганскую ловушку сейчас уже не накажешь, хотя некоторые «комбинаторы» и участники здравствуют и поныне: Збигнев Бжезинский, Джимми Картер, Михаил Горбачев. Можно вполне положиться на версию о коварстве Андропова, Устинова и Громыко, но возникнет вопрос – а какова была их конечная цель? Если они «просто» неверно оценили обстановку – это одно. Если они предполагали и осознанно пошли на такой шаг – всё равно упираемся в вопрос об их намерениях. Можно окунуться в бездну теории заговора и поверить в исключительную роль вашингтонского обкома и тогда спросить себя: неужели многоопытный Андропов и не менее опытный Громыко не могли просчитать комбинаций и провокаций американцев и так легко попали в их сети? Вопросы, вопросы. Немало копий будет сломано в спорах на эту тему.

Нам же остается сожалеть о 15 тысячах загубленных советских солдат, о десятках тысяч раненых и пропавших без вести, о разоренном бесконечной гражданской войной Афганистане и о «величайшей геополитической катастрофе», случившейся менее чем через три года после того, как последний советский военнослужащий пересек мост Дружбы через реку Амударья близ города Термез…

Продолжение следует

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

Arată comentarii

XS
SM
MD
LG