Linkuri accesibilitate

Аннели Уте Габани: „Франк-Вальтер Штайнмайер словно не видит, что ОБСЕ находится под российским вето”


Франк-Вальтер Штайнмайер и Павел Филип

Франк-Вальтер Штайнмайер и Павел Филип

Возрождение диалога по Приднестровью не приведет к приемлемым результатам, по крайней мере, для Молдовы. Интервью с немецким политологом.

Кишинев и Тирасполь приветствовали подход министра иностранных дел Германии Франка-Вальтера Штайнмайера к проблемам приднестровского урегулирования. Возобновление переговоров после двухлетнего перерыва и их развитие за время председательства Германии в ОБСЕ комментирует берлинский политолог, эксперт по молдавским проблемам Аннели Уте Габани.

Свободная Европа: Чем объясняется стремление Германии, которая председательствует сейчас в ОБСЕ, во что бы то ни стало добиться определенных результатов в процессе приднестровского урегулирования? Удастся ли ей это?

Аннели Уте Габани: За все время существования конфликта каждая страна, каждый министр иностранных дел той или иной страны, исполняющей мандат председателя ОБСЕ, пытались его решить, считая, что этот замороженный конфликт уладить легче других. Так что г-н Штайнмайер, как и все его предшественники в этой ипостаси, хочет добиться чего-то конкретного для укрепления позиции своей страны, собственной позиции в партийной системе и т.д..

Свободная Европа: Когда говорят, что конфликт легко решить, наверняка подразумевают и какую-то цену. Эту цену, говорят аналитики, должен заплатить Кишинев, потому что давление оказывается именно на конституционные власти Республики Молдова.

Аннели Уте Габани: В этом есть угнетающий элемент, угнетающий не только для аналитика, для эксперта или просто для нейтрального человека без определенной позиции в этом вопросе. Уверена, немецкие политики, как минимум, считают, что действуют во благо, они считают, что занимаются решением ситуации на благо всего мира. Готова приписать такие мысли министру иностранных дел моей страны, г-ну Штайнмайера. Но надо либо не разбираться в вопросе, либо не видеть всей полноты картины, чтобы не понять, что в этом вопросе важно смотреть далеко вперед, а не сосредоточиться на каких-то сиюминутных достижениях в угоду собственных амбиций, на каких-то результатах за сравнительно короткий период времени. И этот период – год председательства Германии в ОБСЕ, предвыборный год, кстати, в Германии.

Свободная Европа: Г-н Штайнмайер сказал, что в последнее время прилагаются усилия к возрождению диалога по урегулированию приднестровского конфликта. И отметил, что стороны должны вести предметный диалог, который ставит конкретные задачи и генерирует решения. Но есть наблюдатели, хорошо знающие приднестровскую проблематику, которые говорят, что министр иностранных дел может занять любую позицию, но Кишинев вынуждают к огромным уступкам. Другие еще более жесткие в своих оценках: они считают, министр иностранных дел Германии прибыл в Кишинев с целью легализовать отделение Приднестровья от Молдовы. Лично вы как расцениваете то, что происходит сейчас в Молдове?

Аннели Уте Габани: Это очень важный и печальный для меня момент, потому что действительно определенное давление на Кишинев оказывается — и только на Кишинев; и происходит это в момент, когда молдавская власть слаба после многочисленных смен правительств, порой позорных для Молдовы. После того, как Молдова оказалась в глубоком кризисе, и особенно после банковского скандала, европейские страны, Соединенные Штаты Америки потеряли доверие к ней, нет уже того энтузиазма, той отличной перспективы, которую прочили Республике Молдова еще совсем недавно. Положение Республики Молдова шаткое и ненадежное.

Есть также аналитики, которые говорят, что и действующее правительство не самое подходящее для ведения переговоров по столь болезненному вопросу. Лично я, проанализировав позицию кабинета Филипа, пришла к выводу, что правительство заняло оборону и пытается ее держать, так как находится под перекрестным огнем. Эта позиция мне представляется рассудительной и мудрой.

Но ситуация сегодня не самая благоприятная и в Соединенных Штатах Америки, и в самом Европейском Союзе, на что указывают и другие аналитики. Россия видит в этом удобный случай надавить на министра иностранных дел, на определенную партию. И здесь, как эксперт в вопросах германской политики, должна сказать: совершенно ясно, что одна из партий правящей коалиции, Социал-демократическая партия во главе с министром иностранных дел, все больше и все заметнее отходит не только от политики правых партий правящей коалиции, но и от неких общих в Германии позиций между партиями в оценке ситуации в стране, ее статуса государства, которое входит в НАТО, в Евросоюз. А это база, политические ценности, которые, как я думала, объединяют нас независимо от партийных границ.

Свободная Европа: Поскольку и вы отметили, что приднестровский конфликт легче решить на фоне остальных замороженных конфликтов, особенно учитывая ситуацию в Украине, каков, на ваш взгляд, идеальный вариант решения приднестровской проблемы? Если за эти 25 лет Тирасполь, ведомый Россией, ни разу не сказал, что выступает за объединение двух берегов Днестра — с чего начинается урегулирование приднестровского конфликта?

Аннели Уте Габани: Вынуждена вас поправить. Я сказала, что есть люди, которые с самого начала этого конфликта, с тех самых пор, как им занимается ОБСЕ, помните, когда г-жа Меркель встретилась с г-ном Медведевым в Мезеберге — всегда говорили, что этот конфликт решить легче других. Я не думаю, что его легче решить, потому что этот замороженный конфликт ближе всего к Западу, то есть, он находится на западной границе геополитической зоны, вокруг которой сейчас развернулось соперничество. Кроме того, эта сфера стала еще более важной на фоне вспыхнувшего конфликта в Украине, который разгорается и очень похож на то, что происходит в Приднестровье; это сообщающиеся сосуды.

Этот конфликт нелегко решить, особенно неправильными инструментами. Тем более, что несведущие люди не разбираются в деталях — на первый взгляд незначительных, но которые меняют всю картину. Здесь я хочу сказать, что молдавская дипломатия, по моему мнению, делает довольно умные ответные ходы, настаивая, прежде всего, на том, что перезагрузка повестки диалога — важный и жизненно необходимый момент. В Германии превалирует мнение — немного устаревшее, но тут уж ничего не попишешь — что надо начинать с малых шагов, за которыми неминуемо, почти автоматически последуют и большие шаги на фоне климата доверия, возникшего в результате реализации этих малых шагов.

Свободная Европа: Но эти малые шаги эксперты, хорошо владеющие приднестровской проблематикой, рассматривают либо как уступки, либо как шаги к признанию тираспольского режима.

Аннели Уте Габани: И совершенно справедливо. Как говорил и Оазу Нантой — что ...”

Свободная Европа: ...номерные знаки и дипломы – это надуманные проблемы.

Аннели Уте Габани: Да. Но такой была и позиция правительства, в частности, социал-демократов Германии до 1989 года, когда ГДР, прижатая в угол, особенно из-за кредитов, потому что все страны были в долгах как в шелках, и только Румынии пришлось возвращать кредиты, остальные получили деньги и поддержку более искренних и более близких друзей на Западе. Тогда Берлин пошел на небольшие уступки Западу. Но не это стало причиной объединения, не поэтому пал коммунистический режим, не потому что социал-демократы в 1989 году действительно пошли на некую идеологическую договоренность между двумя партиями и правящей в ГДР партией; тогда они зашли далеко, даже очень далеко, и все-таки ничего не случилось. Иными словами, это анахроничная политика, которая не дала никаких результатов.

Но дело говорят молдавские аналитики. И даже г-н Филип предложил очень мудрую, по моему мнению, вещь. Давайте, сказал он, предложим мы Приднестровью определенные малые шаги, нерешенные по сегодняшний день, и посмотрим, что они на это скажут. Тогда они очень скоро покажут свое истинное лицо: проблемы дубоссарских фермеров, жителей Зоны безопасности. Посмотрим. Но это только на переговорах, в процессе диалога. В ином плане уступок быть не должно. Если же, например, Тирасполь настаивает на „государственном университете” вместо „тираспольского университета”, какие уж тут сомнения, ясно, куда они метят.

Свободная Европа: Вернемся к оптимальному, с вашей точки зрения, сценарию приднестровского урегулирования. Попрошу вас четко и конкретно ответить на этот вопрос, учитывая, что в повестку дня возвращается идея выработки особого статуса для этого региона, а немного раньше я упомянула об амбициях Тирасполя, который настаивает на сближении с Российской Федерацией, на получении независимости от Кишинева. Как можно в этих условиях найти консенсус в разработке особого статуса для приднестровского региона?

Аннели Уте Габани: Просто выложив на стол сценарий — даже не весь, достаточно нескольких ключевых пунктов, повторить их, потому что, уверена, молдавская дипломатия не раз поднимала эти вопросы; так вот, стряхнуть с них пыль и в который раз сказать: „Мы мелочей не обсуждаем, потому что мелочи вытекают из решения большой проблемы”. И если станет ясно, что Тирасполь, а особенно Москва не приемлет такого подхода — а мы знаем, что не приемлют – то ситуация прояснится окончательно и в глазах мира Кишинев не будет выглядеть как тормоз, как стопор, который надо наказать в том числе на его евроинтеграционном пути и т. д. Молдова не должна стать „черной овцой”, у нее и так достаточно пятен на „шерсти”, но „черной овцой” становиться не надо. Она должна не просто сказать, она должна доказать, что „мы хотим – но мы знаем, чего хотим: демократизации, демилитаризации и искоренения коррупции.”

Свободная Европа: Но какие контуры примет этот особый статус, учитывая, что Москва настаивала на идее федерализации? И в других западных столицах также поговаривали о возможной федерализации Республики Молдова. Какой статус следовало бы разработать для приднестровского региона?

Аннели Уте Габани: Необходимо проставить точки над „i” и настоять, первое, на выводе российских войск, полной демилитаризации — чтоб уехали все, до последнего солдата. Потому что, если не создавать очагов напряженности и нестабильности, то и войска не нужны. Второе: Приднестровью не предоставлять определенных прав, в частности, права осуществления внешнеполитической деятельности, политики в отношении стран Евросоюза; также, демократические институты не должны зависеть от Тирасполя. Иными словами, не транснистризация Республики Молдова, а наоборот.

Свободная Европа: Но эту настойчивость в поисках решения приднестровского конфликта можно рассматривать и как попытку создания прецедента для решения проблем на востоке Украины?

Аннели Уте Габани: Не исключено. Но не думаю, что Россия реально заинтересована в урегулировании вопроса. Россия заинтересована в том, чтобы вконец дискредитировать Республику Молдова, придать ей образ капризного ребенка, который портит игрушки других, а на самом деле – амбиции тех, чья игра сейчас выходит на поверхность. Россия выжидает. Россия может позволить себе ждать, потому что время играет в ее пользу, ситуация меняется в ее пользу и в ущерб интересам Молдовы. Молдова должна понимать это, граждане, наши слушатели должны отдавать себе в этом отчет — Россия хочет остаться в Приднестровье, Россия хочет остаться и иметь в этих странах хвост, который виляет собакой — иными словами, хочет влиять политически на Молдову и Украину.

Свободная Европа: Наблюдатели в переговорном процессе по приднестровскому урегулированию — Европейский Союз и Соединенные Штаты Америки — какую роль играют они сегодня и почему они неоправданно пассивны в поисках решения приднестровской проблемы?

Аннели Уте Габани: С самого начала они действительно были включены в этот формат, скорее, как декорация. И их выбор, как оказалось с точки зрения России, был верным, потому что они, по сути, до настоящего момента практически не вмешивались в пользу Республики Молдова, особенно в последнее время. Соединенные Штаты Америки — это уже lame duck (хромая утка), и Европейский Союз, помимо своих многочисленных проблем, никогда не отличался особой сплоченностью, а сейчас он как никогда расколот. Следовательно, с их стороны нет никаких угроз для тех, кто заинтересован решить проблему. И Германия, это было видно даже по мезебергской инициативе г-жи Меркель — она выступала уже от своего имени, без поддержки, более того — без официализации позиции Германии со стороны Европейского Союза на тот момент.

Сейчас ясно, кто какие интересы преследует. Г-н Штайнмайер, естественно, вроде не видит, что ОБСЕ всегда находилась под российским вето. Иными словами, дискутируешь об интересах России, либо непосредственных, либо замаскированных под приднестровские интересы, но на самом деле дискутируешь с субъектом, обладающим огромной силой именно в этой организации.

Свободная Европа: Для западного аналитика Аннели Уте Габани нет никаких сомнений в том, что возрождение диалога по приднестровскому урегулированию началось?

Аннели Уте Габани: Возрождение — возможно, но только формальное, оно не приведет к удовлетворительным результатам, по крайней мере, для Республики Молдова.

XS
SM
MD
LG