Linkuri accesibilitate

Дэмон Уилсон: „Из-за действий России решения НАТО, принятые в Варшаве, направлены на обеспечение мира на Востоке”


Вице-президент Атлантического совета о ставках варшавского саммита НАТО.

Польша, где в пятницу и субботу проходит саммит НАТО, неизменно выступала за развертывание сил на постоянной основе на восточном фланге Североатлантического альянса в порядке защиты от российской угрозы. Но решение союзников, официально согласованное в пятницу, предусматривает размещение многонациональных сил на ротационной основе в пяти странах на восточной границе НАТО. Дэмон Уилсон, вице-президент Атлантического совета – влиятельного американского аналитического центра – в интервью Свободной Европе отметил, что, хотя это не совсем то, на что рассчитывала Польша, Варшава получила достаточно.

Свободная Европа: Г-н Уилсон, насколько, с вашей точки зрения, реально, что в следующие пять лет, предположим, Российская Федерация проявит агрессию против прибалтийских стран, против Польши или других восточноевропейских государств?

Дэмон Уилсон: Вряд ли кто-то возьмется предсказать, что предпримет Российская Федерация в последующие пять лет. Но, хоть это и маловероятно, сценарий агрессии России против одного из своих соседей возможен, учитывая печальный опыт Украины, Грузии или Республики Молдова. Здесь, на саммите НАТО в Варшаве, союзники примут в расчет все эти возможные угрозы и дадут Москве четкий сигнал о том, что Российской Федерации лучше и не пытаться начать борьбу против одного из союзников. Речь идет о пакете решений, которые будут здесь приняты в целях укрепления восточного фланга и достижения стабильности среди стран восточного партнерства.

Свободная Европа: С другой стороны, Варшава, по всей видимости, рассчитывала на большее, чем готово предложить НАТО в регионе. Президент Польши Анджей Дуда прямо заявил, что выступает за присутствие на постоянной основе американских войск в этой части Европы. Когда-нибудь это станет возможным?

Дэмон Уилсон: Давайте скажу, как вижу я реальность. Пока Россия сохраняет такую же позицию, как в данный момент, позицию устрашения, запугивания союзников, она позиционирует себя как противник, следовательно, американские силы останутся в Польше, силы НАТО останутся на Востоке. Идея в том, что постоянное присутствие зависит от г-на Путина и от линии поведения Российской Федерации. По сути, думаю, достигнуто соглашение между Вашингтоном, Берлином, Варшавой и, разумеется, остальными союзниками. Мы договорились по пакету мер, которые предусматривают, прежде всего, силы быстрого реагирования, призванные укрепить страны на восточном фланге. Определяющее решение, которого ждали здесь, в Варшаве, касается постоянного присутствия в прибалтийских странах, Польше, Румынии, в том числе, американских сил, сухопутных подразделений и необходимой инфраструктуры для их поддержки. Эти меры подкреплены и инициативой НАТО по ядерному сдерживанию. Разумеется, Польше хотелось бы большего, но она получила достаточно. То, что вы видите в эти дни здесь, – это выражение единства между союзниками. Из-за действий Российской Федерации решения НАТО, принятые в эти дни в Варшаве, представляют собой меры по обеспечению мира на Востоке.

Свободная Европа: Ваше мнение о недавнем заявлении министра иностранных дел Германии Франка-Вальтера Штайнмайера, который назвал меры по укреплению восточного фланга „символическим бряцаньем оружием”, которое не усиливает безопасность?

Дэмон Уилсон: Надо признать, что у Германии своя роль, она взяла на себя работу по формированию батальона НАТО в Литве, а значит – роль лидера Альянса в этой стране. Германия обещала увеличить расходы на оборону и благодаря Берлину санкции Евросоюза в отношении России сохранены. С учетом этого, считаю заявления г-на Штайнмайера контродуктивными. Он дает понять, что натовские учения, присутствие альянса на востоке могут восприниматься как вызов. Проблема в том, что этим заявлением г-н Штайнмайер практически подтверждает слова Путина о том, что действия союзников подрывают ситуацию в Европе. Что не соответствует действительности. Единственная причина, побудившая нас принять эти решения, связана с решением г-на Путина аннексировать Крым, вторжением в Украину и попыткой дестабилизации восточной Европы и устрашения наших союзников. Вот почему я не согласен с заявлением г-на Штайнмайера. Считаю, что солидарность между союзниками – это очень важно. С другой стороны, чего хотелось Германии и с чем согласились союзники – это решение начать ясный диалог с Российской Федерацией, с тем, чтобы предупредить любые неверные толкования наших намерений, а значит, предотвратить возможные эксцессы. Этим и объясняется стратегия НАТО в отношении России на данный момент: выстраивать отношения с ней на основе баланса силы и диалога.

Свободная Европа: В 2012 году администрация Обамы решила значительно сократить американские силы в Европы – с 300 тысяч до 30 тысяч военнослужащих. Как вы считаете, это была ошибка?

Дэмон Уилсон: По сути, наше присутствие здесь, по моим подсчетам, составляет более 60 тысяч военнослужащих. В действительности это было решение администрации Буша, продолженное затем администрацией Обамы, потому что в то время мы не рассматривали Россию как противника. Мы были сфокусированы на своих обязательствах на Ближнем Востоке, в Азии, других уголках мира. Возможно, ошибкой было свернуть наше присутствие в регионе. Сегодня мы пытаемся исправить эту ситуацию и, честно говоря, вернуть сюда военнослужащих обходится значительно дороже. К сожалению, многие в Вашингтоне считали, что все обстоит иначе. Г-н Путин не такой, каким казался тогда. Если честно, многие из нас видели определенные сигналы со стороны Российской Федерации, конечно, улавливали эти сигналы и на бухарестском саммите в 2008 году, после чего последовало вторжение в Грузию. Да и раньше было совершенно ясно, что г-н Путин отвергает международные нормы и принципы, на основании которых была достигнута договоренность после падения Берлинской стены. Думаю, эти сигналы надо было принять во внимание, и сохранить свое присутствие в Европе. Но сейчас мы на верном пути. Американская администрация учла предложение Конгресса – выделить 3,4 миллиарда долларов на финансирование американских сил, учений и военной подготовки в Восточной Европе. Это правильное и крайне важное решение.

Свободная Европа: Г-н Уилсон, поговорим о противоракетных системах в Европе. Как вы считаете, почему Россия опасается этих систем?

Дэмон Уилсон: Потому что Российская Федерация очень зависима от своего ядерного потенциала и стремится сохранить статус великой державы с помощью ядерного оружия. Но беспокоит тот факт, что Российская Федерация даже отработала ядерный удар по Варшаве; подобные действия, согласитесь, крайне опасны и вызывают большую тревогу. Причина, по которой Москва противится размещению противоядерного щита, связана с ее уверенностью в том, что через энное количество лет укрепление оперативного потенциала системы ПРО может привести к снижению пригодности российского ядерного потенциала. На самом деле противоракетный щит НАТО развернут для перехвата ракет среднего и дальнего радиуса действий, запуск которых возможен из стран Ближнего востока. Позиционирование системы ПРО защищает Европу от возможного ракетного удара. Это чисто оборонительный потенциал, он не направлен против Российской Федерации, несмотря на то, что Москва пытается убедить весь мир в обратном и выступает против размещения этого щита. В действительности это примерно то же самое, что сравнивать яблоки с апельсинами.

XS
SM
MD
LG