Linkuri accesibilitate

Прошедшие в начале июня в Берлине переговоры по приднестровскому урегулированию в формате 5+2 получили неожиданно жесткий резонанс в Кишиневе. Директор Ассоциации внешней политики Виктор Кирилэ на сайте организации опубликовал интересный комментарий, общий смысл которого сводится к тому, что против Молдовы в немецкой столице выстроился целый фронт давления во главе с Россией. Это было бы не так удивительно, если бы не то обстоятельство, что солидарно с Москвой действовали посредники и наблюдатели, то есть ОБСЕ, Европейский Союз и даже Соединенные Штаты.

Для начала перечислю те пункты, которые указал господин Кирилэ:

  1. «Молдова избежала большой беды в Берлине». «Несмотря на режиссированное давление», вице-премьер по реинтеграции Георгий Балан «сумел договориться о компромиссном протоколе, который не наносил бы непоправимого ущерба позициям Республики Молдова»
  2. На берлинской встрече посредники (модераторы) и наблюдатели создали «единый фронт» в отношении переговорщика от Республики Молдова. «Это, без сомнения, провал молдавской дипломатии»
  3. Россия сумела превратить формат 5+2 в инструмент давления на Республику Молдова
  4. Беспристрастность Миссии ОБСЕ в Кишиневе вызывает большие вопросы. Она оказывает всё нарастающее давление на молдавские власти с целью заставить их пойти на односторонние уступки (Приднестровью)
  5. Поддержка Молдовы со стороны Украины была «вялой» - еще один провал молдавской дипломатии. «Наши (молдавские) власти должны задаться вопросом, почему так происходит; ответ надо в первую очередь искать в Кишиневе»
  6. Россия снова попыталась навязать Молдове принятие обязывающего гарантийного механизма в отношении протокольных решений Кишинева и Тирасполя. Этот механизм, если его принять, «легализует процесс постепенного признания существующей в приднестровском регионе реальности» - иначе говоря, «легализует нынешний непризнанный статус Приднестровья без официальных переговоров по этому вопросу»
  7. Гарантийный механизм, предложенный Россией, поддержанный Тирасполем и Миссией ОБСЕ в Кишиневе, не встретил сопротивления наблюдателей – США и ЕС. Украина еще не поддержала российское предложение, но «мы не можем быть уверенными в том, что случится в ближайшем будущем»; Германия, скорее всего, поддержит такой механизм.

В заключение господин Кирилэ указывает не только на отсутствие поддержки позиций Молдовы в ходе переговоров, но и на институциональное соперничество между молдавским министерством иностранных дел и Бюро по реинтеграции (вот так неожиданность, скажу я вам!). Более того, эксперт говорит, что это соперничество «с успехом используется якобы беспристрастными посредниками».

Что же, реакция Виктора Кирилэ более чем красноречива. Он, наверное, единственный в Кишиневе эксперт, который основательно раскритиковал берлинский раунд, представленный в российской и отчасти европейской прессе как успешный. К сожалению для Кишинева, резонанс остался только в прессе, практически не вызвав реакции на официальном уровне.

И это как раз неудивительно. Во-первых, все опросы общественного мнения за последние годы показывают почти полное отсутствие интереса к приднестровской проблеме. И поскольку молдавские власти мало прислушиваются даже к тому, что действительно волнует народ, «официальное» внимание к Приднестровью тем более не может появиться из ниоткуда. Во-вторых, европейская интеграция как единственный вектор внешнего развития Молдовы диктует свои правила игры, в которую Тирасполь попросту не вписывается. В-третьих, пассивность Кишинева в этом деле заставляет вспомнить старую истину – свято место пусто не бывает. И если Молдова не очень рвется заниматься Приднестровьем, им будут заниматься внешние игроки – по своим лекалам и в строгом соответствии с собственными интересами.

Тут я должен процитировать бывшего премьер-министра РМ Иона Стурзу, который, основываясь на свои источники, не только подтвердил все опасения Виктора Кирилэ, но и добавил, что американцы грозились «организовать телефонный звонок госпожи Нуланд господину П.», чтобы сделать молдавскую делегацию более сговорчивой. Кто такой «господин П.»., объяснять не надо, как и то, что крестная мать Евромайдана и молдавского Ночного Правительства предпочитает общаться не с официальными властями Молдовы, а с ее реальным «хозяином».

Интересно другое. Как же получилось, что американцы решили пойти против Кишинева? Если представители США грозились связаться с Нуланд, то она не только «в теме», но и поддерживает «берлинский фронт». Неприязненное отношение госпожи Нуланд к российскому руководству и лично к «царю Путину» общеизвестно, но если Вашингтон решил сыграть в одну игру с Москвой и Берлином, я воспринимаю это как решение уходящей администрации Обамы достичь какого-то позитива в противовес буксующему мирному процессу в Донбассе и противоречивой «координации» в Сирии. Не будем забывать мартовскую встречу Путина и Керри, где державы, скорее всего, договорились по возможности сблизить позиции. А поскольку Обама и Керри, как свидетельствуют эксперты-американисты, представляют более умеренную группировку, госпоже Нуланд не оставалось ничего другого, как вписаться в этот механизм.

Германия на посту действующего председателя ОБСЕ стремится продемонстрировать определенную свободу действий, т.к. Ангела Меркель в последние месяцы подвергается жесткой критике в своей стране за соглашательскую политику в отношениях с США и Турцией (резолюция Бундестага о признании Геноцида армян – это, кстати, еще одна попытка проявить самостоятельность). С другой стороны, министерство иностранных дел ФРГ во главе с Франком-Вальтером Штайнмайером пытается вести более сбалансированную, чем федеральная канцелярия, политику на постсоветском пространстве.

В свою очередь, Россия хочет «уцепиться» за приднестровское урегулирование, пытаясь быть максимально конструктивной и ориентированной на результат, что могло бы послужить выгодным контрастом на фоне всё того же Донбасса. И если этот позитив будет за счет интересов Молдовы, то, как правильно заметил Виктор Кирилэ, «ответ надо искать в Кишиневе».

Таким образом, и Вашингтону, и Берлину, и Москве сегодня нужен положительный пример. Приднестровский конфликт, как наименее отягощенный этническим фактором на постсоветском пространстве, мог бы стать успешной площадкой для нахождения долгожданного компромисса между державами. Каждый будет преследовать свои цели, само собой, но когда они находят общие решения, не позавидуешь тому, кто встанет у них на пути. Ну, а Молдове в данной ситуации можно посочувствовать. И заодно пожелать кое-чего – надо не просто работать, а понимать, для чего ты вообще работаешь и к чему хочешь прийти. Один Георгий Балан в поле не воин.

XS
SM
MD
LG