Linkuri accesibilitate

Ион Маноле: „За четверть века в судебной защите жителей левобережья Днестра образовался вакуум”


Интервью с исполнительным директором ассоциации Promo-LEX.

Имеют ли смысл переговоры по приднестровскому урегулированию, если преимуществами демократических процессов не могут воспользоваться жители региона, который предстоит реинтегрировать с правобережной Молдовой? Как обеспечить до разрешения конфликта – и возможно ли это? – доступ жителей левобережья Днестра к справедливому правосудию, как обеспечить эффективную защиту их прав? Своим мнением делится исполнительный директор правозащитной организации Promo-LEX Ион Маноле.

Свободная Европа: После оглашения решения Европейского суда по иску Мозера против Республики Молдова и Российской Федерации вы подчеркнули на пресс-конференции, что без соблюдения основных прав и свобод в регионе политический диалог между Кишиневом и Тирасполем не имеет смысла. Иными словами, вы хотите сказать, что переговоры по поиску решения конфликта бессмысленны, если у жителей региона нет возможности воспользоваться демократическими преимуществами?

Ион Маноле: Возможно, меня неправильно поняли, я не говорил, что не имеет смысла. Разумеется, любой диалог лучше конфликта или войны. Для нас очень важно, чтобы этот диалог имел и определенный смысл. Мы вот уже четверть века не видим ничего другого, кроме пустых разговоров, совершенно безрезультатных для населения, потому что в значительной степени любой диалог, любые переговоры, любая деятельность властей, в данном случае Республики Молдова, должны завершаться конкретными положительными результатами для определенных категорий граждан или для всех граждан этой страны.

Свободная Европа: Соблюдение основных прав и свобод жителей региона – что для вас это означает практически?

Ион Маноле: Когда мы говорим о правах человека, следует иметь в виду, что права всех граждан, которые пребывают на территории Республики Молдова, гарантированы как Конституцией и национальным законодательством, так и международными соглашениями. В данном случае Конвенцией Европейского суда по правам человека.

Свободная Европа: Что не делают молдавские власти для жителей региона?

Ион Маноле: Не обсуждают, не требуют включить эти вопросы в повестку дня и найти решения по этим проблемам. Не зря мы отмечали на пресс-конференции, что проблему можно выявить только работая по каждому делу в отдельности, защищая интересы каждого человека в отдельности. И только определив задачи, вместе с зарубежными партнерами, с другими участниками процесса, такими, например, как Российская Федерация, найти конкретные методы, средства для того, чтобы права этих людей были гарантированы и защищены.

Свободная Европа: Может молдавская власть сделать больше для жителей приднестровского региона? И как, если даже возглавляемая вами организация запрещена в Приднестровье?

Ион Маноле: Власть не то, что может, она обязана; это большая разница, которую, думаю, все должны понять. Европейский суд, по сути, как в деле Илашку, так и в деле Мозера или Катана еще раз подтвердил, что правительство Молдовы обязано принимать все меры, то есть постоянно искать решения.

Свободная Европа: Конкретно по делу Мозера – что могли сделать, но не сделали?

Ион Маноле: В деле Мозера, по моему мнению, правительству удалось избежать осудительного решения. Определенные усилия были приложены. Официальный Кишинев показал, что ему не безразлично, и призвал зарубежных партнеров вмешаться и помочь этому человеку. Именно такой подход следует проявлять каждый раз с тем, чтобы обратившийся за помощью житель левобережья Днестра получил эту помощь от государства. Но проблема в том, что на правительственном, на центральном уровне в Молдове к этому времени нет согласованной методологии действий в подобных ситуациях.

Свободная Европа: Если внимательно присмотреться к этому случаю, в чем его отличие? Насколько важно решение ЕСПЧ по делу „Мозер против Молдовы и России”, с вашей точки зрения?

Ион Маноле: Это решение крайне важно для Республики Молдова, так как содержит ряд рекомендаций. Во-первых, Европейский суд рекомендует подключаться по всем делам и решать проблемы, реагировать каждый раз, когда о них становится, как минимум, известно. У нас есть формат „5+2”, есть Объединенная контрольная комиссия, особенно в городе Бендеры, там есть правоохранительные органы и они должны быть эффективными. А для этого власти должны реагировать на каждый конкретный случай и, реагируя, вмешиваясь, они хотя бы поймут суть проблемы и вместе с гражданским обществом и зарубежными партнерами попытаются найти решение.

Свободная Европа: На одной из пресс-конференций вы говорили о том, что в ходе переговоров по приднестровскому урегулированию приоритетом должно быть стремление к созданию системы переходного правосудия. Что вы имеете в виду?

Ион Маноле: Вот уже четверть века у нас налицо вакуум в процедурах защиты или процедурах представительства в судебных инстанциях, правоохранительных органах жителей левобережья Днестра. Это большая проблема, с которой, по нашему мнению, больше мириться нельзя. Республике Молдова следует реагировать по каждому случаю в отдельности и вмешиваться соответствующим образом.

Свободная Европа: ЕСПЧ констатировал в деле „Мозер против Молдовы и России”, что структуры, функционирующие в Приднестровье в качестве судов, не могут считаться судами. Какие выводы нужно сделать из этого? И каким образом такое решение Евросуда может найти отражение в переговорном процессе?

Ион Маноле: Да, как раз это я и пытался сказать. Переходное правосудие подразумевает рассмотрение всех ситуаций и аспектов, сложившихся в определенный момент, с целью найти переходное, временное решение для того, чтобы живущие в регионе люди имели не просто права, гарантированные международными документами, а реальные права, то есть возможность применения тех или иных процедур в справедливом и эффективном суде.

Свободная Европа: Заключения ЕСПЧ по иску Мозера применимы ко всем делам, в которых идет речь о нарушении прав человека. Как практически это может отразиться в случае нарушения прав человека в этом регионе, неконтролируемом конституционными властями Молдовы?

Ион Маноле: Здесь налицо два момента. Если говорить о делах, направленных уже в ЕСПЧ – а на левом берегу Днестра у нас таких дел около 60 – то известно, что Европейский суд опирается на прецеденты. Соответственно, есть надежда, что „прецедент Мозера” будет применяться и в других случаях, которые мы представляем в ЕСПЧ. С другой стороны, что касается ситуаций, с которыми сталкиваются сегодня жители левобережья Днестра, очевидно, что простая ссылка на дело Мозера не может решить их проблемы. Значит, они в любом случае должны пройти определенные этапы, определенные законные пути, которые имеются в их распоряжении в регионе – как минимум, приложить определенные усилия, попытаться решить проблему – затем обратиться в конституционные органы, либо делать это параллельно.

Свободная Европа: Какие это этапы, г-н Маноле, если судить по этим 60 делам, о которых вы говорите?

Ион Маноле: Этапы такие же, как везде. Во-первых, человек, который столкнулся с определенной проблемой, должен проконсультироваться с адвокатом, попытаться прибегнуть к местному законодательству, потребовать исправить ситуацию или решить проблему. Если вопрос более серьезный, он может и должен поставить в известность и правоохранительные органы Республики Молдова, сообщить, в чем проблема и кто виновен в совершении тех или иных деяний против него.

Свободная Европа: Много таких примеров, когда жители левобережья Днестра обращаются в соответствующие органы Республики Молдова?

Ион Маноле: Ситуации бывали разные. Были случаи, когда люди приходили с верой и надеждой, мужественно настроившись на то, что они пройдут все необходимые национальные инстанции и дойдут до Европейского суда. Но когда, например, все документы уже были готовы, в том числе для ЕСПЧ, они отзывали свой иск. Разумеется, есть определенные ситуации, при которых на местном уровне, узнав о намерениях человека, на него начинают оказывать давление и он отказывается от дальнейшей борьбы. Все зависит от человека, все зависит от конкретного случая. Пример тому – дело того же Мозера. На пресс-конференции я говорил, что если бы мама этого молодого человека опустила руки хотя бы на минуту или потеряла бы надежду у очередной двери, захлопнутой перед ней как представителями конституционных органов, так и определенных международных структур, думаю, Бориса Мозера сегодня уже не было бы в живых.

XS
SM
MD
LG