Linkuri accesibilitate

Ион Пряшкэ: „Мы косвенно поддерживаем тираспольский режим”


Интервью журналиста-расследователя, автора портала Mold-Street.

Премьер Республики Молдова, но и другие более чем весомые спикеры в прессе и социальных сетях вновь вынесли на первый план наболевший вопрос о мошеннических схемах извлечения баснословных прибылей в молдавской энергетической системе. Глава правительства Валериу Стрелец, к примеру, заявил, что в угоду загадочному приднестровскому посреднику граждане платят двойную цену за электричество. К чему могут привести подобные разоблачения и дискуссии? И неужели на самом деле без посредника не обойтись?

Разобраться в вопросе репортерам Свободной Европы помогал журналист-расследователь, автор портала „Mold-Street” Ион Пряшкэ.

Свободная Европа: Г-н Пряшкэ, вот уже и на официальном уровне, устами премьера, а не в порядке экспертных оценок, признается, что по милости посреднических фирм население платит за электроэнергию по завышенному тарифу. Центр по борьбе с коррупцией, говорят, уже начал расследование по этому факту. С вашей точки зрения, как получилось, что сегодня открыто, официально заговорили и об этом?

Ион Пряшкэ

Ион Пряшкэ

Ион Пряшкэ: Да нет, этот вопрос поднимался и месяца три назад в парламенте, на заседании Комиссии по безопасности, где заслушали доклад СИБ по этому факту, также в парламенте информацию представил вице-министр экономики Валериу Трибой – насчет тарифа и в чем смысл этого посредника в сложившейся схеме поставки электроэнергии в Республику Молдова.

Свободная Европа: Что-то последовало?

Ион Пряшкэ: Последовало повышение тарифов. На заседании в НАРЭ было решено поднять цену, затем передумали и объявили двухмесячный мораторий.

Свободная Европа: Как вы считаете, разговоры о существовании энергетического бизнеса за счет молдавского потребителя обоснованы? Насколько правдивы утверждения о сложившейся „порочной тарифной практике”, которую власть применяет по отношению к молдавским потребителям в угоду неких „ловкачей?

Ион Пряшкэ: Такая практика была, есть и, думаю, будет. Любая сделка основывается на том, что что-то покупается, затем перепродается дороже и извлекается прибыль; без прибыли нет бизнеса, никто не будет работать себе в убыток. Но вернемся к энергетическому сектору и вспомним, откуда и как появился этот посредник – об этом часто забываем, но надо посмотреть, как все это пошло?

В прошлом году в конце ноября – начале декабря, в разгар выборов, вспыхнул скандал с этим злополучным миллиардом, появилась проблема с обеспечением Республики Молдова электроэнергией. Приднестровская сторона уведомила официальный Кишинев о возможном прекращении поставок, так как появились проблемы с оплатой; но никогда не было никаких уточнений относительно схемы оплаты как таковой. Они лишь утверждали, что несут потери в результате скачков валютных курсов.

Тогда наши власти сказали, что все прекрасно и дней через пять проблема решилась. Но сразу после Нового года пошли разговоры о фирме Энергокапитал, которая была учреждена в октябре прошлого года. По сути, когда прямым поставкам был положен конец, то есть прямая схема закупок между Молдавской (Кучурганской) ГРЭС и Кишиневом перестала действовать и появилась эта фирма, возникла одна проблема, после которой все пошло-поехало. Цены не изменились, все осталось как было на тот момент – 6,8 цента за киловатт, и даже, как сказал г-н Трибой, на 0,05 цента меньше. Не знаю, как это сказалось на тарифе, но факт остается фактом: цены не изменились, несмотря на то, что появился посредник.

Какая прибыль получается, в чем разница? На все эти вопросы трудно ответить, так как нет исчерпывающей информации. Кроме того, если судить по расчетам, которыми оперируют в СМИ эксперты и аналитики, то я не верю в то, что Молдавская ГРЭС, которая покупает газ по нынешнему тарифу в 210 долларов за тысячу кубических метров, может вырабатывать электроэнергию дешевле, чем по 7 центов за киловатт. По идее, тариф должен составить порядка 8 центов. И тогда возникает вопрос: почему она производит дешевле и зачем нужна фирма-посредник?

Свободная Европа: Как журналист, занимающийся расследованиями, вы как полагаете: в таких случаях есть возможность узнать, кто хотя бы на правом берегу Днестра извлекает выгоду из этой, по всем показателям, схемы по выкачиванию денег?

Ион Пряшкэ: Проанализировав большую часть схем, существовавших за последние два десятилетия, можно с уверенностью сказать, что выгодополучатели были всегда и на правом берегу Днестра, и на левом, и что в подавляющем большинстве это были представители структур власти. Поставки ведутся, в схеме есть госпредприятия, например, в Молдове это - Энергоком, с другой стороны появилась еще одна фирма-посредник, учредители которой - некие физические лица и фирмы.

Главный вопрос - в отсутствии прозрачности, потому что мы не знаем точно, идут ли деньги, которые мы платим, ГРЭС и оттуда на оплату газа – потому что, по сути, это газовая схема, а не электрическая. Молдавская ГРЭС расходует более миллиарда кубометров природного газа в год, то есть как вся Республика Молдова, и этот газ не оплачивает, деньги до Газпрома не доходят, они остаются в Приднестровье и их дальнейшая судьба неизвестна.

Молдавская ГРЭС вырабатывает электроэнергию, мы за нее платим и практически Молдова, то есть Кишинев, финансирует этот режим, удерживает его на плаву. Двести миллионов долларов для Тирасполя большая сумма … и мы, по сути, косвенно его поддерживаем, этот режим.

Свободная Европа: И в этой ситуации, когда все мы узнали, и не от комментаторов, а от самого премьер-министра, что платим за электроэнергию вдвое больше, как должны поступить потребители, по вашему мнению? Как должен поступить народ, узнав, что его нагло обманывают и что расплачиваться по этим долгам придется и нашим детям? Что могут и должны сделать люди?

Ион Пряшкэ: Они давно уже должны были что-то предпринять. Еще десять, пятнадцать лет назад надо было принять все меры для того, чтобы не зависеть целиком от Кучурганской ГРЭС, надо было найти альтернативные источники и обеспечить себе поле для маневров, потому что сейчас мы, по сути, заложники ситуации. Республика Молдова захваченное государство, нам неоткуда импортировать дешевую электроэнергию в условиях, когда Украина из-за войны не может нас обеспечить, потому что она не в состоянии наращивать производство электроэнергии без угля, основные месторождения которого оказались в руках сепаратистов; из Румынии импортировать мы тоже не можем, так как нет достаточных линий электропередач и, в результате, мы полностью зависим от капризов Тирасполя и Москвы. И такая ситуация сложилась не сегодня и не вчера, примерно в 2004 году была предпринята попытка покупать электроэнергию не у Кучурганской ГРЭС, а в Украине, но проблема так и не была решена, мы по-прежнему зависимы, разве что от других поставщиков.

Свободная Европа: НЦБК расследует сейчас это „дело”, как заверил премьер. Мог Центр по борьбе с коррупцией не знать раньше о существовании этой схемы и не видеть причин для проведения этого расследования?

Ион Пряшкэ: По правде говоря, здесь расследованием должен заняться СИБ, ведь речь идет о безопасности государства. Когда в парламенте официально был один из представителей Службы информации и безопасности, он прямо сказал, что энергетическая безопасность Молдовы под угрозой и в любой момент Кучурганская ГРЭС, Тирасполь может прекратить поставки электроэнергии. И тогда нам что делать прикажете? Правительство об этом знает, знает и премьер – и узнал он об этом не сегодня, не вчера и даже не позавчера, а еще в августе, когда сказал, что мы можем приобретать электроэнергию у другого поставщика, кроме Кучурганской ГРЭС.

Иными словами, когда власти пытаются выглядеть удивленными, я им не верю, потому это ни для кого не новость, все прекрасно знают, что, как и почему. Вопрос сейчас в другом: какова реальная цена? Потому что возникает иллюзия, что если устранить все эти схемы цена будет ниже. Нет, не будет. Потому что это реальная цена, просто деньги берутся в одном месте и не передаются дальше по назначению, а где-то по пути оседают в чьем-то кармане.

XS
SM
MD
LG