Linkuri accesibilitate

В армянском экспертном сообществе активно комментируют итоги саммита «Восточного партнерства» в Риге. Как ни удивительно это прозвучит, но достаточно скромный внешне форум оказался внутренне гораздо более значимым, чем «судьбоносный» саммит «ВП» в Вильнюсе в ноябре 2013 года.

Полтора года назад встреча в столице Литвы обещала быть громкой, и она таковой стала, но лишь потому, что президент Янукович не поддался на уговоры европейских партнеров и не подписал Соглашение об Ассоциации, после чего в Киеве начались известные события. Тогдашнее парафирование документа Молдовой и Грузией осталось в тени украинского демарша, хотя и подсластило европейцам пилюлю.

Таким образом, к 2015 году окончательно обозначился водораздел между тремя «отличниками» европейской интеграции и тремя «отстающими». И если с первой группой более или менее ясно, то во второй группе остается своя специфика. Так, Беларусь по-прежнему стоит на позициях сохранения членства в Евразийском союзе, но не желает рвать отношения с Западом, тем более что с августа 2014 года по февраль 2015 года Батька стал выглядеть в глазах ЕС едва ли не лучше Путина. В Минске несколько раз прошли заседания Контактной группы по урегулированию в Донбассе, а в феврале в гости к «последнему диктатору Европы» пожаловали Меркель и Олланд – триумф хитроумной белорусской дипломатии.

Азербайджан по ряду причин никогда не проявлял большого интереса к европейскому проекту: это и нежелание злить Москву, и стремление сохранить относительную свободу действий (как-никак Ассоциация ко многому обязывает), и ставка на собственную игру с европейцами на основе нефтяной дипломатии, и раздражение от регулярных нападок ЕС по вопросам прав человека.

Самая запутанная ситуация, по сути, оказалась у Армении. Поначалу Ереван не хуже Тбилиси шел по европейской тропинке, как вдруг «случилось» 3 сентября 2013 года, когда Армения под давлением России резко сменила вектор. Важно проанализировать, как Армения сумела выровнять отношения с Брюсселем после столь шокирующего разворота. Ведь некоторые европейские чиновники вопреки доводам армянской стороны о возможности совмещения двух интеграционных курсов отвечали «Нет! Или… или…».

На самом деле Армения ни разу не говорила о полном отказе от сближения с Европейским Союзом, но ввиду широкого резонанса пыталась подправить несколько подпорченный имидж. Грянувший украинский кризис отодвинул армяно-европейскую повестку в тень, но консультации Еревана с Брюсселем не прекратились. С другой стороны, где-то к осени 2014 года, когда противостояние Запада и России достигло пика и вдалеке показалась геополитическая пропасть, сами европейцы в лице бывшего комиссара по вопросам расширения Штефана Фюле осторожно признали: было бы возможно и даже неплохо совместить два курса. Многие европейские политики с уважением восприняли принципиальное решение Армении не отказываться от европейской модернизации. В конце концов, армянский комплементаризм хорошо известен внешним партнерам, а после всех пертурбаций последних полутора лет на постсоветском пространстве он получил особую значимость.

И всё же – в чем особенность успеха Армении в Риге? Да и был ли там успех? Безусловно, да. Неформальный лидер Европы, канцлер Германии Ангела Меркель, заявила, что уважает решение Армении, которая одновременно ведет интенсивные переговоры с Евросоюзом и ищет более тесного экономического сотрудничества с Россией и ЕАЭС. Доброжелательно отозвался о сбалансированном внешнеполитическом курсе РА и хозяин саммита, президент Латвии Андрис Берзиньш. А премьер-министр Швеции Стефан Лёвен и вовсе предположил, что Армения может стать связующим звеном между ЕС и ЕАЭС!

Все эти высказывания можно отнести и к категории умиротворяющих Россию, но, как говорится, из песни слов не выкинешь. Кстати, замминистра иностранных дел РФ Сергей Рябков правильно прочитал смысл заявлений европейцев и отметил, что Рижский саммит может быть результативным, если постсоветские республики не будут поставлены перед искусственным выбором «или-или». И хотя в Риге так и не начались полноценные переговоры между Арменией и ЕС по модифицированной политической составляющей Соглашения об Ассоциации, европейские и армянские дипломаты назвали это делом времени и выразили осторожный оптимизм в вопросе дальнейшего ослабления визового режима с перспективой его полной отмены.

Так что итоги майского саммита можно с уверенностью заносить в актив армянской дипломатии. С Украиной, Молдовой и Грузией судьба сыграла злую шутку: взяв высокий темп и пройдя за год-полтора путь от парафирования до «почти ратификации», они на полном ходу стукнулись о закрытую дверь. Ведь высокие европейские представители, начиная с председателя Еврокомиссии Жана-Клода Юнкера, четко сказали, что минимум до 2020 года расширения ЕС не будет. А Армения таких целей и не ставила. Идя по этому пути медленней своих соседей по СНГ, Ереван сформулировал три основных направления интеграции с ЕС: модернизация по европейским стандартам в области государственного управления (правосудие, борьба с коррупцией и т.д.), расширение торгово-экономического сотрудничества и свободное передвижение граждан. Реальность поставленных задач и опыт в поддержании баланса внешней политики, даже с учетом чрезмерного влияния России, - вот уроки, которые могут пригодиться другим странам «Восточного партнерства».

Arată comentarii

XS
SM
MD
LG