Linkuri accesibilitate

Валентина Урсу беседует с жителями сел Варница и Кошница и бывшим вице-премьером по реинтеграции Евгением Карповым

Уже 23 года власти предпринимают попытки урегулировать приднестровский конфликт дипломатическим путем, жители обоих берегов Днестра все еще живут порознь и по-своему видят будущее страны. Цена реинтеграции Молдовы и Приднестровья высока для обеих сторон, заявил глава делегации Евросоюза в Кишиневе Пиркка Тапиола. Он считает, что существующие проблемы нельзя решить в одночасье, сейчас важно укреплять доверие. По словам Пиррки Тапиолы, обе стороны должны взять на себя ответственность и искать приемлемое решение существующих проблем, в переговорном процессе лучше избегать геополитики, а Кишиневу и Тирасполю стоит обратить внимание на интересы и нужды простых людей на обоих берегах Днестра. Жители села Варница, находящегося в непосредственной близости от Бендер, считают, что власти заняты другими проблемами и забыли о решении приднестровского конфликта.

- Приднестровье мы давно потеряли, оно уже больше никогда не войдет в состав Молдовы.

Свободная Европа: И тогда зачем предпринимают столько усилий, чтобы воссоединить Молдову?

- Все это пустые слова нынешней и предыдущей власти. Они ничего не делают для того, чтобы действительно решить этот вопрос.

Свободная Европа: Что нужно и что можно сделать?

- Они потому и находятся у власти, чтобы думать о том, что они могут сделать. Как обычный человек, я бы что-то предложил, но мое решение им не понравится.

Свободная Европа: Что вы предлагаете?

- Чтобы они в конце концов пришли и решили проблему. Чей этот народ? Наш или их? Чья это сторона? Наша или их? Пусть встретятся, как настоящие хозяева.

Свободная Европа: Кто настоящие хозяева?

- Россия приложила там свою руку. Пусть встретятся как два хозяина и проведут черту, и все – вопрос навсегда закрыли.

- Эта политика настолько нас запутала, что нам кажется, что мы уже вздохнуть свободно не можем. Но проведем черту и скажем: „Давайте, один сюда, другой туда.

Свободная Европа: Молдова, вообще, должна двигаться на Восток или на Запад? Ориентироваться на восход или на закат?

- Нужно идти одним путем. Либо на Восток, либо в Европу. Мы выбрали путь в Европу. Значит, мы должны по нему следовать. А если мы не будем идти ни вперед, ни назад, шаг туда и шаг сюда, то к чему мы придем? Ни вперед, ни назад.

Свободная Европа: Есть ли шансы урегулировать приднестровскую проблему?

- Проблема не только в Приднестровье. Она исходит из России. Там правит Россия. За ней слово - будет проблема урегулирована или нет. Россия уже создала там колонию. К примеру, мы не можем интегрироваться в Европейский союз, потому что есть приднестровский конфликт, там находится много боеприпасов 14-ой армии, представляющих опасность для Европы.

Свободная Европа: Урегулирование приднестровской проблемы – приоритетная задача для властей Молдовы?

- Не думаю. Сейчас больше популизма. Это приоритетная задача для нашей страны, только не для властей.

Свободная Европа: Кто бы выиграл от реинтеграции?

- Людям стало бы легче жить, могли бы встречаться родные, не было бы проблем с перемещением, поскольку каждый раз нужно платить разные суммы, чтобы поехать к родственникам или знакомым. Ключ для решения проблемы находится все-таки в Москве. Может быть какой угодно лидер, но если Москва придет к какому-то решению, проблема будет исчерпана.

Свободная Европа: Кто может решить проблему?

- Крупные государства – Америка и Россия. Конфликт был развязан Россией. Там военная база, 14-я армия. Разместили там свои войска и знают, что там находится.

Свободная Европа: А что там находится?

- Очень много вооружения, и не хочу говорить, какого именно.

Свободная Европа: Если будет найдено решение приднестровской проблемы, армия будет выведена?

- Не думаю, потому что это грязная политика. У меня просто нет слов. Я многого не знаю. Большие страны Америка и Россия – две сверхдержавы, которые указывают: „Делай так, делай этак.

Свободная Европа: Вы говорите, что решают Соединенные Штаты и Российская Федерация. Почему они до сих пор не смогли разрешить приднестровскую проблему?

- Не хотели. Америка и Россия всегда противостояли друг другу и не хотят. Те привезли сюда бомбы, создали в Европе военные базы, а эти не хотят. Это очень серьезное основание, страх, пороховая бочка для Европы, угроза и для Франции, и для Германии. Если смотреть на вещи реально, то Приднестровье никогда не уступят. Лучшее решение – нам нечего искать за Днестром и все. Но они очень боятся, что Европа придет и поглотит их. Бог с ними, если они этого так сильно хотят. Там другой народ, с пророссийским менталитетом, им забили голову российскими догмами.

- Столько лет никто ничего не предпринимает. Они заботятся лишь о своих креслах. Люди и с левого и правого берега, не могут ездить к родителям, к детям. Выхода не видно.

Свободная Европа: Если объединятся оба берега Днестра, российская армия будет выведена?

- Конечно, будет выведена. Им нечего будет здесь делать, никто не станет их поддерживать, если мы объединимся.

Свободная Европа: Куда следует идти Молдове? В Европейский союз или на Восток?

- В Европейский союз. Если мы независимы, будем хотя бы к чему-то стремиться.

Свободная Европа: Вы верите в процветающую Молдову?

- Верю. Может, это когда-нибудь наступит.

Свободная Европа: Кто может сделать из Молдовы процветающее государство?

- Если бы люди однажды поднялись… А если будем ждать от альянса или от оппозиции, они ничего не станут делать. Нет власти, нет хозяина. Даже дома, если хозяин оступается, то понятно, что и дом начинает рушиться. Так и здесь.

- Почему была война в 1992-ом? Потому что это затеяли политики.

Свободная Европа: Остается ли все еще война 1992-го года кровоточащей раной?

– Да, остается. Захожу в дом, и когда слышу на улице какой-нибудь грохот, душа уходит в пятки. И дети боятся. Мы будто ничейные люди.

Свободная Европа: В кого вы сегодня верите?

–Только в Господа Бога. Если Бог нам не поможет, тогда не знаю, что будет.

Свободная Европа: Правда ли, что здесь люди ссорятся из-за того, что кто-то выступает за Тирасполь, а кто-то за Кишинев?

- Вроде бы, нет, но разговоры бывают.

Свободная Европа: А где было бы лучше?

- С кем мы уже были, с тем и должны оставаться. До сих пор мы были с Кишиневом.

Свободная Европа: С учетом вашего жизненного опыта, какой совет вы могли бы дать тем, кто сегодня руководит страной?

- Не знаю. Они знают, они выше, принимают решения. Такая старуха, как я, ничего не решает.

Свободная Европа: Есть ли шансы на воссоединение Молдовы?

- Нет. Никогда.

Свободная Европа: Кто больше всего не желает реинтеграции обоих берегов Днестра?

- Все зависит от политиков. Я думаю, что всем руководит Россия. Путин этого больше не позволяет.

Свободная Европа: Вы считаете, что урегулирование приднестровского конфликта приоритет для молдавских властей?

- Я бы хотела, чтобы Молдова стала единой страной, чтобы мы не были разделены на левую и правую стороны.

Свободная Европа: Куда следует двигаться Молдове? К Европейскому или Таможенному союзу?

- Мы пошли по одному пути и должны пройти его до конца, идти и делать что-то хорошее для этой страны, поднимать экономику.

- Россия хочет разрушить Украину и Молдову, подчинить их. Наш путь лежит в Европу, где мы будем лучше жить, лучше работать и получать более высокую зарплату, где мы сможем растить детей.

- Мы движемся в правильном направлении, в Европейский союз. Другое дело, что средства, которые для этого используются, особенно внутри страны, иногда совершенно несуразны, нелепы. Люди не верят в правосудие, в прокуратуру, так как там царит коррупция.

Свободная Европа: Кто может объединить молдавское общество?

- Это большая проблема. Желание жить лучше может стать национальной идеей, нужно стремиться в Европу.

*

Несмотря на то, что у молдавских политиков есть сильные партнеры и возможность заручиться необходмой поддержкой, до урегулирования приднестровского конфликта предстоит долгий путь. Виктория Мошняга - директор публичной библиотеки Дубоссарского района. Ее главное отделение находится в Кошнице. По ее мнению, власти страны много говорят, но делают слишком мало для реинтеграции обоих берегов Днестра.

Виктория Мошняга: Прошло 23 года и ничего не сдвинулось с места. Напротив, ситуация ухудшается. Следовало бы, чтобы кишиневские власти обратили на это внимание и предприняли что-нибудь для урегулирования конфликта.

Свободная Европа: Каков первый шаг, который необходимо сделать, чтобы жители зоны безопасности ощутили, что и к их проблемам кто-то прислушивается?

Виктория Мошняга: Думаю, что первой и самой важной проблемой является приднестровский конфликт. Кишинев и Тирасполь должны прийти к общему знаменателю, который будет выгоден не им, а простым гражданам. Не знаю, какими методами. Думаю, они это лучше знают.

Свободная Европа: Насколько понимаю, самые унизительные моменты вы переживаете когда вам приходиться проходить через контрольно-пропускные пункты.

Виктория Мошняга: Да. Когда проходишь с пустыми руками, все просто, а когда нужно перевезти товар, очень сложно, нужно растаможевать, платить пошлины, предъявлять документы, выдуманные, как мне кажется, на ходу. Мы вынуждены объезжать, наматывать километры, чтобы провезти товар, приобретенный на наши деньги для нас самих, не на продажу. Если ты купил стиральную машинку или пылесос, нужно представлять документы, где купил, когда, почем. И если сумма превышает 100 долларов, нужно платить налог.

Свободная Европа: Вы говорите, что высшее руководство должно думать о проблемах простых граждан. Вы знаете, что обсуждают наверху?

Виктория Мошняга: Нам многое обещают только во время предвыборной кампании: что все будет решено, что мы не будем зависеть от таможни. Но люди разочаровались, потому что в реальности мы видим, как заняв свои кресла, они забывают о сделанных общениях.

Свободная Европа: Каким вы видите объединение двух берегов Днестра? Вы молоды, а молодое поколение выросло в других реалиях. Ваши сверстники в Дубоссарах, в Тирасполе думают иначе?

Виктория Мошняга: Не думаю, что эту проблема можно решить. Я не могу себе представить, как это можно сделать. Молдова питается иллюзиями, что Приднестровье однажды уступит, так как это маленький регион, который в основном зависит от финансирования из России. Но наивно так полагать, потому что Приднестровье, может, и бедное, но никогда не уступит амбициям Молдовы.

Свободная Европа: В чем состоят амбиции Тирасполя, и каковы амбиции Молдовы?

Виктория Мошняга: Молдова считатет, что Приднестровье зависит от Республики Молдова. Может, в какой-то степени и зависит, но Тирасполь очень хорошо справляется.

Свободная Европа: Как же они хорошо справляются, если из Российской Федерации помощь больше не поступает?

Виктория Мошняга: Сейчас они переживают глубокий кризис в экономике и в сфере человеческих ресурсов, но они не склоняют головы перед Молдовой. Несмотря на то, что Россия сократила материальную помощь, они не сдаются.

Свободная Европа: На ваш взгляд, Молдова должна сделать счастливыми граждан приднестровского региона?

Виктория Мошняга: Люди, которые там живут, в какой-то степени настроены против Республики Молдовы. Так они были воспитаны. У нас, в Молдове, наверху нет порядка. Наши власти умеют только обещать и ничего не делать. Может, наши граждане разочаровались, а иностранцы, которые видят, как они обещают и ничего не делают? Думаете, у них о нас хорошее впечатление?

Свободная Европа: Вы задумываетесь о том, каковы могут быть преимущества реинтеграции? У Вас есть ответ на этот вопрос?

Виктория Мошняга: Выгоды, безусловно, довольно велики. Страна обрела бы целостность. Там много фабрик, гидроцентраль, у нас мог бы быть общий бюджет. И пока мы будем хорошо жить, будет и им хорошо. С моей точки зрения, это прекрасно. Сейчас их граждане получают молдавские документы, потому что хотят без виз ездить в Европейский союз. Но есть и те, кто оформляет себе приднестровские документы, потому таким образом очень легко получить российский паспорт.

Свободная Европа: Вы все еще опасаетесь того, что российская армия находится совсем близко?

Виктория Мошняга: Мы уже к ним привыкли и не чувствуем особых неудобств.

Свободная Европа: Может ли Молдова вместе с приднестровским регионом пойти по европейскому пути?

Виктория Мошняга: Насколько я знаю, Молдова завершит этот путь только в том случае, если будет решена приднестровская проблема. Но до каких пор будет тлеть этот вопрос, не знаю.

Свободная Европа: Согласились бы жители приднестровского региона с тем, чтобы вновь объединенная страна примкнула к Европейскому союзу.

Виктория Мошняга: По их словам и делам, после того, как было подписано Соглашение об ассоциации с Европейским союзом, категорически нет. У каждого свое мнение.

Свободная Европа: Нам все еще не по пути?

Виктория Мошняга: Да. Они нам говорят: „Идите в Европу, которую вы себе выбрали”.

*

Нина Торпан, администратор центра «Дружба» в селе Кошница, считает, что проблемы, которые периодически возникают в отношениях Кишинева и Тирасполя, спровоцированы скорее всего разногласиями политиков, а проблемы граждан остаются теми же, какими они были в самом начале конфликта на Днестре.

Нина Торпан: Во время конфликта люди в Кошнице были напуганными и встревоженными, а сегодня мы волнуемся, когда пересекаем автотрассу. Люди остались без своих земель.

Свободная Европа: Вы переживаете когда переходите трассу? Вам сложно, вы нервничаете?

Нина Торпан: Если у меня есть необходимость перейти, стою у постов и смотрю на людские лица, у меня тут же портится настроение.

Свободная Европа: Они вас пугают, унижают? Какие чувства вы испытываете?

Нина Торпан: Чтобы пересечь границу, нужно молчать, ничего не спрашивать. Как они говорят, так и нужно делать. Здесь все равно есть те, кто поддерживает Приднестровье, а вообще эти села не похожи на Кочиеры и Моловату.

Свободная Европа: Потому что, в отличие от Кошницы, у которой открыт путь в Кишинев, эти села более изолированы.

Нина Торпан: Да, многие хотят сюда инвестировать, но когда пересекают границу и видят, что творится в Кошнице, все опускают руки.

Свободная Европа: Сколько времени должно пройти, чтобы оба берега Днестра воссоединились?

Нина Торпан: Я родилась в Кошнице и мне никогда не казалось, что мы разделены. Был Дубоссарский район: люди оттуда приезжали к нам, а мы ездили к ним. Я никогда не думала, что мы будем разделены. После конфликта стали редко ездить в Дубоссары, стало заметно, что вокруг будто все опустело, больше нет прежних лиц, нет прежнего транспорта, нет тех людей. Мне всегда кажется, что у нас еще куда ни шло, а на той стороне люди совсем отстали.

Свободная Европа: Вы стали друг другу чужими?

Нина Торпан: Да. Если на протяжении стольких лет ничего не решалось. Те, кто находился у власти, каждый раз обещали нам, что все будет улажено. Я в это уже не верю. Не думаю, что все станет, как раньше.

Свободная Европа: А реинтеграция Республики Молдова выгодна государству?

Нина Торпан: Простые граждане хотели бы объединения, чтобы мы были вместе, как прежде.

Свободная Европа: А кто не желает этого объединения?

Нина Торпан: Все зависит от руководства, от тех, кто наверху. Кому-то выгодны посты, установленные на мосту. Однажды я видела здесь людей, которые приехали из Приднестровья. Они должны были решить вопрос о землях за автотрассой. Я была рада, мне показалось, что они действительно найдут общий язык. Они встретились с председателем района, и мы все думали, что они что-то решат, что, в конце концов, все наладится, но, к сожалению, приднестровские гости уехали, а председателю района до сих пор не позволяют въезжать на территорию Приднестровья. Так мы здесь и остались, ничейные люди. От этого на душе тяжело.

Свободная Европа: Можно ли найти оправдание тому, что приднестровское урегулирование не фигурирует в списке даже первых десяти приоритетных задач властей?

Нина Торпан: Наверное, да.

*

Никто не решается сказать, когда и как будет разрешен приднестровский конфликт, но его урегулирование должно проходить таким образом, чтобы обе стороны воспринимали его позитивно и чтобы решение гарантировало жизнеспособность Республики Молдова как государства, где у приднестровского региона будет особый статус. Депутат Еуджен Карпов, бывший вице-премьер по реинтеграции, считает, что диалог остается единственным и самым важным оружием в руках переговорщиков.

Свободная Европа: Г-н Карпов, конкретно, что надо сделать для того, чтобы положить конец разговорам о сепаратизме и приднестровском конфликте?

Еуджен Карпов: Урегулировать этот конфликт раз и навсегда. Но как? – спросите вы. Я положительно оцениваю то, что после длительного перерыва, связанного с парламентскими выборами в Республике Молдова и формированием органов власти в Кишиневе, мой преемник Виктор Осипов принял, образно говоря, эстафету и активно продолжает диалог с представителями Тирасполя. Диалог – единственное и самое главное оружие в руках переговорщиков.

Свободная Европа: Но существуют мнения, которые разделяют, кстати, все больше людей, что за время конфликта Кишинев сделал очень много уступок в пользу тираспольского режима...

Еуджен Карпов: За это время было сделано много шагов. И очевидно, что если бы не было уступок или предпринимались бы только правильные действия, сегодня ситуация была бы иной. И трудно, и неправильно пытаться объяснить сегодняшние неудачи исключительно ошибками, допущенными в прошлом.

По моему мнению, официальному Кишиневу очень важно продвигать предельно четкую линию, которая вписывается в комплекс действий, поддерживаемых и международными посредниками. Если у нас будет согласие с посредниками, решение найти окажется значительно легче.

Нужно усилить роль ОБСЕ как посредника, потому что в последнее время даже в отношении миссии ОБСЕ в Молдове Тирасполь пытался ограничить ее деятельность на территории Республики Молдова, ограничил передвижение представителей ОБСЕ по всей территории Молдовы, требует согласовывать поездки представителей миссии в приднестровский регион и т.д.

Кроме того, необходимо, по моему мнению, сполна использовать Евросоюз и Соединенные Штаты Америки в качестве международных наблюдателей, но к этому их качеству следует относиться гораздо более серьезно. Фактически, разницы между посредником и наблюдателем нет, когда наблюдатели выходят с инициативами и предложениями, которые представляют собой фундамент для выработки решений.

Свободная Европа: Но очень многие задаются вопросом, зачем нужны эти контрольно-пропускные пункты в зоне безопасности, кому выгодны эти таможни, это оформление документов – действия, которые не имеют под собой никаких законных оснований?

Еуджен Карпов: Контрольно-пропускные пункты являются результатом односторонних действий Тирасполя, это издержки прошлого.

Свободная Европа: Но их не было в тот период, когда ситуация была накалена...

Еуджен Карпов: Были. В соглашении от 1992 года предельно ясно предписано обеспечить свободное перемещение граждан между двумя берегами Днестра. К сожалению, это требование игнорируется. И если говорить о контрольно-пропускных пунктах, о которых вы упомянули, то ответственность за них несет Тирасполь.

Более того, со временем эти пункты все более настойчиво пытаются представить как пункты перехода границы – понятия, которого не существует и не может существовать. Это административная линия ограничения зоны, в которой был конфликт. И с этой точки зрения акценты должны соблюдаться всегда.

Не может быть и речи о какой-то внутренней границе на территории страны, признанной международным сообществом как единое пространство.

Свободная Европа: С другой стороны, Тирасполь упорно и неуклонно настаивает на признании независимости Приднестровья. Лидер региона Евгений Шевчук заявил, что в этом году Приднестровье еще больше внимания будет уделять вопросам безопасности. Может ли регион говорить о проблемах безопасности? И тираспольский лидер все больше концентрируется на укреплении военных ресурсов...

Еуджен Карпов: Да. Традиционно в приднестровском регионе проходят мероприятия, которые укрепляют военное присутствие – либо собственные военные силы, либо стимулируется военное присутствие иностранного государства - Российской Федерации; но это отдельный разговор. Здесь же логика заключается в следующем: сегодня Приднестровье использует инструмент, практически запрещенный в рамках переговоров – навязывание условий для достижения определенных целей.

В ходе дискуссий в прошлые годы мы согласовали пакет принципов и правил для переговорного процесса в формате „5+2”. Одно из правил состоит в том, что диалог в этом формате, официальный диалог, ведется без каких-либо предварительных условий. И если Кишинев в очередной раз проявил открытость по отношению к Тирасполю и возобновил диалог по всем направлениям, то со стороны Тирасполя я вижу попытки навязать определенные условия. Вместо того, чтобы обсудить вопрос за столом переговоров, Тирасполь практически блокирует механизм достижения компромисса. Вместе с тем, в период, когда официального диалога нет, естественно, приднестровская сторона прибегает к действиям, которые являются неприемлемыми для Кишинева, но и обсуждению за столом официальных переговоров не подлежат. Здесь имею в виду и военные учения, и укрепление некоторых структур, и открытие новых так называемых контрольных пунктов, и принятие решений, призванных ограничить передвижение граждан, транспорта и т.д.

Valentina Ursu

Valentina Ursu

Свободная Европа: Г-н Карпов, вы – и в бытность вице-премьером, и сегодня в качестве депутата – настаиваете на идее воссоединения двух берегов Днестра, объединения Республики Молдова. С другой стороны, как происходит эта реинтеграция, если тот же Шевчук говорит, что Молдова и Украина вынуждают изменить внешнеполитический курс приднестровского региона? Возможен ли вообще диалог, если у них совершенно иное видение, иные цели, если ими в значительной степени управляют, как утверждают наблюдатели, из Кремля?

Еуджен Карпов: Что касается реинтеграции, я бы посчитал несерьезным того политика, который бы выступал против воссоединения двух берегов Днестра. Это конституционное положение, которое никто не вправе нарушить. Как можно достичь этой цели в условиях, когда звучат заявления подобные тем, о которых вы говорите? Кстати, таких заявлений достаточно много, и не только заявлений, но и действий.

Если оглянуться на прошлый год, когда российско-украинский конфликт и военная агрессия со стороны России в отношении Украины набирали обороты, то в Тирасполе сильно активизировалось движение, призванное передать определенные посылы России. И посылы следующие: „Присоедините и нас подобно Крыму ” или „Признайте нас в качестве отдельного субъекта”, или „Отнеситесь к нам так же, как к Донбассу” и другие.

Свободная Европа: И на этом фоне возможно объединение двух берегов Днестра?

Еуджен Карпов: Всё возможно. Надежда умирает последней и мы не должны ее терять. Возможно. В этой сложной ситуации, которая сложилась в регионе, я лично вижу и определенные перспективы для решения наших проблем. Положение ухудшается. И ухудшается не в результате действий Кишинева или Киева в регионе, я имею в виду, например, экономическую ситуацию в Приднестровье, экономические показатели падают, импорт/экспорт снижается, финансовое положение трудное…

В этих условиях для власти, которая управляет ситуацией в том или ином регионе, было бы логично и разумно вступить в диалог с соседями для выработки совместных мер по выходу из кризиса. В Тирасполе все громче говорят о том, что жизнь становится все трудней. Именно этот элемент должен стать основой для начала диалога, конструктивных дискуссий и с Кишиневом, и с Киевом с целью найти решение приднестровского конфликта. А решение можно найти только совместными усилиями.

Если Приднестровье будет и дальше идти по пути решений, неприемлемых и для Кишинева, и для Киева, то шансы на материализацию этих решений ничтожны.

Свободная Европа: Учитывая этот конфликт между Украиной и Россией, который длится уже более года, как вы считаете, можно говорить о том, что кто-то из участников переговоров, и прежде всего Российская Федерация, заинтересован в его замораживании?

Еуджен Карпов: Думаю, не следует спекулировать предположениями о том, кто каких позиций придерживается. Разумеется, в условиях, когда в регионе существует вооруженный конфликт, произошла незаконная аннексия территории и есть схожая, если не идентичная, ситуация с той, что сложилась в Приднестровье…

Свободная Европа: …приднестровская проблематика рассматривается как продолжение восточноукраинской…

Еуджен Карпов: ...нужно очень внимательно анализировать то, что происходит у нас в стране, сопутствующие отголоски украинского кризиса для Республики Молдова в контексте приднестровского конфликта. Нужно не только просчитать риски, но и быть готовыми справиться с ситуацией и выполнять решения, которые, возможно, будут приняты по приднестровскому урегулированию.

Свободная Европа: Но жители зоны безопасности, с которыми мы встречаемся и беседуем, говорят, что уже не верят в разрешение этой проблемы. Многие из них утверждают, что Молдова многое потеряет на пути в Европу, если попытается затащить туда Приднестровье силой…

Еуджен Карпов: Не надо силой. Мы должны, в первую очередь, убедить граждан и с правого, и с левого берега в том, что европейская интеграция принесет большие преимущества как каждому в отдельности, так и Республике Молдова в целом.

Если мы навяжем определенные шаги, которые мы считаем благоприятными, но навяжем их силой, результаты будут совсем не те, на которые мы надеемся. С этой точки зрения Кишинев проявляет большую ответственность в том, что касается выполнения Соглашения об ассоциации и о создании зоны свободной торговли с Евросоюзом с тем, чтобы преимущества евроинтеграции стали очевидными, а экономическое сообщество, предприниматели увидели эти плюсы.

Если торговля с Европейским Союзом активизируется, будут поступления в госбюджет и, соответственно, мы сможем и впредь рассчитывать на определенные проекты, эффект который почувствует каждый гражданин. Это должны увидеть и в Тирасполе – что там, где применяются европейские правила, дело идет к лучшему.

Свободная Европа: На рынок Евросоюза идет около 40% всего приднестровского экспорта. У Тирасполя есть и передышка – до конца этого года – для принятия решения о том, присоединяться или нет к Соглашению о свободной торговле, которое является частью договора об ассоциации Молдова-ЕС. Что произойдет, если Тирасполь откажется?

Еуджен Карпов: Случится то, о чем говорили представители Европейского Союза. Все льготы, которыми пользуются сегодня экспортеры Приднестровья, отменят после 31 декабря 2015 года. Это серьезный момент, над которым Тирасполю стоит очень хорошо подумать.

И Кишинев, и Брюссель предлагают Тирасполю присоединиться к Соглашению о создании зоны свободной торговли с тем, чтобы в 2016 году торговля, налаженная приднестровскими экспортерами, не оказалась под угрозой и торговые преференции продолжали действовать. Тут, правда, есть еще один нюанс: если сейчас начнется конструктивный диалог и представители Тирасполя действительно проявят готовность к внедрению Соглашения, не исключено, что им не хватит времени, не хватит человеческих, институциональных, финансовых ресурсов и т.д., потому что это – процесс, а не сиюминутное какое-то действие. Кишинев, Республика Молдова перодолели этот процесс, на который ушло какое-то время и даже понадобились политические усилия, политическая воля. Если диалог будет конструктивным и мы дойдем до того этапа, когда понадобится какое-то дополнительное время, понадобится дополнительная помощь, дополнительный опыт – тогда, уверен, такие шаги навстречу Тирасполю будут сделаны.

Свободная Европа: Г-н Карпов, и в заключение скажите: решение приднестровской проблемы зависит от политической воли, от политического решения или от воли граждан?

Еуджен Карпов: Есть целый ряд элементов, которые нужно свести воедино, чтобы получить результат.

Свободная Европа: Но что важнее всего?

Еуджен Карпов: Политическая воля со стороны Кишинева и Тирасполя очень важна, но политическая воля есть выражение воли граждан. И здесь, конечно же, общество на обоих берегах Днестра может сыграть решающую роль. Но не менее важна поддержка посредников и наблюдателей. На этом уровне я все-таки вижу разницу в оценке перспектив урегулирования приднестровского конфликта. В этом смысле, ни для кого не секрет, подход Российской Федерации, которая видит развитие событий определенным образом, и подход наблюдателей, остальных посредников не совпадают. С этой точки зрения необходимо сближение позиций и на международном уровне относительно формы, методов и сроков урегулирования конфликта, но параметры менять нельзя. Республика Молдова – единое и суверенное государство, признанное на международном уровне, поэтому не может быть и речи о каких-то отдельных государственных образованиях, о договорных отношениях между Кишиневом и Тирасполем, которые косвенно ведут к признанию других международных субъектов.

Свободная Европа: Но Приднестровье пока остается инструментом шантажа в диалоге между Кишиневом и Москвой…

Еуджен Карпов: Приднестровье по-прежнему является составной частью Республики Молдова в диалоге с Кишиневом, но, разумеется, оно подвержено сильному влиянию извне.

XS
SM
MD
LG