Linkuri accesibilitate

Умер Гюнтер Грасс, нобелевский лауреат, один из лучших немецких писателей второй половины XX века

В Германии в возрасте 87 лет скончался немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе 1999 года Гюнтер Грасс.

Один из самых известных и самых читаемых немецких писателей второй половины XX – начала XXI века, Грасс не скрывал своих левых политических взглядов. Широкую международную известность ему принес первый же роман – "Жестяной барабан", вышедший в Германии в 1959-м, а в России опубликованный только в середине 1990-х годов. Это первая часть "Данцигской трилогии", которую продолжили книги "Кошки-мышки" и "Собачьи годы". Другие важные произведения писателя: "Под местным наркозом", "Траектория краба", "Крик жерлянки". В 2006 году Грасс опубликовал автобиографическую книгу "Луковица памяти", в которой откровенно рассказал о своей ранней молодости: во время Второй мировой войны, 15-летним мальчиком, он был призван в гитлеровскую армию и до весны 1945 года честно сражался за Рейх, в том числе на Восточном фронте.

Так что жизнь одного из самых известных писателей послевоенной Германии была полна поворотов и противоречий. Грасс родился в Данциге, переняв от своей восточнославянского происхождения матери многие особенности католического мировоззрения. После войны Грасс учился живописи, скульптуре и графике, участвовал в выставках, жил в Париже, был несколько раз женат, у него шесть детей от трех женщин. В Париже 32-леьний Грасс и написал "Жестяной барабан", ставший первым художественным произведением в Германии, в котором описывались события Второй мировой войны. В центре повествования – история мальчика, который после прихода к власти в Германии нацистов отказывается расти, не соглашаясь с происходящим в стране. После экранизации романа в 1979 году режиссером Фолькером Шлёндорфом Грасса узнал весь мир. Фильм завоевал главный приз в Каннах, а затем и "Оскара" как лучший иностранный фильм.

В 1999 году Гюнтер Грасс в возрасте 72 лет удостоен Нобелевской премии по литературе. Вот цитата из его нобелевской речи: "Подобно тому, как Нобелевская премия, если отвлечься от всякой ее торжественности, покоится на открытии динамита, который, как и другие порождения человеческого мозга – будь то расщепление атома или также удостоенная премии расшифровка генов, – принес миру радости и горести, так и литература несет в себе взрывчатую силу, даже если вызванные ею взрывы становятся событием не сразу, а, так сказать, под лупой времени, и изменяют мир, воспринимаясь и как благодеяние, и как повод для причитаний, – и все во имя рода человеческого".

К концу 1970-х годов Грасс уже завоевал в Германии признание в качестве морального авторитета и борца за послевоенное примирение в Европе. Но когда в 2006 году писатель неожиданно признался в своей службе в "Ваффен-СС" в конце войны – и, стало быть, в сокрытии этого факта в течение десятилетий – его статус многими был подвергнут сомнению. Грасса мощно атаковали средства массовой информации. Интересно, что факт службы в "Ваффен-СС" Грасс не скрывал в американском плену, однако в дальнейшем в своих автобиографиях он о службе в СС не упоминал, то есть не писал правды.

Нобелевская церемония в Стокгольме. 1999 год

Нобелевская церемония в Стокгольме. 1999 год

Кампания низвержения Грасса с пьедестала морального авторитета удалась только отчасти: многие немцы – поклонники писательского таланта, не отреклись от своего кумира. Ведь после войны в ФРГ свою деятельность при нацизме не было принято афишировать, и никто не знает, какой процент служивших в СС скрыл этот факт своей биографии.

Интересна история попытки отобрать у Грасса звание почетного гражданина нынешнего Гданьска, его родного города. Такую инициативу выдвигал Лех Валенса. Но после покаянного письма Грасса страсти утихли, и, когда в городе был проведен референдум по вопросу, лишать ли писателя звания почетного гражданина, две трети граждан высказались против. Бургомистр заявил, что признание Грассом своего членства в СС не делает хуже его книги и никак не умаляет его заслуг в деле польско-немецкого примирения. Лех Валенса также забрал назад свои обвинения. Ничем закончилась и попытка отобрать у Грасса Нобелевскую премию по литературе.

Многие книги Гюнтера Грасса на русский язык перевел Борис Хлебников:

– Гюнтера Грасса в советские времена у нас переводили и издавали с большим трудом. В мае 1968 года в майском номере журнале "Иностранная литература" была опубликована его повесть "Кошки-мышки". Еще бы неделя-другая, думаю – и эта повесть не вышла бы у нас, из-за чехословацких событий. Из этой повести в 1968 году была вырезана целая глава, и Грасс возмутился – вместо того чтобы, как ожидали советские литературные власти, выразить благодарность за публикацию. Он написал открытое письмо с протестом и убил желание советских издателей обращаться к новым произведениям Гюнтера Грасса.

Поэтому до 1983 года ничего написанного им в СССР не публиковалось. В преддверии перестройки журнал "Новый мир" опубликовал роман "Под местным наркозом", еще позже некоторые повести и стихи опубликовал журнал "Иностранная литература". Стихи переводил Андрей Вознесенский, я тоже участвовал с этом процессе. В 1989 году Грасс выступал на заседании Римского клуба, это было в разгар перестройки, там присутствовали и советские писатели вроде Чингиза Айтматова, и я там присутствовал. Так состоялось мое знакомство с Грассом. Начиная с 1992 года я переводил его прозу и поэзию: повесть "Крик жерлянки", автобиографические книги "Луковица памяти" и "Камера", бесцензурный вариант повести "Кошки-мышки", статьи и стихи.

Задолго до выхода каждой новой книги Грасс, по своей традиции, присылал мне рукопись. Так что к работе я мог подготовиться. Он всегда тщательно работал со своими текстами, встречался с переводчиками, без преувеличения от первой до последней строки все прочитывалось. Причем Грасс очень любил читать вслух. Это было всегда замечательно. Ну и, конечно, все обсуждалось.

– ​А как он проверял качество перевода?

– А никак не проверял, через знакомство с переводчиком. При личном контакте сразу видно, что за человек автор и что за человек переводчик.

– ​Вам легко было с ним работать?

Грасс, наверное, самый известный немец в Германии и в мире, безусловный авторитет, но не бесспорный

– И да, и нет. Перевод вообще нелегкое дело, если всерьез к этому занятию относиться. А вот с человеком Грассом и с автором Грассом общаться было невероятно интересно – он острейший полемист и спорщик. Этот человек - наверное, самый известный немец в Германии и в мире, безусловный авторитет, но не бесспорный. Он известен как раз тем, что его суждения, иногда довольно экстравагантные, многократно оспаривались. Но он умел и спорить, и слушать. Как автор Грасс был, с одной стороны, очень убедителен в своей настойчивости, а с другой – шел навстречу собеседнику, когда видел какие-то контраргументы. Он был ужасно дотошен в мелочах, например, связанных с Россией, и никогда не чурался правки со стороны переводчика, если тот лучше знал мелкие детали темы. Тут же все исправлялось.

– ​Как он относился к России и к России последних лет – если это вдруг было предметом его интереса или ваших с ним бесед?

Не можем молчать, не будем молчать, нет чеченской войне

– Убежденный социал-демократ, человек с принципами, он очень остро переживал европейские события вообще и, соответственно, события в России в частности. Вот 2000 год – чеченская война, Путин – только что... В Москве состоялся съезд ПЕН-клуба, а Гюнтер Грасс был его почетным председателем. С российской стороны было настойчивое пожелание (очень настоятельное пожелание!): давайте говорить о литературе, не надо о политике, все-таки вы литераторы... Добро пожаловать, мы очень вам рады, только, пожалуйста, давайте политику в стороне оставим... Но ПЕН-клуб – правозащитная организация. Грасс, естественно, взял слово и сказал: не можем молчать, не будем молчать, нет чеченской войне и все такое. Конечно, начались споры и разногласия. Люди, которые в ту пору солидаризировались с Путиным, Грасса раскритиковали. Например, Василий Аксенов публично говорил: не позволим этому усатому немецкому фельдфебелю диктовать, что нам делать и как быть. Спорили, в общем... И до последнего времени, естественно, его весьма волновали события на Украине, события, связанные с Россией. В конце года выйдет новая, увы, посмертная книга Грасса, по заведенной традиции уже ходили в нашем кругу слухи, что мы опять встретимся, но теперь не суждено... Я думаю, что об Украине был бы разговор наверняка.

Даниил Гранин, Борис Хлебников и Гюнтер Грасс в Петербурге. 2007 год

Даниил Гранин, Борис Хлебников и Гюнтер Грасс в Петербурге. 2007 год

Грассу, кстати, как-то захотелось приехать в Петербург с частным визитом, без интервьюеров, без обязательной программы, чтобы пообщаться с Даниилом Граниным. Благодаря одной близкой знакомой Гранина, которая и Грасса знает, мы устроили такую поездку. Грассу очень хотелось поговорить ну если не со сверстником (Гранин старше его на 10 лет), то с человеком, который пережил войну. В литературном смысле они очень следили друг за другом. Все книжки Грасса, которые я переводил, – буквально главу за главой – отправлял Гранину. Он все читал.

– Разговор сложился между ними?

Безусловно.

– Как-то звучали в вашем общении с Грассом сложные моменты, связанные с его биографией – юностью, участием во время Второй мировой войны на стороне гитлеровской Германии, со скандалом, который разразился несколько лет назад в этой связи?

В 2002 году у него вышла книжка, которая как раз в России получила очень широкий отклик, "Траектория краба". Один из персонажей – это Александр Маринеско, и в книге много довольно деликатных эпизодов. В ту пору мы как раз встречались с Грассом, я его расспрашивал о войне. Он же из Данцига, у него семья была принудительно депортирована.

– Он ведь наполовину кашуб, не чистокровный немец.

Все немецкие мальчики в 10-летнем возрасте обязаны были вступать в "Гитлерюгенд"

Да, но что такое чистокровный немец вообще, кто в Европе вообще на 100% чистокровный? Мне очень важно было послушать даже интонации Грасса, если угодно, как он говорил. Он очень откровенно рассказывал, в том числе обо всех своих военных эпизодах, которые потом вошли в его автобиографию "Луковица памяти". Про эту автобиографию, про членство Грасса в "Ваффен-СС" разговоров было ужасно много – и в Германии, и в России, и по всему миру. Но нельзя забывать, что Грасс родился в 1927 году, это совершенно поразительная возрастная когорта. Подростки этого года рождения подпали под все нацистские законы о детях и молодежи, это было поколение, которое подверглось тотальной идеологической обработке. Все немецкие мальчики в 10-летнем возрасте обязаны были вступать в Гитлерюгенд. В 15 лет – это тоже беспрецедентно даже для Второй мировой войны – все они стали солдатами. Они были во вспомогательных частях ПВО, то есть были юными зенитчиками. Потом для них же сделали исключение – призвали на серьезную службу. Грасс пошел на военную службу (такого не было нигде, в том числе в СССР) по призыву, по всеобщей мобилизации в 16 лет. Кстати говоря, именно потому, что он был кашубом, для него существовала тройная, четверная вероятность того, что он, фактически как фольксдойче, попадет в "Ваффен-СС".

Грасс практически за всех своих ровесников написал покаянную – или хотя бы объяснительную - книгу

Для его ровесников было сделано еще одно исключение – их в партию принимали в 17 лет, поэтому огромное количество его сверстников оказались в партии. К 2006 году, когда появилась автобиография Грасса, по Германии просто волной разлились скандалы: многие литературные классики, философы, литературоведы, сделавшие себе имя и приобретшие серьезный моральный авторитет в Германии, как оказалось, состояли кто в национал-социалистической партии (но не признавались), кто еще где-нибудь наподобие (тоже не признавались). Например, писатель Зигфрид Ленц, покойный, почти с такой же судьбой. Отказывались от своего прошлого, но ничего поделать не могли – соответствующие документы сохранились. Гюнтер Грасс – единственный, кто написал сам про себя, решил все-таки рассказать обо всем сам. Он практически за всех написал покаянную – или хотя бы объяснительную - книгу. Все остальные отказывались, так или иначе, от себя, потому что этому поколению был дан счастливый шанс: они выжили и стали убежденными демократами. Они построили новую Германию, но от юности, от детства своего отказались.

– Вы много работали с немецким языком в версии Гюнтера Грасса. Что он дал немецкому языку? Какой у него немецкий язык?

Грасс – с его вниманием к слову, но главное, к живому, разговорному, употребляемому слову – сыграл роль кодификатора нового немецкого языка

Очень хороший вопрос, но на него не так просто ответить, потому что придется обсуждать, что такое язык. Язык это ведь не только лексика. За то время, пока в нем активно действовал Гюнтер Грасс, немецкий язык совершенно изменился, один только лексический прирост составил почти 3 миллиона слов. Благодаря новым средствам коммуникации языки развиваются через употребление, но кто-то должен эти изменения содержательно сформулировать. Грасс с его вниманием к слову, но главное, к живому, разговорному, употребляемому слову сыграл роль кодификатора нового немецкого языка. Это не просто лексика, не просто стилистика – а бытование языка. Кроме того, Грасс был удивительной силы полемистом. Он дал языку немецкой риторики колоссальный импульс.

– У вас есть любимая книга Грасса?

Я очень люблю его книгу "Из дневника улитки". Мне очень дорога и, я думаю, ее следует перечитывать снова и снова немцам, а нам тем более как раз "Луковица памяти". Это очень честная, очень глубокая, очень серьезная биография. Меня вообще интересуют посттоталитарные страны Восточная Европа (прежде всего ГДР, поскольку я германист), естественно, бывшие страны СССР, Испания. Я много чего по этой теме прочитал, но такой глубокой интересной автобиографии, пожалуй, не знаю, – утверждает переводчик произведений Гюнтера Грасса на немецкий язык Борис Хлебников.

В последние годы Грасс довольно редко напоминал о себе, но, к сожалению, не особенно удачно. Так было с его антиизраильским стихотворением, после которого писателя неправомерно обвинили в антисемитизме. То же самое случилось и с его попыткой также в стихах встать на защиту Греции перед Евросоюзом – они встретили скорее недоумение, чем понимание. Одним из последних скромных, но заметных деяний Грасса было приглашение на конгресс ПЕН-клуба в Берлине молодой немецкой писательницы, в детстве переселившейся в ГДР, русской немки из Казахстана Элеоноры Хуммель, и восхищенное представление Грассом ее романа "Рыбы Берлина".

Ушел из жизни большой немецкий писатель, нобелевский лауреат, прекрасный стилист, противоречивый, ошибавшийся, но по убеждению многих честный и совестливый человек.

Гюнтер Грасс. Снимок ноября 2014 года

Гюнтер Грасс. Снимок ноября 2014 года

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

XS
SM
MD
LG