Linkuri accesibilitate

Кто-то предстал перед судом, кто-то был приговорен, но за решеткой так никто и не оказался. Репортаж Лилианы Барбэрошие.

Шесть лет спустя после апрельских протестов 2009 года, приведших к смене политических сил в Кишиневе и к более отчетливому проевропейскому внешнеполитическому курсу Молдовы, Лилиана Барбэрошие попыталась выяснить, привнесла ли очередная годовщина что-то новое в освещение тех событий.

В отличие от прошлых лет, когда всячески пытались эксплуатировать революционную составляющую событий 7 апреля 2009 года, запустивших маховик перемен, в этом году власть сыграла на опережение и к очередной годовщине пришла с тремя приговорами, вынесенными молдавским судом. Один приговор вынесен в отношении бывшего министра внутренних дел Георгия Папука. В январе, то есть за три месяца до шестилетней годовщины апрельских событий, бывший генерал был приговорен к четырем годам лишения свободы. Как стало известно впоследствии из обоснования приговора, в тюрьму бывший генерал должен был угодить, скорее, из-за того, что оплачивал из государственной казны помещения и автотранспортные средства, используемые коммунистами, а не потому, что не справился с кризисной ситуацией, которая переросла в массовые беспорядки. Во время судебного разбирательства экс-генералу дали уйти прямо из зала суда, чем он не преминул воспользоваться и сейчас объявлен в розыск.

Другой фигурант по делу „7 апреля”, бывший генеральный комиссар полиции Владимир Ботнарь получил два года лишения свободы условно – с учетом отсутствия судимости.

Более суровое наказание – 10 лет лишения свободы – суд вынес в отношении полицейского Иона Пержу. В апреле 2009 года он был инспектором криминальной полиции и именно он, согласно обвинению, нанес роковой удар Валерию Бобоку, молодому человеку, погибшего в ту ночь, когда полиция применила силу против манифестантов прямо на Площади Великого национального собрания, буквально под камерами видеонаблюдения. Но и Ион Пержу не попал за решетку, он также объявлен в розыск после того, как исчез, подобно своему шефу Георгию Папуку, из зала суда незадолго до вынесения приговора.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что все эти приговоры, которых прежде не было, не прибавили обществу оптимизма и уверенности в том, что справедливость восторжествует. Большинство экспертов по-прежнему полагают, что минимальной политической воли, необходимой для доведения этих дел до конца, как не было, так и нет.

Политический аналитик Петру Богату, например, который в 2011 году вместе с другими авторами поставил свою подпись под хроникой апрельских событий 2009 года „Революция Твиттера”, сказал сегодня, что все произошедшее после 2009 года он расценивает как „неуклюжие попытки найти козлов отпущения”.

Петру Богату: „По сути, к суду были привлечены какие-то незначительные персонажи, одни из них однозначно виновные, другие – такие же жертвы тех, кто дергал веревки из-за кулис. Так что огромная неопределенность витает в обществе, которое не может понять, почему до сих пор не пролит свет на вопросы, которые можно прояснить.

Налицо всеобщая путаница в восприятии обществом этого события – смешаны различные элементы, имевшие тогда место: внешний фактор, провокации, которые были очевидны и привели к насилию, протесты населения и т.д. Необходимо выяснить природу, суть апрельских событий 2009 года. По моему мнению, это была российская спецоперация, аналогичная той, что завершилась аннексией Крыма и которую признал недавно Владимир Путин; я в этом абсолютно уверен.

Я понимаю, что есть вещи, которые невозможно объяснить, если исходить из того, что 7 апреля – это российская спецоперация. Но есть вопросы, которые объяснить можно и нужно: и действия полиции, и так называемое правосудие, которое превратилось в обслугу власти, и то, что полицейские участки превратили в судилище, где людей подвергали жестокому обращению, как при диктатуре в латиноамериканском духе … Все это можно прояснить, но этого сделано не было, даже при демократической власти, что наводит на определенные размышления”.

На наш запрос другой автор “Революции Твиттера” – Николае Негру сказал, что если в расследовании дел, связанных с пытками, институты государства не продвинулись далеко вперед, то в том, что касается расследования в отношении организаторов беспорядков, эту работу следовало бы начать сначала:

Николае Негру: „Практически, не было проведено никаких расследований того, как стало возможно, чтобы какие-то провокаторы управляли молодежью, которая вышла на улицу из самых благородных побуждений: и как получилось, что кто-то воспользовался этим порывом, этим душевным подъемом молодежи. И, разумеется, кто виновен в пытках, которые вершились в комиссариатах полиции, и почему власть была безмятежно спокойна днем и стала такой активной ночью; и как получилось, что несколько молодых людей взобрались на государственные здания, хотя это практически невозможно. Я думаю, все эти расследования надо начинать заново. Не знаю, когда это произойдет. Наверное, что-то должно поменяться, наверное, должны уйти и те, кто сегодня у власти, и те, кто в оппозиции – все кто причастен к тем событиям, и должны прийти другие лидеры, которые объективно подойдут к оценке тех событий и развяжут наконец этот узел. Не думаю, что сегодняшние лидеры могут это сделать. Наивно надеяться на это…”.

Политический аналитик Корнелиу Чуря считает, с другой стороны, что сказать правду о 7 апреля – значит назвать государства, которые, уверен он, непосредственно были причастны к этим событиям. И именно этим, считает эксперт, объясняется молчание молдавских политических сил:

Корнелиу Чуря: „Складывается впечатление, что молдавские политики просто боятся сказать правду, так как она, эта правда, болезненная и шокирующая. С моей точки зрения, события 7 апреля – это был материализованный план приведения в действие цветных революций. Это было вмешательство извне, поэтому сказать правду – это значит раскрыть государства, вовлеченные в осуществлении этого одиозного сценария. Откуда шло это вмешательство – мы не знаем, но, наверное, знают политики, близкие к спецслужбам, и именно тот факт, что они не смеют назвать источник, откуда исходили эти сценарии, свидетельствует о том, что правду пока открыть нельзя. И чтобы не открывать правды, наш политический класс ограничился „козлами отпущения” и нанес удар по тем, кого не имел право бить – по правоохранительным органам, которые были призваны предотвратить, приостановить эти погромы, эти разрушительные действия. Иными словами, все свелось к поиску виновных среди полиции, что абсурдно, так как это ослабляет способность государства защищаться в случае таких действий”.

Эксперт Института политического анализа „Politicon” Ион Тэбырцэ также считает, что спустя шесть лет после апрельских событий 2009 года по-прежнему нет ответа на главный вопрос: кто стоял за теми событиями? Можно надеяться, что когда-то, пусть и в далеком будущем, этот вопрос прояснится? Ион Тэбырцэ настроен скептически:

Ион Тэбырцэ: „Ясно, кто-то направил в другое русло тот протест молодежи, которая вышла отстаивать европейскую перспективу Республики Молдова. Несомненно, были задействованы факторы как внутренние, так и внешние. Очевидно, что Румыния здесь ни при чем. Скорее, внешний фактор исходит с востока, и если вспомнить того блогера – Багирова, который бежал, как мы знаем, из Республики Молдова и сейчас видим его в государственных структурах Российской Федерации, то ситуация немного проясняется. Конечно же, он играл определенную роль, не главную, но был пешкой в какой-то игре, задуманной более влиятельными фигурами. Конечно, Молдова сегодня далеко не такая, какой хотелось бы видеть ее участникам тех апрельских протестов. Общество еще не получило ответов. И не думаю, что скоро получит. Скорее, у нас будет такая же ситуация, как с архивом КГБ советского периода, вывезенного вначале в Тирасполь, затем в Москву. Что-то подобное будет и с делом „7 апреля”, уверен”.

Статистика выглядит следующим образом: до настоящего момента было открыто 108 дел по конкретным фактам, связанным с апрельскими событиями 2009 года, но комплексно вопрос не рассматривался. По мнению экспертов, это самая большая ошибка, допущенная сознательно либо по юридическому незнанию, что делает невозможным вынесение приговора в отношении главных виновников, пусть и через 25 лет, как, по всем признакам, пытаются сейчас добиться по так называемым «минериадам» — шахтерским маршам в Румынии 90-х годов.

XS
SM
MD
LG