Linkuri accesibilitate

Дорогие радиослушатели, добрый день. В студии Александр Фрумусаки, ведущий передачи Приднестровские диалоги. 30 минут на Радио Свободная Европа. В сегодняшнем выпуске:

Новый год в Приднестровье начался с увеличения ряда тарифов и налогов, что вызвало разочарование населения, а некоторые решения региональной администрации спровоцировали недовольство официального Кишинева. Каким с политической точки зрения был 2014 год для Приднестровья и что может принести левобережью 2015-ый? Мнения экспертов с обоих берегов Днестра.

***

Свободная Европа: Наступивший 2015 год вместе с длинными праздничными выходными в январе принес и новые решения приднестровских властей. Краткий обзор главных событий недели подготовила наш корреспондент Карина Максимова, рассказывает Юлия Михайлова.

Своим указом с 1 января глава региональной администрации Евгений Шевчук сократил размер ежемесячных дополнительных выплат пенсионерам вдвое - со 100 приднестровских рублей до 50, объясняя это дефицитом средств в едином фонде социального страхования. В народе эти деньги называли «хлебными» - их начали выплачивать одновременно с подорожанием хлеба несколько лет назад.

Не получат в январе приднестровские пенсионеры и российскую ежемесячную дотационную надбавку, эквивалентную 15 долларам. Это объясняют некой бюрократической проволочкой, связанной с праздничными днями. По сообщению молдавского издания NewsMaker, в ведомстве российского вице-премьера Дмитрия Рогозина - спецпредставителя президента РФ по Приднестровью сообщили, что отчет об использовании в 2014 году российской гуманитарной помощи Тирасполю рассмотрит Государственная дума в январе нынешнего года. Очередной транш финансовой помощи из России будет отправлен после отчетов, и доплаты, к которым за несколько лет приднестровские пенсионеры уже привыкли, планируют начать в феврале, компенсируя невыплаченные в январе.

Также с первого дня наступившего года существенно выросли тарифы на некоторые коммунальные услуги. Почти в четыре раза - с 15 до 56 приднестровских копеек за 1 квадратный метр жилой площади - увеличилась оплата за техническое обслуживание домов. А с 1 апреля вдвое вырастет тариф на уборку придомовой территории.

Подорожал на 50 копеек и проезд в общественном транспорте. Поездка в новых троллейбусах в январе уже стоит три рубля, в старых - 2,5 рубля. Полгода назад говорилось о том, что льготный (бесплатный в троллейбусах) проезд для пенсионеров сохранится. Однако сейчас власти приняли решение, что льготники будут частично оплачивать проезд. В троллейбусе – 1 рубль, на пригородных маршрутах – 1,5 рубля, на международных – 4 рубля.

Тирасполь пока отказался от введения страховой медицины с нынешнего года, как раньше планировалось. Согласно расчетам, проведенным минздравом, для этого понадобится около 2 млрд. рублей. Всей необходимой суммы в казне нет. Но если бы решение было принято, то каждый работающий приднестровец был бы обязан платить до двух тысяч рублей в год за страховой полис.

Минимальная зарплата, установленная властями на первый квартал 2015 года, составила 1393 рубля - на 16 рублей больше, чем аналогичный показатель прошлого года.

Принятый местным парламентом 24 декабря закон о бюджете - 2015 лидер Приднестровья подписал 30 декабря 2014 года. Согласно документу, необходимые социально ориентированные расходы значительно превышают планируемые доходы, бюджетный дефицит в наступившем году составит 41%. Сумма текущего внешнего долга Приднестровья превысит 62 миллиона долларов США. Средств на его погашение вплоть до 2017 года не предусмотрено. Внутренний долг Приднестровья на 1 января этого года превысил 13 миллиардов приднестровских рублей, что, в эквиваленте составляет один миллиард двести миллионов американских долларов.

Свободная Европа: Итак, тираспольская администрация отменила льготы на проезд пенсионеров в общественном транспорте и сократила вдвое ежемесячные надбавки к пенсиям - со 100 приднестровских рублей до 50. Около 55 долларов – размер минимальной пенсии по возрасту на левом берегу Днестра, а в среднем, вместе с доплатами, пенсионеры получают порядка 100 долларов в месяц. Свободная Европа попыталась узнать, насколько ощутимо ударят по пенсионерам последние решения властей.

-Ощущается. Притом, что пенсии мизерные – 1045 рублей. Квартиру оплатить надо, кушать надо, сейчас проезд сделали… Все надо. А продукты как дорожают, а? Что мы, живем в обеспеченной стране?

- Много снимают денег с пенсионеров. Правильно, пенсионеры должны получать полностью деньги и рассчитываться за проезд, везде. Но не так, как нам копейки дают пенсию, а остальные деньги наши уходят на ветер…

- Конечно, как экономили, так и будем экономить. Ничего здесь страшного нет. Мы понимаем, что сейчас республике тяжело. Скромно живем. На все хватает. Только лишь есть дорогие колбасы по 200, и есть колбасы по 60, по 70… Так что килограммами не берем, 150-200 граммов…

- Бывают вот эти городские собрания, да?, вот собирают людей, чтобы услышать мнение их, пожелания, требования иногда… И мало того, что не приглашают, если люди приходят и выступают там, представители наши, власти закрывают им рты!

- Конечно, будем просить, чтоб вернули. Это, наверное, от властей идет. Соответствующе власти и будем просить, а как же? Нам не привыкать. Ну, в нашем возрасте уже хватает – если на жизнь, но когда надо еще на лекарства, а лекарства очень дорогие, и лекарств надо много в нашем возрасте – конечно, трудновато. Вот, получаю пенсию, и еще наше общество еврейское помогает – помощь очень существенная. Больше неоткуда.

- Пенсия 21-го, последние 100 рублей отложила на аспирин вот этот, чтобы инфаркта не было, инсульта. Он стоит 90 рублей, 60 рублей если половина. За что? За квартиру заплатить, на все остальные лекарства нет денег. Ни от давления. А от давления надо каждый день пить целую кучу таблеток, потому что если не сдерживать давление – можешь умереть. Ну и, вот, что делать? И еще вот это, поехать на базар, немного подешевле чего-то выбрать купить, морковочку, в «Шерифе» все дорого – надо ехать, уже рубль туда, рубль назад, а два рубля не хватит, уже хлебушка не купишь, четыре рубля батончик уже. Вообще, ужас просто. Как не стыдно этой Туранской – пенсию не добавила ни капельки, а собирает с нищих пенсионеров, и так еле-еле живущих на земле из-за этой мизерной пенсии, а продукты все дорогие – а она собирает эти копейки. Она думает, что она выживет. Она должна, Туранская, заниматься своей работой, открывать производства, реальную прибыль получать, вот прибыль когда будет, тогда и пенсия будет повышаться, и рабочим, и студентам, и всем учителям зарплаты, врачам зарплаты… А так, откуда брать? И прикрываются тем, что Украина там, Россия… – еще спасибо Путину, что он все нам тут строит – а они ничего не делают. Ну хоть бы маленькое производство какое-нибудь, одно что-нибудь открыли, чтоб получать прибыль. Ни-че-го нет. Прикрываются тем, что, вот, на Украине война, и в Россию нельзя поехать… Это не разговор.

- Правильно насчет транспорта, что с пенсионеров рубль… Потому что за электричество надо платить. Ну, рубль-то небольшие деньги.

- Я продолжаю работать, поэтому для меня это без разницы. Но тем, которые живут только на пенсию, конечно, это большой удар по кошельку. Я не могу вам ничего сказать, потому что у меня хорошая зарплата и плюс пенсия, что позволяет мне нормально существовать. У разных людей разные запросы. На чем экономить? Конечно, на мясе, разумеется. А молоко и хлеб нельзя исключить из рациона.

Свободная Европа: Мнения тираспольских пенсионеров.

Под занавес прошлого года лидер Приднестровья Евгений Шевчук распорядился о введении с 1 марта 2015 года обязательного страхования автомобилей, „зарегистрированных в иностранных государствах”. Согласно этому решению, и владельцы машин с молдавскими номерами, въезжая в Приднестровье, должны будут оплатить страховку. Глава Бюро по реинтеграции Республики Молдова Георге Балан выразил сожаление в связи с намерением приднестровской стороны ввести эти меры в отношении молдавских водителей и заявил, что это „одностороннее решение может привести к ухудшению ситуации на обоих берегах Днестра”. Он надеется, что Тирасполь откажется от этих планов. Мои коллеги Александр Канцыр и Диана Рэйляну попросили эксперта института „Viitorul”, политолога Корнела Чурю поделиться своей точкой зрения по этому вопросу.

Свободная Европа: Какое наиболее подходящее, на ваш взгляд, объяснение можно найти этому указу приднестровского лидера, согласно которому с 1 марта на территории левобережья Днестра вводится обязательное страхование гражданской ответственности транспортных средств, зарегистрированных в „иностранных государствах”, в частности, в Республике Молдова?

Корнел Чуря: Возможны два объяснения. Разумеется, одно из них экономического порядка. В последнее время налицо заметное ухудшение экономической ситуации в Приднестровье на фоне региональных событий. Но, как правило, такого рода проблемы, периодически возникающие в отношениях между Кишиневом и Тирасполем, генерирует нескончаемый политический пинг-понг. Кишинев стремится привлечь Приднестровье, условно говоря, в свою зону влияния, а Тирасполь этому противится. В этом контексте, конечно же, проблема транспорта между Кишиневом и Тирасполем относится к категории тех, что „с припевом”. Вероятно, Тирасполь реагирует на определенные действия, к которым прибегает или может прибегнуть Кишинев. В наших кругах идут разговоры о том, что то ли Молдова, то ли Украина собираются как-то заблокировать транспортные средства с приднестровскими номерными знаками, что, вероятно, и подтолкнуло Тирасполь к упреждающим действиям.

Свободная Европа: Официальный Кишинев располагает какими-то ответными рычагами на случай таких решений?

Корнел Чуря

Корнел Чуря

Корнел Чуря: Кишинев, как правило, после таких действий вступает в переговоры с приднестровской стороной, поскольку решения Тирасполя не предусматривают незамедлительного применения. Следует какой-то период, иногда он длится несколько месяцев, в течение которого идет прояснение всех вопросов и разрабатываются положения. Именно этим периодом может воспользоваться Кишинев для того, чтобы начать консультации с Тирасполем и как-то смягчить проблему, потому что действия Тирасполя его, так или иначе, задевают. Население Республики Молдова это решение очень даже затронет, особенно тех, кто достаточно часто ездит в Приднестровье и которым придется нести какие-то дополнительные расходы. Поэтому многие считают, что это удачный ход Тирасполя – навязать переговоры по транспортному вопросу с тем, чтобы добиться каких-то для себя послаблений.

Свободная Европа: Но между тем, как и вы сами даете понять, пострадают, очевидно, простые граждане. Тем, кто регулярно ездит на левый берег, придется покупать две страховки – молдавскую и приднестровскую, ведь вряд ли кому-то захочется платить штраф или „дружески” беседовать с приднестровской милицией?

Корнел Чуря: Это дополнительные расходы, придется раскошелиться на две страховки. Кроме того, это еще один элемент признания региона, потому что любое приобретение таких страховок трактуется как признание гражданами Республики Молдова факта существования на левом берегу Днестра другого „законного” режима, другого „государства”, коль скоро они признают существование этих органов и готовы внести требуемую сумму. Разумеется, для Кишинева это пренеприятная ситуация. Этим и объясняется реакция Бюро по реинтеграции. Думаю, в дальнейшем Бюро по реинтеграции использует все имеющиеся в его распоряжении инструменты и попытается добиться отмены этого решения. Но придется что-то предложить взамен. Поэтому я и говорю о переговорах, которые наверняка начнутся на этом фоне.

Свободная Европа: Мнение эксперта IDIS „Viitorul” Корнела Чури.

***

Отношения между Кишиневом и Тирасполем в минувшем году стали темой беседы моей коллеги Лины Грыу с политологом из Тирасполя Андреем Сафоновым.

Свободная Европа: Г-н Сафонов, давайте поговорим об итогах 2014 года для Приднестровья. Год начинался с того, что было несколько раундов переговоров в формате 5+2, затем переговоры во второй половине года практически прекратились. Почему это случилось, по-вашему, и есть ли перспективы того, что они все-таки в какой-то момент будут возобновлены?

Андрей Сафонов

Андрей Сафонов

Андрей Сафонов: Мне кажется, что все события, которые произошли в переговорном процессе, надо рассматривать сквозь призму того, что началось, к сожалению, на Украине – это беспорядки, хаос, анархия и гражданская война, которая продолжается и по сей день. В этой ситуации со стороны официального Кишинева прослеживалось стремление воспользоваться тем, что положение в Приднестровье действительно осложнилось, и надавить на него пожестче, перейти к политической, Третьей корзине переговорной повестки. У приднестровской стороны это вызвало возражение, которое, по сути дела, и привело к тому, что стороны не имели перед собой четкого предмета рассмотрения на переговорных встречах того, что надо делать.

Что в этой ситуации можно было бы сделать? У каждой стороны было свое видение: приднестровцы считали, что надо рассматривать вопросы из так называемых первых двух корзин – это социально-экономическая проблематика, транспорт, медицина и так далее, а Кишинев был настроен на решение, причем ускоренное, политических вопросов. Думается, что поскольку за каждой из переговаривающихся сторон стояли союзники – за Кишиневом Запад, за Тирасполем Россия – противоречия, которые и раньше были сильны, теперь так усилились, что переговорный процесс зашел в тупик. Честно говоря, пока я не вижу, что может эту ситуацию разблокировать.

Свободная Европа: Насколько повлияло на Приднестровье то, что происходит на Украине – и в экономической сфере, но больше в политическом плане?

Андрей Сафонов: Конечно, повлияло. Нелепо отрицать, что отношения с нынешней властью в Киеве стали у Приднестровья более сложными и напряженными, чем они были при прежнем президенте Януковиче и даже при Викторе Ющенко, который являлся предшественником Януковича. В данном случае влияние западников на власть в Киеве, конечно же, более сильное, чем это было раньше, и поэтому прослеживается цель наиболее радикальных западных кругов закупорить Приднестровье с двух сторон. Это требует от Приднестровья нестандартных решений в области экономики, ну и, конечно, влияет на рост и политической, я бы сказал, напряженности в отношениях между нынешним украинским руководством и официальным Тирасполем.

Я думаю, что ожидать смены курса со стороны Приднестровья вряд ли приходится, потому что оно настроено на то, чтобы каким-то образом продержаться, и в этой ситуации ни одного достаточно лояльного союзника по отношению к Приднестровью, кроме России, сейчас нет. Поэтому в основе своей пророссийский курс у Приднестровья, я думаю, сохранится.

Свободная Европа: В 2014 году Кишинев подписал Соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Как это повлияло на приднестровский регион? Какие планы у Тирасполя в отношении принятия-непринятия договора об ассоциации, потому что мы знаем, что там есть экономическая составляющая, которая очень сильно влияет на экономику региона или, во всяком случае, может повлиять, если преференции после 2015 года будут аннулированы?

Андрей Сафонов: Да, конечно, вопрос о преференциях это очень важно, в данном случае есть ли смысл для Тирасполя сдавать позиции из-за того, что они потеряют экономические преференции. Ведь вопрос в том, что, потеряв преференции, можно сохранить, тем не менее, пространство для маневра в Приднестровье, тогда как, отказавшись полностью от самостоятельной внешней и внутренней политики, ты просто-напросто теряешь со временем все. В данном случае отказ от нынешней политики Приднестровья означал бы также отказ от фактически существующего военно-политического союза с Российской Федерацией и от гарантий физической безопасности в лице российских войск, которые в Приднестровье расквартированы.

Поэтому мне кажется, что на глубинном, на общественном уровне приднестровцы против такого рода вещей. Как поведет себя руководство Приднестровья, которое рядом экспертов считается более лояльным в отношении Запада, нежели это было при Смирнове, – пока сказать сложно. Но я думаю, что оно тоже вряд ли отступит от основополагающих принципов внешней политики ПМР.

В любом случае, конечно, надо отметить, что изменение фактическое статуса Молдовы после подписания Соглашения об ассоциации с ЕС, конечно же это влияет на Приднестровье, ставит перед ним новые задачи и требует найти новые решения. Это касается переориентации экономики с Запада на Восток настолько, насколько это возможно, и также опоры на свои внутренние резервы в дальнейшей экономической политике.

Свободная Европа: Г-н Сафонов, хотела спросить вас насчет ситуации внутри Приднестровья, то есть отношения между составляющими власти, насколько все ровно или не очень ровно шло в 2014 году? И, может быть, в плане социальной сферы, насколько люди были озабочены, насколько серьезно повлияло на людей то, что были экономические проблемы во второй половине года, задержки с зарплатами и так далее?

Андрей Сафонов: Конечно, разногласия между ветвями власти существуют. Дело в том, что исполнительные структуры Приднестровья проводят политику, которая содержит достаточно большие элементы шоковой терапии. Это многими расценивается – и экспертами-экономистами, и, конечно, на уровне рядовых граждан – как неправильные, ошибочные шаги. Дело в том, что необходимо изо всех сил стараться ту социальную защиту, или, по крайней мере, большую ее часть, которая была раньше, сохранить. Для этого необходимо изо всех сил изыскивать внутренние источники, внутренние резервы. Потому что шоковая терапия для Приднестровья гибельна.

На уровне Верховного совета осознание неверности такого курса, конечно же, присутствует. И это не придает дополнительного конструктива в отношениях между парламентом, правительством и президентом. Но, в то же время, ведется диалог, ведутся консультации, и мне кажется, что выработать какой-то компромиссный курс достаточно вероятно и возможно.

Свободная Европа: На фоне того, что происходило на Украине, на фоне того, что было в Одессе в мае, очень многие говорили о том, что Приднестровье может играть роль как бы российского плацдарма в регионе. Считалось, что от Приднестровья может исходить какая-то опасность для Украины, для Молдовы, для европейских устремлений этих стран. Насколько реальна эта угроза, о которой очень много говорили в прессе, вы как считаете, как эксперт, живущий в Приднестровье?

Андрей Сафонов: В данном случае речь идет, конечно, об элементе психологической войны. Приднестровье, конечно же, сориентировано на интеграцию с Россией, в данном случае на Таможенный союз, евразийский проект в целом. Но оно, безусловно, в то же время, не навязывало и не навязывает своего видения кому-то другому. Приднестровье никогда не считало себя плацдармом для каких-то подрывных действий в отношении Молдовы и тем более Украины, которая очень сильно помогла приднестровцам во время вызывающего сожаление конфликта 1992 года. Приднестровье не собирается выступать в роли какого-то экспансиониста, да и смешно, учитывая размеры Приднестровья, говорить о том, что оно намерено играть такую роль. Поэтому я повторяю: с моей точки зрения, это не более чем фактор психологической войны, психологического давления на ПМР.

Свободная Европа: Скажите, пожалуйста, каким вы видите 2015 год для Приднестровья, то есть самые важные моменты для Приднестровья в наступившем году?

Андрей Сафонов: Я считаю, год будет, конечно же, трудным, но он будет трудным не только для Приднестровья, но также и для его соседей, а именно для официального Киева и для официального Кишинева. Самое большое сожаление вызывает кровоточащая рана Украины, ее гражданская война. И, к сожалению, не приходится констатировать, что может быть какое-то коренное изменение данной ситуации. Это, конечно же, вызывает беспокойство.

Что касается переговоров с Молдовой, то на сегодняшний день я не вижу того политического момента, который бы позволил сторонам сблизить свои позиции. Приднестровье по-прежнему исходит из позиции независимости, а Кишинев выступает за то, чтобы Приднестровье приняло участие в европейском проекте, да вдобавок еще и на основе сохранения унитарной Молдовы. Поэтому, мне кажется, что нет также и повода для конкретного разговора. Диалог, видимо, будет крутиться вокруг каких-то второстепенных моментов из первых двух корзин, не связанных с политикой. Пока что мой прогноз таков.

Свободная Европа: Прорыва вы не видите в 2015 году в этом плане?

Андрей Сафонов: Нет, я пока не вижу. И не вижу в первую очередь потому, что для него нет той составляющей, которая позволила бы сторонам сблизить свои позиции.

Свободная Европа: Так понимаю, сохранить хотя бы ситуацию в нынешней форме, более или менее стабильной?

Андрей Сафонов: Я думаю, что от Кишинева и Тирасполя это зависит в первую очередь, а не только от каких-то посредников, гарантов и наблюдателей из-за наших пределов. Мне кажется, что наш здравый смысл, который уже достаточно подпитался печальными событиями на Украине, должен подсказать нам не совершать чужих ошибок и не ставить под угрозу мир, который был достигнут на Днестре 22 года назад.

Свободная Европа: Точка зрения политолога из Тирасполя Андрея Сафонова.

***

О политических переговорах между Кишиневом и Тирасполем, о том, как повлияли на ситуацию в регионе украинский кризис и российский фактор, Лина Грыу поговорила и с политологом из Кишинева – экспертом Института анализа и политического консалтинга „Politicon” Ионом Тэбырцэ.

Свободная Европа: На ваш взгляд, что это – пауза в переговорном процессе или он вовсе заблокирован?

Ион Тэбырцэ

Ион Тэбырцэ

Ион Тэбырцэ: Думаю, все связано с региональными событиями. Это был крайне сложный год для нашего региона, а эхо региональных событий самым прямым образом сказалось на ходе диалога между Кишиневом и Тирасполем. Хорошо известно, что Тирасполь на переговоры с Кишиневом всегда идет с заранее заученным уроком в Москве. Помните, кто-то как-то сказал не то в шутку, не то всерьез, что неофициальным руководителем Приднестровья является российский вице-премьер, спецпредставитель по приднестровской проблематике Дмитрий Рогозин, который управляет регионом по телефону. Ошеломляющего прорыва в диалоге между Кишиневом и Тирасполем мы и не ожидали. Вспомним, как завершился 2013 год – тогда премьер Лянкэ, говоря о политическом урегулировании приднестровского конфликта, сказал, что Кишинев видит решение приднестровской проблемы по испанской модели, с предоставлением левобережным районам автономии, аналогичной статусу испанских сообществ. В свою очередь, Тирасполь ответил известным „цивилизованным разводом”. Финиш 2013 года сам по себе каких-то особых положительных прогнозов не вселял. Так оно и оказалось, переговоры в формате „5+2” местами обесценились, обсуждались какие-то мелкие сегменты для мирного урегулирования, решались вопросы, связанные со школами, дорогами, одним словом, с теми препонами, которые чинила тираспольская администрация молдавским фермерам и т.д. Да, с точки зрения рядовых людей эти проблемы жизненно важные. Но с точки зрения глобального подхода к приднестровскому конфликту мы никуда не пришли. Фактически, в этом году перед Кишиневом стояла задача не допустить инволюцию событий, деградацию ситуации, сохранить статус-кво; и, потерпев неудачу, если можно так выразиться, не добившись положительных результатов по политическому направлению, Кишинев пытался подойти к приднестровскому конфликту с экономической стороны. Стремление Кишинева включить Тирасполь в договор DCFTA, годичная отсрочка, данная Тирасполю для внедрения положений договора о свободной торговле между Республикой Молдова и Евросоюзом – все это говорит о том, что и Кишинев, и Европейский Союз снисходительны к Тирасполю. Но всем прекрасно известно, что основной экспорт приднестровских предприятий идет в Европу. Кишинев хочет использовать эту карту и при поддержке Брюсселя пытается интегрировать Тирасполь в экономическую модель Республики Молдова – разумеется, следуя идее европеизации молдавской экономики.

Свободная Европа: Если глянуть вперед - в 2015 год, можно сказать, что это новый этап, ведь в Молдове прошли парламентские выборы, будет новое правительство… С этой точки зрения, каковы ваши прогнозы на политическую составляющую переговоров по Приднестровью? Каким вам видится развитие событий в 2015-ом? Возможности для подвижек существуют, по вашему мнению?

Ион Тэбырцэ: Не думаю, что мы можем позволить себе быть оптимистами в этом вопросе и полагать, что развитие ситуации в лучшую сторону возможно. Скорее всего, приднестровское урегулирование деградирует. Тот факт, что правительство, которое вырисовывается, аналогично предыдущим, не вызывает большого оптимизма, не вселяет больших надежд на то, что можно ожидать быстрого урегулирования конфликта или, по крайней мере, явного прорыва в этом процессе. На данный момент все упирается в то, каким видится Москве решение этого конфликта. А намерения Москвы проявились в меморандуме Козака и получили выражение в идее федерализации Республики Молдова, суть которой в том, чтобы поставить Кишинев в зависимость от Тирасполя. С такими меседжами выступает и лидер социалистов Игорь Додон, ни для кого не секрет, что проект социалистов по сути своей пророссийский, импортирован из России. Перед Кишиневом, скорее всего, будет стоять та же задача, что и в 2014 году – не допустить развития конфликта и продолжать продвигать экономическую интеграцию приднестровского региона, его, если угодно, привязку к экономической системе Республики Молдова, местами создавать определенную зависимость, но зависимость положительную, Тирасполя от Кишинева. А в формате „5+2”, вероятно, нас снова ждет привычный уже обмен колкостями, взаимные выпады без каких-то глобальных решений. И только в том случае, если в регионе вдруг произойдут какие-то события из ряда вон или радикальное смещение акцентов, возможны какие-то перемены, какой-то очевидный прорыв в решении конфликта. Но до тех пор, пока сложившийся региональный контекст будет сохраняться, развитие событий просто повторит сценарий 2014 года.

Свободная Европа: Вы упомянули события на Украине, которые оказались определяющими не только для Приднестровья, но для всего региона. Как, на ваш взгляд, будет развиваться приднестровская тема в отношениях с Украиной? Ведь известно, что Украина не раз прикрывала тылы приднестровского режима, обеспечивала торговые потоки, определенные политические интересы. Со стороны Киева есть какие-то изменения в том, что касается восприятия сепаратизма? И, соответственно, можно ли ожидать пересмотра Украиной своих позиций в приднестровском вопросе, включая формат „5+2”?

Ион Тэбырцэ: События на Украине для развития приднестровского конфликта – если, разумеется, иметь в виду перспективы Кишинева по урегулированию этого конфликта – имеют свои плюсы и минусы. Плюсы в том, что Украина больше не будет вести двойную игру. Надо признать и сказать честно, без каких-то обид или желания отомстить нашим соседям, что Киев все-таки в этом конфликте занял двойственную позицию, он или подыгрывал Москве, или вел какую-то собственную игру. Сейчас, когда наши соседи столкнулись с теми же проблемами, которые и нам немало крови попортили и продолжают портить, сейчас они начали понимать нас. И в этом смысле символично выражение президента Порошенко, которое он озвучил, если память мне не изменяет, в Одессе, когда речь зашла о Приднестровье – что, по сути, никакого Приднестровья нет, есть приднестровский регион, сепаратистский, в Республике Молдова, примерно так он сказал. Сейчас Кишинев и Киев начали говорить на одном языке, проявлять одинаковый подход к проблемам сепаратизма, и Киев, наконец, стал для Республики Молдова союзником в урегулировании приднестровского конфликта. Точно так, как и Республика Молдова является союзником Украины в тех вопросах, с которыми сталкивается сейчас соседнее государство. Разумеется, это положительный элемент, потому что Приднестровье становится анклавом в регионе, который движется в одном направлении, и, естественно, приднестровскому режиму труднее будет плыть против регионального течения. Но, вместе с тем, когда говорим о негативном моменте, сейчас, в контексте региональных событий на Украине, растет геостратегическое значение приднестровского конфликта, приднестровского региона. И прежде приднестровский конфликт, приднестровский регион на востоке Республики Молдова был неким форпостом, неким плацдармом против того, что Россия называет „наступлением Запада”, то есть река Днестр является разделительной чертой между Евразией и Евроатлантикой, с перспективой переноса этой границы по реке Прут. Сейчас геостратегическое значение приднестровского региона возросло, и приднестровский конфликт станет весомее на фоне событий в Украине, более важных по сравнению с тем, что связано с Республикой Молдова. Тем не менее, Москва понимает, что приднестровский рычаг уже не может быть препятствием для европейских намерений Кишинева. Скорее, для того, чтобы как-то охладить эти европейские устремления Кишинева, приостановить европейский маршрут, была реанимирована идея сепаратизма на юге Молдовы, я имею в виду, разумеется, Гагаузию. Сейчас приднестровский регион приобретает особое значение как связующее звено в этом поясе по имени Новороссия, который берет свое начало на побережье Черного Моря через Луганск, Донецк, Крым, Одессу, Тирасполь... Разумеется, Москва будет упорно настаивать на этом сценарии. Поэтому можно ожидать, конечно же, активизации Москвы во всем, что касается Приднестровья. И поэтому сейчас вряд ли можно говорить об урегулировании этого конфликта.

Свободная Европа: Вы говорите о роли России… Каким видится вам в ближайшем будущем это участие Москвы, способна ли она поддерживать Приднестровье финансово? Ведь не секрет, что сама Россия переживает сейчас, мягко говоря, не лучшие времена и сталкивается с серьезными экономическими проблемами на фоне падения рубля и снижения цен на нефть…

Ион Тэбырцэ: Очень многое будет зависеть от того, как будут развиваться события на Украине. Что сейчас, по сути, пытается сделать Россия? Она пытается создать на востоке Украины примерно то же самое, что имеем мы на левом берегу Днестра. Не думаю, что сейчас у Российской Федерации есть политический, финансовый, экономический и иной потенциал для того, чтобы присоединить к себе восточную Украину по крымской модели. Сейчас Российская Федерация хочет создать на востоке Украины сепаратистские регионы, аналогичные Приднестровью, и через них удержать Киев. У России сейчас большие экономические проблемы, Хотя, согласен, Приднестровье обходится Москве не так уж и дорого. Вот Крым, он влетит в копеечку.

Свободная Европа: Тем не менее, эксперты говорят, что Россия дает около миллиарда долларов ежегодно...

Ион Тэбырцэ: Как раз к этому я и вел. Обходится не так уж и дорого, но в сложившейся экономической ситуации для России это ощутимо. В дальнейшем упор будет делаться на пропаганде. На пропаганде, на промывке мозгов, на раздувании разного рода антизападных страшилок. Ведь что бы ни делала сегодня Россия, политические цели превалируют над любыми прагматичными действиями и экономическими расчетами. Если Российская Федерация позволила себе просто так взять и выбросить на ветер 50 миллиардов долларов – имею в виду Зимнюю олимпиаду в Сочи, украинскую авантюру, крымскую авантюру – это говорит о том, что Российская Федерация обязательно попытается оседлать своего излюбленного конька – пропаганду и использовать ее против экономических проблем. Другой вопрос, насколько у нее хватит сил и духа. Ведь все мы знаем, что, по сути, Советский Союз приказал долго жить именно из-за экономических и социальных проблем. Да, согласен, тогда были другие проблемы, потому что дали свободу слова, свободу мышления, и это дорого обошлось Советскому Союзу. Поэтому, Российская Федерация будет пытаться справиться с экономическим давлением, которое оказывает на нее Запад. Мне трудно давать сейчас какие-то оценки насчет того, каким будет окончательный результат этого противостояния между Западом и Россией, но в любом случае это противоборство ничего хорошего Российской Федерации не сулит. Да, Москва может найти силы и выдержать еще год, два, три, но ей в любом случае придется что-то изменить, изменить что-то внутри, если хочет выжить с экономической точки зрения.

Свободная Европа: С Линой Грыу своим мнением поделился эксперт института „Politicon” Ион Тэбырцэ.

Свободная Европа: Дамы и господа, наша передача подошла к концу. Ее ведущий Александр Фрумусаки благодарит вас за внимание и прощается до следующей встречи. Вы слушали Радио Свободная Европа.

XS
SM
MD
LG