Linkuri accesibilitate

2014 год проходит под знаком большого разочарования – переговоры по ядерной программе Ирана не завершились тем, что ожидали стороны. Назвать это полным провалом нельзя, т.к. к этому решению пришли все участники, но успехом тоже считать не получается. Почему так вышло? Для начала приведу высказывание премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, который прямым текстом заявил, что к затягиванию переговоров приложило руку именно еврейское государство посредством своего мощного лобби в Вашингтоне.

В видеообращении к участникам организованного в Вашингтоне Институтом Брукингса форума он выразил мнение, что неспособность «шестерки» и Ирана выйти на всеобъемлющее соглашение к концу ноября стало хорошим развитием событий. «Крайний срок подготовки соглашения, установленный на 24 ноября, к счастью, прошел, - цитирует израильского премьера агентство ТАСС. – Наш голос и наши обеспокоенности сыграли ключевую роль в предотвращении заключения плохой сделки».

Биньямин Нетаньяху считает иранскую проблему самой важной для своей страны, добавляя, что Тегеран стремится обзавестись ядерным оружием. Премьер-министр уверен, что за оставшееся время (до июля 2015 года) необходимо усилить давление на Иран, чтобы тот полностью демонтировал компоненты своей ядерной программы.

О том, что до условленного срока (24 ноября 2014 года) стороны не достигнут итогового Соглашения, стало известно еще до ноябрьского раунда. Так, об этом говорил замминистра иностранных дел России, глава делегации РФ на переговорах Сергей Рябков и британский министр иностранных дел Филипп Хэммонд. Издание Иран.ру при этом отмечает, что критическая роль в затягивании процесса принадлежит Соединенным Штатам, которые действовали посредством своих ключевых союзников на Ближнем Востоке – Израиля и Саудовской Аравии.

В частности, саудиты решили обострить обстановку вокруг иранского досье с целью отвлечь мусульманскую умму от проблем саудовского Королевского дома (в ситуации, когда 90-летний король Абдалла еле дышит, а в вопросе престолонаследия есть ряд объективных трудностей, это очень важно). Кроме того, Эр-Рияду угрожают джихадисты «Исламского государства», и чтобы пресечь эту опасную тенденцию, Королевство хочет направить их «мирную» энергию в иное русло – на борьбу суннитов с «еретиками» из шиитского лагеря. Борьба с Ираном, Сирией, Ливаном, Йеменом – прекрасный способ убить двух зайцев сразу: ослабить идейно опасные режимы и заодно уничтожить суннитских радикалов в огне потенциального конфликта с шиитами. Что касается позиции Израиля, ее особо объяснять не нужно: пока Иран поддерживает Башара Асада и контролирует Ливан посредством движения «Хезболла», а также подпитывает «Хамас» в Секторе Газа, Иерусалим не может чувствовать себя комфортно. И это Иран под санкциями – а что произойдет, когда у него будут развязаны руки?

Между тем, американская позиция реализуется не только посредством Израиля и Саудовской Аравии. Напомню, что в ноябре прошли промежуточные выборы в Конгресс, в результате чего оппозиционные Бараку Обаме республиканцы получили полный контроль над обеими Палатами. Как известно, «слоны» - убежденные сторонники Израиля и крупные бизнес-партнеры Саудовской Аравии. Этой характеристики достаточно, чтобы понять, что даже при наличии желания форсировать переговоры с Ираном и пойти на ряд послаблений для Исламской Республики Белый дом и Госдепартамент столкнутся с жестким сопротивлением Сената и Палаты представителей.

В американо-иранском диалоге (его правильнее было бы назвать дипломатическим спаррингом) минувшей осенью имел место любопытный эпизод. Президент США Барак Обама направил своему иранскому коллеге Хасану Рухани письмо, смысл которого сводится к следующему: Тегерану необходимо смягчить позицию в преддверии ноябрьского раунда переговоров, чтобы подписание итогового соглашения состоялось в установленные сроки. «Уступки» в понимании Вашингтона – это демонтаж ядерной программы, в обмен на который Обама обещал убедить американский истеблишмент рассмотреть вопрос о полноправном участии Ирана в делах Ближнего Востока.

До сих пор Иран не ответил на предложение США, и это вполне объяснимо: получается, что от персов требовалась стратегическая уступка, а в обмен предлагалось просто обещание «замолвить словечко». Это тем более странно в ситуации, когда Конгресс США фактически не подчиняется Обаме, а значит, убедить законодателей в том, что «Иран уже не тот», было бы крайне затруднительно.

Тем не менее, Иран и шестерка международных посредников (США, Россия, Китай, Британия, Франция и Германия) согласовали итоговый текст Соглашения на 95%. «Иран хочет очень четких гарантий по графику снятия санкций, включая санкции ООН, а также чтобы их отмена происходила быстро», - сообщил газете «Коммерсант» дипломатический источник. По словам другого собеседника «Ъ», Тегеран хочет быть в полной уверенности, что сделка в итоге будет одобрена Конгрессом США.

В экспертном сообществе существует мнение о том, что в Иране обостряется внутриполитическая борьба: одна часть властной элиты, близкая к президенту Хасану Рухани, желает ускорить переговоры с посредниками и даже ценой значительных уступок достичь соглашения. Вторая группировка, близкая к аятолле Али Хаменеи, не считает нужным жертвовать стратегическими позициями и предпочитает подождать еще. Представители первой, «либеральной» группы обвинили в затягивании переговоров Россию и Китай, которым невыгодно ускорять приход Ирана на нефтяной рынок через усиление позиций Запада. Соответственно, вторая часть элиты, консервативно настроенная, склоняется к сближению именно с Москвой и Пекином, дабы уравновесить влияние США и ЕС.

«Заявления иранских чиновников, появившиеся в публичном пространстве (речь о нападках Тегерана в адрес России и Китая – Э.В.), показывают, что закулисные противоречия стали достаточно серьезными. Основной вопрос здесь нефтяной и технологический, - заявил «Коммерсанту» эксперт по Ирану Александр Шишкин. – Россия в настоящий момент пытается заключить крупную сделку на покупку иранской нефти, и судьба этой сделки пока не ясна. Китай же имеет эксклюзивный доступ на иранский нефтяной рынок и проводит поставки технологий в Иран. Если в результате полной отмены санкций Тегеран переориентируется на западный рынок, это может негативно сказаться на ценах на нефть и ударить по сделке».

Иного мнения придерживается эксперт ПИР-Центра Андрей Баклицкий. «Хотя Иран всегда был сложным партнером для России и в ближайшие годы может составить ей конкуренцию на нефтегазовом рынке, было бы неправильно говорить, что Москва не заинтересована в завершении переговоров, - сказал он «Коммерсанту». – Россия инвестировала слишком серьезный политический капитал в то, чтобы избежать военного решения (иранской ядерной проблемы). И ей совершенно не выгоден откат назад в переговорах и движение ситуации на Ближнем Востоке к полному хаосу», - уверен Баклицкий. А нападки в адрес Москвы он объясняет желанием Тегерана выторговать для себя более выгодные условия на переговорах.

Продолжение следует…

Arată comentarii

XS
SM
MD
LG