Linkuri accesibilitate



В Шанхае на заседании Совета по взаимодействию и мерам доверия в Азии 20-21 мая состоялась встреча президента России Владимира Путина и его иранского коллеги Хасана Рухани. Это событие осталось в тени российско-китайского газового контракта, но значимость русско-иранского саммита сложно переоценить.

Параллельно переговорам шести международных посредников и Ирана по ядерной программе Исламская Республика активно ведет двусторонние консультации с ними же, с Европейской комиссией и странами-соседями. Остается всё меньше сомнений в том, что Тегеран вернется на международную арену в качестве полноценного игрока, а наличие громадных углеводородных запасов вкупе с неосвоенным рынком сбыта делает из этой страны потенциально выгодного партнера. Но после того как духовный лидер страны аятолла Али Хаменеи заявил, что на долю иранского пирога смогут претендовать лишь те, кто не поддержал односторонние санкции США и ЕС, на авансцену выходят Россия и Китай.

Собственно говоря, в Пекине тоже есть четкое понимание того, где нужно искать партнеров. Не кто иной, как председатель КНР Си Цзиньпин, на шанхайском форуме предложил совершенно новую систему континентальной безопасности, которая включала бы Россию и Иран, но без США. «Нам необходимо усовершенствовать наше сотрудничество в сфере безопасности и выстроить его новую архитектуру», – заявил китайский лидер в присутствии Путина. (Источник).

Кроме того, недавно в Пекине прошла встреча министров обороны Ирана и Китая, которые говорили об опасности распространения терроризма и экстремизма, а также обсуждали перспективы расширения военного сотрудничества двух стран. Министр обороны Ирана Хосейн Дехган затронул тему создания Нового Шелкового пути: «В третьем тысячелетии с учетом происходящих в мире процессов, связанных с обеспечением безопасности, нам нужен новый шелковый путь, специфика которого отвечала бы современным потребностям». «С развитием военного сотрудничества мы сможем устранить опасения двух стран, связанные с экстремизмом, терроризмом, наркотрафиком и морским пиратством в регионе совместного влияния», - добавил министр.

В свою очередь, министр обороны Китая Чан Ваньцюань выразил убежденность в том, что после майского визита Пекин и Тегеран станут «свидетелями усиления китайско-иранского партнерства в этой области». «Принимая во внимание общность взглядов Ирана и Китая по многим важным вопросам политики и безопасности региона и мира в целом, Пекин считает Тегеран своим стратегическим партнером», - добавил китайский чиновник.

Ранее, 29 апреля, президент Ирана Хасан Рухани заявил о стремлении развивать отношения с Китаем, подчеркнув, что «одной из внешнеполитических задач его правительства является улучшение отношений с дружественными Ирану государствами Россией и Китаем» (источник тот же). Иранский президент повторил эту мысль на шанхайском форуме. По его словам, Иран могла быть стать для КНР связующим звеном в отношениях с другими государствами Ближнего Востока. Как пишет портал Iran.ru, лидер Исламской Республики также полагает, что возрождение Шелкового пути «может активизировать торгово-экономическое сотрудничество между азиатскими государствами». Отмечу, что Китай остается крупнейшим торговым партнером Ирана – с товарооборотом в 45 млрд. долларов США.

Хотя главную партию в новой геополитической «опере» будут исполнять Россия и Китай, не всё будет так просто. Например, эксперты напоминают о том, что у евразийского тандема есть противники – США и Япония. Американцы уже давно дали понять, что намереваются перенести центр тяжести своей внешней политики с Ближнего Востока в Юго-Восточную Азию. Еще в 2011 году тогдашний госсекретарь США Хиллари Клинтон писала на страницах влиятельного издания Foreign Policy: «Одна из самых важных задач в управлении американским государством на следующее десятилетие – это обеспечение устойчивого роста вложений – дипломатических, экономических, стратегических и иных – в Азиатско-Тихоокеанский регион». (Источник)

В рамках новой стратегии США форсируют военно-техническое и политическое сотрудничество с Филиппинами, Сингапуром, Австралией и другими странами региона, не забывая о главных союзниках – Японии и Южной Корее. Справедливости ради надо сказать, что Россия опирается не только на Китай. С Вьетнамом, например, осуществляются разные масштабные программы – от военно-технической области до энергетики. В этом смысле перед Москвой стоит очень деликатная задача: сохраняя стратегическое партнерство с Китаем, не перегнуть палку и не поставить под удар отношения с другими перспективными странами региона. Например, между Китаем и Вьетнамом существует острый территориальный спор – контроль над Парасельскими островами в Южно-Китайском море. Архипелаг расположен ближе к вьетнамскому берегу, но еще в 1974 году был захвачен Китаем, к тому же на него претендует Тайвань. Вьетнам и Китай регулярно обмениваются жесткими заявлениями, и это не способствует стабилизации в Юго-Восточной Азии. Если в такой ситуации Россия открыто займет чью-то сторону, она рискует потерять расположение другой.

Аналогичный спор существует между Китаем и Японией за контроль над островами Сенкаку (Дяоюйдао) в Восточно-Китайском море. Здесь Россия ведет себя несколько иначе: во время визита в Шанхай Путин и Си Цзиньпин участвовали в военно-морских учениях, которые демонстративно проходили неподалеку от спорного архипелага. Этим показательным жестом Россия дала оплеуху Японии, которая поддержала санкции США и ЕС против РФ за Крым. А ведь еще в феврале казалось, что Токио в одном шаге от налаживания отношений с Москвой. Премьер Синдзо Абэ почтил своим присутствием церемонию открытия Олимпиады в Сочи, а японские спортсмены несказанно удивили мир, пройдя по стадиону не только с национальными, но и с российскими флажками в руках. Уверен, что этот жест был подсказан олимпийцам политическим руководством Страны восходящего солнца.
Однако эксперты считают, что крымский кризис не сможет перечеркнуть русско-японское сближение – ведь обе страны нужны друг другу как… противовес Китаю. «Для сохранения своей независимости России необходимо создать альянс с многочисленными партнерами по целому ряду вопросов, – считает политолог, доцент Софийского университета в Токио Тина Барретт. – В противном случае Москва рискует стать сателлитом Пекина. Партнерство с Абэ продолжает оставаться в интересах Путина, особенно в том случае, если Япония сможет выступить в качестве моста в процессе восстановления отношений с Западом». (Источник). Бывший депутат японского парламента Мунео Судзуки считает, что Токио не может себе позволить порвать связи с Россией. «Японии следует занять позицию посредине между Россией и Соединенными Штатами для того, чтобы предотвратить создание полномасштабного альянса между Россией и Китаем», - отметил Судзуки.

Это понимает и крупный российский бизнес. «Газпром», «Роснефть», «Норильский никель» и IT-компании нацелены на упрочение связей со всеми ключевыми странами Азиатско-тихоокеанского региона и не в последнюю очередь с Японией, чтобы уравновесить влияние Китая. «Да, сейчас политики в Токио вынуждены были из солидарности с другими членами «семерки» ввести санкции против России. Однако судьба Украины, в действительности, волнует их намного меньше, чем начавшееся год назад сближение с Москвой», - пишет эксперт.

Получается любопытнейшая картина. Россия наращивает объемы сотрудничества с Китаем, чтобы дать понять США и ЕС несерьезность их санкций, но посылает сигналы Японии о необходимости налаживать отношения. Присутствие Путина на военных учениях с китайцами – это не только «наказание» японцев за санкции, но и намек на то, что следование Токио в фарватере США из-за проблем далекой Украины может нанести ущерб самим японцам у них же под боком. С другой стороны, российский крупный бизнес и тесно связанное с ним политическое руководство РФ отдают себе отчет в том, что безоглядное бросание в объятия КНР может нанести Москве ущерб – ведь китайцы не были замечены в благотворительности, свою внешнюю политику они отстаивают предельно жестко, не считаясь практически ни с чем, кроме собственных интересов.

Поэтому отход России из Европы в АТР (пусть мы и не говорим о полном разрыве с ЕС) сопряжен с рядом рисков. Москве нужно будет приложить немалые усилия, чтобы не нарушить баланс сил между, с одной стороны, Китаем и, с другой стороны, его соперниками – Японией, Вьетнамом, Филиппинами. Роль США в этом раскладе – разговор особый. Понятно, что американцы уходят в Юго-Восточную Азию для сдерживания Китая, но пока что непонятно, насколько это (не)выгодно России. Скорее всего, в этом вопросе Кремль будет балансировать между тремя центрами силами: США, КНР и «малыми» странами региона. Без преувеличения, государства АСЕАН и АТР – самый перспективный регион мира, но чтобы принять правильные решения, России придется выверять каждый свой шаг. Не забывая, конечно, о Евросоюзе, постсоветском пространстве и Ближнем Востоке, где «созревает» Иран.

Часть 1
XS
SM
MD
LG