Linkuri accesibilitate

Павел Фельгенгауэр: Не вижу победного варианта для России, независимо от того, будут украинцы сопротивляться или нет


Военные учения в Волгоградской области

Военные учения в Волгоградской области

Известный российский военный эксперт считает, что существуют, как минимум, три причины, которые заставляют его думать, что Россия готова напасть на Украину именно в этот период.


Российский военный обозреватель Павел Фельгенгауэр говорит, что российские вооруженные силы, сконцентрированные на границе с Украиной, приведены в состоянии повышенной боеготовности, а руководство Североатлантического альянса оценивает российский контингент в 30-40 тысяч военнослужащих. Таковы данные, полученные через американские спутники. С учетом этого, полагает эксперт, угроза военного нападения России на Украину в ближайший период очень велика, потому что армию нельзя слишком долго держать в нынешнем состоянии повышенной готовности.

В интервью редактору Грузинской службы Радио Свободная Европа Кобе Ликликадзе военный эксперт Павел Фельгенгауэр отметил, что существуют, как минимум, три причины, которые заставляют его думать, что Россия готова напасть на Украину именно в этот период.
Павел Фельгенгауэр

Павел Фельгенгауэр

Павел Фельгенгауэр: Уже 1 апреля был опубликован Указ президента Путина о том, что начался весенний призыв, 154 тысячи призывников идут в вооруженные силы и заменят тех, кто отслужил 1 год, тем же указом они демобилизуются. А это именно те солдаты, которые в тех частях, что стоят наготове, чтобы войти в Украину, если будет приказ. Их можно, конечно, уволить не в один день, не в одну неделю, держать их там можно месяц, можно и полтора, без объяснения причин, просто так. А если начнутся боевые действия, то понятно, там уже не до демобилизации. И поэтому боеготовность российских войск, предназначенных для возможной операции против Украины, резко снизится, потому что там останутся только призывники, отслужившие полгода, и призывники, только что призванные. Если ждать слишком долго, то придется отпустить отслуживших один год – там почти 140 тысяч – 150 тысяч солдат более или менее готовых, и готовить новых. То есть тот же уровень боеготовности можно достичь где-то только к августу, в лучшем случае. Нынешнего уровня.

Тем временем, говорит Павел Фельгенгауэр, Украина могла бы укрепить собственные вооруженные силы, особенно если учесть, что значительные объемы вооружения, которыми она располагает еще с советских времен, в хорошем состоянии. И это вторая причина, по которой Россия не заинтересована тянуть с военной интервенцией.

Третий мотив, по которым Москва не заинтересована откладывать в долгий ящик военную операцию против Украины, это недопущение президентских выборов на Украине, намеченных на 25 мая. Если выборы состоятся, говорит военный обозреватель, это укрепит новую власть в Киеве в недопустимой для России степени.

Павел Фельгенгауэр: „Есть, конечно, силы, которые говорят, что идти не надо, что те же цели можно достичь более мягкими средствами, потому что вот сейчас Международный валютный фонд заставит принимать меры экономии, что начнутся социальные бунты в Украине и тамошняя власть все равно рухнет и не надо в общем с ними воевать, надо немножко их подтолкнуть и цели будут достигнуты.

А цели те же самые, то есть, по сути, федерализация, которая приведет к тому, что значительная часть Украины, русскоговорящая, станет де-факто в какой-то мере российским протекторатом. Во всяком случае, будет тяготеть к России, к Таможенному союзу и т.д. То есть, эту цели можно достичь военным путем, эту цель можно достичь и непрямым военным путем. Если военным путем, то сейчас.”

Отвечая на вопрос Кобы Ликликадзе о том, мог бы НАТО, используя свое политическое или военно-техническое влияние, остановить Россию в реализации своего военного сценария, Павел Фельгенхауэр констатирует, что Альянс ограничивается пока заявлениями.

Павел Фельгенхауэр: „НАТО может усилить украинскую армию, чтобы Россия, скажем, десять раз подумала: а вдруг мы столкнемся и там будут жуткие потери, и вообще будет страшная война. Сейчас это сделать за пару недель в принципе невозможно, украинцы просили помощи, какую-то помощь они уже начали получать, что-то получат потом. Но это так называемые нелетальные поставки: одежда, медикаменты, продовольствие, полевые лазареты, бронежилеты, боевые каски… Оружия-то у них действительно много. Но это не принципиально.

Решать будет Путин. А он, как любой лидер, даже демократической страны, который, если долго находится у власти, неизбежно у человека сужается почти до точки круг общения, круг людей, с которыми он реально советуется. И, кроме того, после стольких лет успешного правления, он считает, что он сам знает лучше, и принимает только ту информацию, те советы, которые совпадают с его внутренним пониманием ситуации. Это со всяким человеком происходит, вот в таком положении находится с 2000 года г-н Путин. И когда такой очень суженый почти до точки круг референтов, то анализа последствий серьезных решений либо нет, либо он неправильный.”

По словам Павла Фельгенгауэра, какой бы сценарий ни выбрала Москва, он, как эксперт, не видит для России победного варианта, независимо от того, будут украинцы сопротивляться или нет.

Павел Фельгенгауэр: „Есть надежда в Москве у многих, что вообще не будут. НАТО не будет вмешиваться. Но… Украина не Грузия, и там, как говорится, за три часа от границы до столицы не доберешься. Это большая страна, и сил оккупировать ее целиком нет. Но мы там можем еще куски какие-то отхватить, ну, я не знаю, Одессу там, Николаев, Херсон, чтобы пробиться к Приднестровью, а значит, там, Донбасс, Луганск, Харьков… Но потом все равно придется остановиться. А украинские вооруженные силы останутся, они не сконцентрированы все, отнюдь, на российско-украинской границе. То есть, сопротивление будет продолжаться и оно будет нарастать. А для оккупации, эффективной оккупации нужно больше войск, чем для собственно завоевания – это известное правило.

Общественное мнение в России сейчас таково, что войну с Украиной поддерживает подавляющее большинство населения – 74 процента даже по опросам Левады готовы поддержать войну с Украиной, вообще действия руководства поддерживают 96%. Поддержка такая, что сейчас у Путина полный карт-бланш: что хочет, то может делать. Желание есть и поддержка есть, вот физические возможности наших вооруженных сил несколько ограничены. Я считаю, что это очень большая ошибка, что полезли, вообще связались с Украиной, не имея качественного превосходства вооруженных сил.”
XS
SM
MD
LG