Linkuri accesibilitate


Дорогие радиослушатели, добрый день. В студии Александр Фрумусаки, ведущий передачи Диалоги. 15 минут на Радио Свободная Европа. В сегодняшнем выпуске:

Отголоски украинских событий в Приднестровье. Точка зрения экспертов и мнение рядовых жителей левобережья Днестра. И.. Кремль предостерегает от любых попыток изоляции Приднестровского региона.

***

Дмитрий Рогозин и Евгений Шевчук

Дмитрий Рогозин и Евгений Шевчук

Свободная Европа: Российский вице-премьер Дмитрий Рогозин, который является и спецпредставителем России по Приднестровью, заявил на прошлой неделе, что, цитирую, «в условиях широкомасштабного политического и экономического кризиса на Украине любые действия ограничить свободу сообщения Приднестровья с внешним миром представляют прямую угрозу безопасности и конституционным свободам 200 тысячам граждан России, постоянно проживающих в Приднестровье. Россия никогда не забывает, что именно она является гарантом конституционных прав своих граждан», - написал российский вице-премьер на своей странице в Твиттере. Как отреагировали на это в Приднестровье рассказывает Юлия Михайлова.

В интервью телеканалу „Россия 24” глава тираспольской дипломатии Нина Штански сказала, что жители Приднестровья искренне переживают за происходящее на Украине. «Это страна-сосед. В Приднестровье треть населения – этнические украинцы, здесь живет уже более 100 тысяч граждан Украины, здесь переживали трагедию и точно знают, что никакие политические цели не могут достигаться ценой жизней людей. Надеемся, что ситуация в Украине стабилизируется», - сказала Штански.

В этом же интервью она сокрушается, что Кишинев не оставляет попыток давления на Приднестровье и что присоединение Молдовы к зоне свободной торговли с Европейским Союзом является новым вызовом для экономики региона. Нина Штански подчеркнула при этом, что, цитирую, «политика Приднестровья выстраивается на референдарной основе. На референдуме население Приднестровья выразило желание жить в независимой республике с ее последующим вхождением в состав России, и, как и 20 лет назад, Россия является единственным гарантом мира на берегах Днестра, утверждает Нина Штански.

Свободная Европа поинтересовалась у эксперта из Тирасполя Владимира Ястребчака, который в прошлом также возглавлял внешнеполитическое ведомство региона, как следует понимать предостережение российского вице-премьера Дмитрия Рогозина об угрозах изоляции Приднестровья:

Владимир Ястребчак

Владимир Ястребчак

Владимир Ястребчак: На мой взгляд, заявление Дмитрия Олеговича Рогозина, который является и спецпредставителем России по Приднестровью и одновременно сопредседателем молдо-российской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, в общем-то, логично и неслучайно. Российская сторона давно и планомерно реализует свою функцию гаранта в Приднестровье, осуществляет здесь целый ряд социально-экономических проектов. Поэтому вполне логично, что российская сторона подтверждает, скажем так, системный характер данных проектов и подтверждает то, что они реализуются на долгосрочной основе, вне зависимости от изменения политической конъюнктуры как в Приднестровье, так и вокруг Приднестровья. Что касается того, как украинская ситуация может повлиять на Приднестровье. В любом случае, нестабильная Украина так или иначе представляет собой вызов для всех сопредельных с ней государств – это и Приднестровье, и Республика Молдова, и другие государства, которые граничат с Украиной, потому что ситуация, когда влияние и возможности украинского центра, киевского центра ограничены, конечно, не добавляет стабильности и не способствует тому, чтобы Украина представляла собой такое вот единое, целостное образование, способное играть такую же значимую роль, как это было раньше, в переговорном процессе. Но тем не менее, те процессы, которые сейчас происходят на Украине, в любом случае это процессы, которые рано или поздно закончатся, и Украина все равно останется государством-гарантом, государством-посредником, если только не произойдет так что-нибудь экстраординарное, в чем я, допустим, искренне сомневаюсь, но тем не менее… И то, что происходит в Крыму, наверное, все-таки, это следствие естественных процессов, которые происходят на украинской территории, следствие тех естественных центробежных тенденций, которые были заложены с начала этого украинского кризиса и, в общем-то, ну, раз оно так происходит, то надо, действительно, наверное, смотреть, чем дело закончится и как будет выстраиваться уже новая конфигурация всех без исключения органов власти на Украине или на тех территориях, которые, так или иначе, входили в ее состав.

Мы спросили Владимира Ястребчака, не следует ли понимать заявление представителя кремлевской администрации, скорее, как утешительное послание Тирасполю - после того, как Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии, а сейчас собирается присоединить Крым, но пока еще не может или не хочет признавать независимость Приднестровья.

Владимир Ястребчак: Я думаю, что все будет зависеть от развития региональных процессов, насколько все стороны, участвующие в этих региональных процессах, будут готовы услышать голос Приднестровья. Ситуация в Крыму началась не спонтанно, началась не потому, что это внезапно каким-то образом появилось. А началось с того, что, действительно, новая власть в Киеве, которая претендует на легитимность, которая претендует на статус центральной, не готова была услышать позицию отдельных субъектов. Я думаю, что это имеет большое значение и для нашей ситуации, т.е. насколько официальные власти Кишинева будут готовы услышать позицию приднестровской стороны, насколько в своем стремлении к европейской интеграции они готовы будут учитывать законные интересы Приднестровья – вот от этого будет во многом, в значительной степени, зависеть то, как будет развиваться наша ситуация, наши события. Поэтому сейчас, по большому счету, наверное, действительно мяч на стороне Кишинева, вот насколько в своем стремлении к европейской интеграции Кишинев осознает те вызовы, те проблемы, с которыми ему предстоит столкнуться в диалоге с Приднестровьем в приближении вот этих процедур, связанных с подписанием соглашения об ассоциации. И в какой степени в этом же контексте Кишинев готов учитывать, но в данном случае это уже вопрос не только к Кишиневу, но и к Брюсселю – насколько эти субъекты готовы учитывать те особенности, которые есть с учетом неурегулированности конфликта между Молдовой и Приднестровьем.

О перспективах для приднестровского региона в случае, если новая украинская власть все-таки подпишет, наряду с Молдовой, соглашение об ассоциации с Европейским Союзом, Владимир Ястребчак сказал:

Владимир Ястребчак: Есть еще один нюанс – если Кишинев действительно будет использовать вот это соглашение об ассоциации, включая положение о режиме зоны свободной торговли, в качестве некой дубинки или в качестве некой угрозы для Приднестровья, то, конечно, это вызовет ответную реакцию и в Тирасполе, и вероятнее всего, в Москве. Поэтому Кишинев действительно подходит к той черте, когда надо очень серьезно соизмерять собственное стремление к европейской интеграции с теми перспективами для государственности Республики Молдова, которые вот это стремление несет. Но дело не только в Приднестровье. Уже подзабылся, конечно, но, тем не менее, гагаузский референдум от 2 февраля с.г. тоже стал, по крайней мере, политическим явлением, политико-правовым явлением, и с этим тоже надо будет считаться. Поэтому действительно молдавским коллегам надо будет соизмерять те вызовы, которые существуют для молдавской государственности со стремлением к европейской интеграции и с тем, что, в общем-то – что дальше…

Свободная Европа: Бывший глава тираспольской дипломатии Владимир Ястребчак.

***
Свободная Европа: О том, как события на Украине воспринимают рядовые жители Приднестровья, мы спросили у журналиста и экономиста из Тирасполя Сергея Мельниченко:

Сергей Мельниченко: Ситуация на Украине, естественно, не может оставлять равнодушными жителей Приднестровья, и тут сразу напрашивается несколько веских причин, которые лежат на поверхности. Это, прежде всего, соседство с этой страной. Это первый вариант: если у соседей плохо, то это, так или иначе, может сказаться в каком-нибудь усилении напряженности и в самом Приднестровье. Это фактор границы. Второе – это фактор этнического состава населения Приднестровья. Общеизвестно, что в Приднестровье население делится примерно на три равные части по этническому составу – это молдаване, русские и украинцы. Третий фактор, немаловажный – это наличие в Украине немалого числа родственников людей, проживающих в Приднестровье, в особенности в соседней, Одесской, области. Лично у меня – я сам этнический украинец – у меня проживают родственники в Украине; у моей жены-украинки тоже там родственники, мы общаемся с ними по скайпу, иногда спорим, разные взгляды на эти события, т.е. оно не может не волновать нас, мы беспокоимся за их здоровье, за их безопасность, за их эмоциональное состояние и так далее. Поэтому в Приднестровье ощущается некое съеживание – такое непонятное состояние тревоги, потому что, чего там, может быть, и не хотелось бы проводить определенные параллели, но в 92-м году, когда мирные жители уезжали от военного конфликта, первыми, кто их принял, это Винницкая и Одесская области. У меня супруга в мае месяце тоже с малолетним сыном уехала к своим родителям и пробыла там больше трех месяцев, где-то в середине августа только вернулась.

После Молдовы и стран Европейского Союза Украина – второй по величине экономический партнер приднестровского региона. Мы спросили экономиста Сергея Мельниченко, отражаются ли отголоски украинских событий на приднестровском бизнесе.

Сергей Мельниченко: Ощущается определенные, я не знаю, но говорят, что на границе ничего нет, и все-таки усиленные какие-то проверки, пограничный контроль, усиленные проверки грузов… И вот здесь уже вступают в действие некие экономические вопросы, ну, скажем, есть уже подтверждение: где-то недели две назад, когда ситуация там была особенно накалена, в Тирасполе существует такое предприятие «Тираслифт», так вот большинство комплектующих поставлялось с Украины, и в связи с напряженными событиями на Украине они вынуждены были проплатить, не знаю, в каком банке, но как бы им было трудно оплатить и трудно получить товар. Может быть, сейчас этот вопрос урегулирован, сообщений не было… И еще: я разговаривал с так называемыми малыми предпринимателями, которые занимаются торгово-закупочной деятельностью. Они тоже говорят, что определенные сложности возникают в плане того, что они, закупив ранее партии товаров, теперь распродают их и вот как бы уже наступило время закупать новые, но пока они не могут сказать, насколько им это удастся. То есть, в определенной степени может негативно отразиться на развитии малого бизнеса. Тем более, что в части продовольствия тоже в основном мы себя не обеспечиваем и основные поставки продовольствия идут, естественно, из соседних областей Украины, поскольку из других стран импортировать продукцию из-за транспортных расходов, наверное, нерентабельно.

Еще что беспокоит на бытовом уровне: Украина до сих пор не определилась с квотами для выпускников приднестровских школ для обучения в украинских вузах, и тут постоянно сюрпризы: в прошлом году это был паспорт иностранного украинца, который необходимо было иметь, в этом году, видите, неопределенность политическая пока не дает… А время-то идет. Так что, в общем-то, если на бытовом уровне, это тревога, обеспокоенность за родственников на Украине, т.е. мы же все жили в одной большой стране, не выбирали, то есть выбирали как раз разные места жительства, где нам лучше. Теперь мы живем в разных государствах, но родственные связи разорвать невозможно. Вот пока в отношениях с Одесской областью при пересечении границы – я сам ездил первого марта в Одессу в аэропорт – и как бы никаких проблем не возникало.

Свободная Европа: мнение тираспольского журналиста и экономиста Сергея Мельниченко.

***

Свободная Европа попыталась узнать, что думают рядовые жители левобережья Днестра по поводу вторжения российской армии в Крым и как оценивают они возможность того, что сложная ситуация на Украине может повлиять и на Приднестровье:

Севастополь, Крым

Севастополь, Крым

-Чтобы Крым перешел России – это самый оптимальный вариант для приднестровцев. Будет потом легче, если и Одесса присоединится к России, ну, Харьков, кто там у них еще сейчас остался, которые воюют с ними – присоединится к России, у Приднестровья будет больше шансов, возможностей с Россией связаться. Коридорчик этот появится и можно будет – ну, не знаю, как наши президенты договорятся – можно будет без границ ехать. Я считаю, что пусть крымчане стоят до конца и не отдают свою территорию каким-то фашистам, у которых нет головы.

-Очень бы не хотелось, чтобы какая-то критическая точка наступила. Очень беспокоит бездействие Европейского союза, тоже непонятна позиция украинских властей, и кто сейчас там вообще может здраво мыслить и кто может выступать за свою страну, как они разрешат этот конфликт – не знаю. Но и референдум тоже для меня под знаком вопроса, потому что странные два вопроса. Хотелось бы, наверное, чтобы все-таки Украина сохранила свою целостность. Если случится, обязательно отразится. Если Молдова сейчас поддерживает, парламент Молдовы говорит, что власть на Украине легитимна, законна, то все это прямое доказательство, что они будут поддерживать украинские власти, этих людей, которые пришли сейчас к власти. Поэтому, я не знаю, все может случиться. Это очень сильно, я считаю, отразится. Обратно, какие-то может быть – ну, не сказать, что нападки, но может случиться то же самое, что было в 91-ом году- 92-ом, да? – и мы можем точно так же решить этот вопрос референдумом, с такими же вопросами. Но обратно: кто нас признает? Россия? А остальное сообщество мировое?

-Ну, ситуация нехорошая, конечно, но Крым свое должен отстаивать, это же российская территория. Из истории ясно, что это российская территория. И раз их прижимают там и ситуация уже такая, что деваться некуда, уже им надо отстаивать только свои права. Я думаю, отстаивать права – это значит на самостоятельность. Ну, в принципе да, там уже как народ решит. Ну, в принципе, может, она не только в Приднестровье может отозваться, она может везде отозваться, потому что ситуация везде неспокойная в мире. Так что может отозваться, да, и у нас. Ну, мало ли, у нас тоже Молдова может что-то там свое прокрутить, это обязательно. И раз там такая ситуация, надо и нам свое положение раскрутить. Тем более, Запад поддерживает тех радикалов, которые против нормальной обстановки.

-Чтобы понять точно, какие сейчас происходят события, нужно собирать новости со всех вот этих вот ресурсных центров, по возможности, зарубежных, внутренних. Я этим не занимаюсь и не могу дать оценку происходящей ситуации, и не хочу ссылаться только на российские новости или на украинские. Поэтому я не могу даже сказать, насколько это правильно или не правильно, какая сторона виновата или нет. Но, если честно, хотелось бы – ну, не знаю, или чтобы Крым стал частью в составе России, потому что он все-таки принадлежит России, просто был отдан. И хотелось бы,конечно, это плохо, что там происходит, люди страдают, стресс – но хотелось бы, в связи с этим, чтобы и у нас изменилась ситуация, чтобы и о нас вспомнили, потому что и у нас тут не очень хорошо. Может, куда-то нас присоединили и признали. К России присоединили бы через границы. Вот так вот как-то.

-С правовой, юридической точки зрения то, что Крым сейчас хотят присоединить к России – раздаются такие голоса – это не совсем правильно, хотя, если рассматривать исторические какие-то документы, Кайнарджийский договор, например, 1774 года, то к этому основания есть. Но на Приднестровье может отразиться в том плане – да? – если некоторые восточные области, в частности, Одесская, будут присоединены к России, то тогда, в принципе, это на Приднестровье может повлиять напрямую. Опять же – присоединение к России. Но, как мне кажется, сейчас реально шансы на присоединение к России имеет Крым, а восточные и остальные области меньше имеют шансов.

-Ну, касаемо народного движения, насколько я понимаю, они отстаивают свою позицию, чтобы стать независимой республикой, то есть независимой областью Крым. Но, в принципе, почему бы и нет, тем более, это выгодно для России, потому что они давно хотели вернуть Крым – как порт, как военную какую-то точку. Ну, в принципе, как бы я поддерживаю в этом смысле народ, будь я на их место я бы, наверное, тоже так делала. Приднестровье является непризнанной республикой, которая мечется между Молдовой и Россией, и если опять же таки Крым станет Россией, я думаю, что, наверное, это как-то отразится на Приднестровье в плане того, что хотя бы украинцы будут неким образом нас все равно трогать. Насколько я помню, Приднестровье нет-нет, но хотело стать частью тоже России, хотя бы как автономная республика. Ну, возможно, и у нас теперь скажут: ах, раз пошла такая пьянка, и мы туда же за Украиной…Мне кажется, для нас все что ни происходит, лучше: чем быть непризнанной республикой, наверное, лучше быть либо же автономной российской, либо же украинской. Ну, молдавской как бы не очень хотелось бы. Наверное, опять же исторически сложилось, что у нас менталитет такой, что мы уже против Молдовы как бы там ни было, какие бы нам красивые сказки не рассказывали, большинство, наверное, встанет против Молдовы.

Свободная Европа: мнения случайных людей, встреченных нашим корреспондентом на улицах Тирасполя.

Дамы и господа, наша передача подошла к концу. Александр Фрумусаки благодарит вас за внимание и прощается с вами до следующей встречи. Вы слушали Радио Свободная Европа.
XS
SM
MD
LG