Linkuri accesibilitate

Министр обороны Грузии Ираклий Аласания – о России и НАТО


Бидзина Иванишвили и Ираклий Аласания

Бидзина Иванишвили и Ираклий Аласания

В эксклюзивном интервью РС Ираклий Аласания отвечает на вопросы о своих президентских амбициях, перспективе вступления Грузии в НАТО и нормализации отношений с Россией.

Как ожидается, 13 мая премьер-министр Грузии, лидер коалиции «Грузинская мечта» Бидзина Иванишвили назовет имя единого кандидата на пост президента республики от своего политического блока. Реальным кандидатом на этот пост эксперты считают министра обороны Ираклия Аласания. Консультации между Аласанией и Иванишвили по этому вопросу состоятся в субботу.

О 39-летнем сейчас Аласания, как о возможном главе государства, который может сменить на этом посту Михаила Саакашвили, в Тбилиси заговорили сразу после войны 2008 года. Тогда Аласания, в знак несогласия с политикой грузинских властей, ушел в отставку с поста Постоянного представителя своей страны в ООН . Оказавшись в оппозиции, он возглавил партию "Наша Грузия - свободные демократы". В Тбилиси Аласания считают одним из ближайших и самых влиятельных соратников нового премьер-министра. Корреспондент РС в Тбилиси Зураб Двали расспросил Ираклия Аласания о его взглядах на перспективы развития Грузии и причины политических неудач президента Саакашвили.

- Партия Саакашвили проиграла выборы, потому что не смогла выполнить свои обещания и до конца превратить свои идеи в дела. Фактически Саакашвили узурпировал власть, он получил слишком большие полномочия, практически лишив политической роли парламент и роли беспристрастного юридического арбитра - судебную власть.

- Не секрет, что Иванишвили, говоря о кандидатуре на пост президента от "Грузинской мечты", не раз называл вас своим фаворитом. Каковы ваши президентские амбиции?

- Я лично, как и партия "Свободные демократы", которую я представляю, поддерживаем президентскую республику. Однако, по всей видимости, общество в целом и большинство нашей правительственной коалиции выступают за вариант парламентской республиканской модели. Мы должны быть соучастниками этого процесса. Я очень рад, что у меня с премьер-министром сложились хорошие рабочие отношения. Я рад, что премьер-министр доверил мне такой важный пост, как пост министра обороны Грузии. Думаю, планы реформы оборонной отрасли мы сможем совместно с премьером довести до логического конца. У нас будут консультации по кандидатуре на пост президента. Я свое мнение по этому поводу премьер-министру высказал. В воскресенье или в понедельник он объявит имя кандидата
.
- А свою позицию вы не раскроете?

- Давайте дождемся заявления премьер-министра.

- Премьер Иванишвили заявил недавно, что в течение года Грузия получит «дорожную карту» для интеграции в НАТО. Насколько это реально?

- Эта оптимистическая оценка исходит из той динамики, которая возникла у Грузии на пути интеграции в НАТО, на опыте нашего участия в международной операции в Афганистане. В конце июня мы ожидаем в Тбилиси делегацию Североатлантического совета. У нас появится шанс продемонстрировать, как идут реформы оборонного и гражданского секторов. Я разделяю оптимизм премьер-министра, но называть дату получения "дорожной карты" пока я бы не стал. Это зависит от темпов реформ в Грузии, и ориентир для нас - саммит НАТО будущего года.

- Очень много сейчас говорят о необходимости восстановления связей с Россией, при этом Грузия явно смягчила тон в отношении Кремля. Вместе с тем, официальный Тбилиси не отказывается от курса на сближение с НАТО. Насколько реально, в таком случае, достичь взаимопонимания с российской стороной?

- Курс на сближение с НАТО выбрало большинство населения, большинство наших граждан в 2008 году, после войны с Россией. Это выбор нашего народа. Как правительственная коалиция, которую избрал народ, чтобы мы четыре года управляли государством, мы подотчетны избирателям. Я лично - "атлантист". Главным для внешней политики Грузии должна стать полномасштабная интеграция в НАТО и в европейское сообщество в широком смысле. Я думаю, что прагматизм, который вместе с премьер-министром мы придали нашим отношениям с северным соседом, отразится на этом интеграционном процессе положительно. Европа не хочет импортировать российско-грузинский конфликт. Есть факты, которые мы просто не можем игнорировать. Россия вела агрессивную войну против Грузии, она и сейчас оккупирует почти 20 процентов нашей территории. Но это не значит, что наша риторика должна быть агрессивной и милитаристской. Я уверен: процессы развития торговых связей, перемены в области гуманитарных и транспортных вопросов, дадут возможность Грузии без угрозы военной эскалации продвигать наши экономические и социальные интересы. Они дадут возможность грузинам, абхазам и осетинам лучше понять друг друга, начать качественно новые отношения. Для этого требуется время. Политика, которую ведет сейчас правительство Иванишвили, прагматична и эффективна.

- Однако Россия по-прежнему проводит ту же самую политику, которую проводила в то время, когда политику Грузии определял Саакашвили. Пока четких ответных сигналов из Москвы нет. Чем вы это объясняете?

- У нас не было иллюзий. Мы и не ожидали, что Москва изменит свои позиции в ближайшем будущем по вопросу о территориальной целостности Грузии или по поводу нашей интеграции в НАТО. Должно пройти время для того, чтобы возникли предпосылки для разговора о проблемных для двух государств темах, но мы придем и к этому. Я думаю, что в долгосрочные интересы России входит Грузия как целостная и единая страна, как солидный партнер Москвы на Южном Кавказе. Но сейчас, в ближайшем будущем, я думаю, это невозможно, и иллюзий у нас нет. Сейчас мы хотим, чтобы наши бизнесмены имели такие же возможности в России, какие российские бизнесмены уже много лет имеют в Грузии. Я уверен, что Олимпиада в Сочи тоже входит в интересы всех стран, и Грузии тоже, всех закавказских и кавказских народов, всем важно, чтобы она была проведена успешно. Так что есть задачи, которые мы совместно должны решать в ближайшем будущем.

- Как вы думаете, насколько возможна нормализация отношений при президенте Владимире Путине?

- Это будет крайне трудно. Но прагматизм, который мы проявляем, просто не оставит политикам России другого выхода, кроме такого же прагматичного ответа – в области торговли, транспорта, по гуманитарным контактам. В этом формате политическое руководство России готово к ответным шагам, Москва об этом не раз заявляла. Что касается полномасштабного урегулирования – пройдет немало времени, пока мы дойдем до этой стадии. Я уверен, что и в России в конце концов придут к власти политики, которые очень хорошо знают Европу, уважают Европу, которые учились там, которые занимались в Европе бизнесом, которые понимаю преимущества либеральной демократии. Я уверен, что и Россия начнет движение к такому обществу. Однако: наше правительство уважает то правительство, которое есть в соседнем государстве. И, конечно, мы с ним будем иметь дело.

Фрагмент итогового выпуска программы «Время Свободы»
XS
SM
MD
LG