Linkuri accesibilitate

"Список Магнитского": "Это первый шаг"


Сенатор Роджер Уикер, республиканец, штат Миссисипи, в интервью Радио Свобода


Конгресс подошел к вопросу крайне серьезно, когда мы включили имя Магнитского в законодательный акт, накладывающий ограничения на ряд российских граждан. И очевидно, что реакция российского правительства на этот шаг показывает: они тоже воспринимают это очень серьезно. Опубликованный список – это, по меньшей мере, первое усилие администрации выполнить закон, но небольшое количество лиц, включенных в список, огорчает. Так что я намерен продолжать работать с моими коллегами по Конгрессу и с администрацией Обамы, для того чтобы те намерения, с которыми принимался "Акт Магнитского", были полностью воплощены в жизнь.

Заявление сенатора Бенджамина Кардина, демократа от штата Мэриленд


Первая группа имен, обнародованная администрацией в соответствии с "Актом Магнитского", – это серьезный и исторический первый шаг. Это больше, чем просто символическое послание, что те, кто виновны в серьезных нарушениях прав человека в России и по всему миру, не избегут последствий, даже если их собственные страны бездействуют. Я жду продолжения сотрудничества между Конгрессом и администрацией Обамы в реализации "Закона Магнитского", чтобы все, кто должен быть в списке, вошли в него. Я рад, что в первоначальный список включены официальные лица, которые были причастны к смерти Сергея Магнитского, как и к другим преступлениям. Я уверен, что этот список, как и имена, которые еще будут добавлены в него, могут быть вынесены для международного рассмотрения.

Заявление конгрессмена Джима Макговерна, демократа от штата Массачусетс


Я считаю этот список важным первым шагом к тому, чтобы люди, совершившие вопиющие нарушения прав человека, понесли ответственность. Им запрещен въезд в США и использование нашей финансовой системы. Хотя список скромный и содержит больше заметных упущений, чем имен, я получил заверения от представителей администрации, что расследование продолжается и что пополнения списка будут делаться по мере появления новых свидетельств. То, что имя не находится в списке, не значит, что этот человек невиновен. И, как ясно дает понять список, закон уполномочивает администрацию использовать закон и в отношении других случаев нарушения прав человека, а не только в отношении дела Магнитского. С помощью "Акта Магнитского" мы хотим дать понять, что поддерживаем тех, кто защищает права человека и законность в России. Существуют пределы власти даже для самых властных нарушителей прав человека в России. Я знаю, администрация с этим согласна, я буду внимательно следить за дальнейшими усилиями. Сергей Магнитский и другие подобные ему люди нашли в себе смелость противостоять глубоко коррумпированной российской системе, и, конечно, правительство США может сделать то же.

Уильям Браудер, президент Hermitage Capital, в интервью Радио Свобода


Это исторический момент в борьбе против нарушений прав человека в России. Тот факт, что американское правительство признало, что судебная система в России не работает и что надо предпринимать действия извне России, – это хороший прецедент. Это хороший первый шаг. Но есть еще много имен, которые надо добавить к этому списку – как тех, кто был причастен к неправомерному аресту, пыткам и смерти Магнитского, так и тех, кто причастен к другим вопиющим нарушениям прав человека в России. Но это не окончательный список, это первый список. А таких списков будет много. Плюс, ведь может существовать еще и конфиденциальный список, о котором мы не знаем. Более того, чтобы ввести санкции, Государственный департамент должен был иметь в своем распоряжении полное досье на человека. А я не уверен, что у Государственного департамента есть физическая возможность это сделать. Так что теперь неправительственные организации, заинтересованные лица, юристы – как Магнитского, так и других жертв правового произвола – будут предоставлять Государственному департаменту материалы, с тем чтобы и другие фамилии были включены в список.

Дэвид Крамер, президент правозащитной организации Freedom House, в интервью Радио Свобода


Мне бы хотелось, чтобы список был длиннее, но я с удовлетворением увидел, что он включает в себя лиц, причастных к делу Магнитского, что было основной задачей при принятии этого акта. Но список также включает еще две фамилии людей, причастных к убийству чеченских граждан и к убийству журналиста Пола Хлебникова. И что еще важно, так это то, что это процесс в развитии, я надеюсь. Есть также секретный список, и это, как мне хотелось бы верить, будет держать российских официальных лиц в напряжении: а не попали ли они в список? Но, конечно, администрация выбрала очень узкий подход, интерпретируя этот закон. Но для того, чтобы администрация ввела не только визовые, но и финансовые санкции против человека, этот человек должен отвечать определенным критериям. Эти критерии очень жесткие. Ввести только визовые санкции проще. При финансовых санкциях досье должно быть намного более серьезным. В результате подход получился минималистским. Подчеркну еще раз: мне бы хотелось, чтобы список был значительно более длинным. Есть еще много имен, которые можно в него добавить. Но способ решения этой проблемы – либо принять поправку к закону, что предложил конгрессмен Макговерн, либо сразу же заявить, что список будет дополняться. Я надеюсь, что мы все будем совместно работать над этим, поскольку, в конце концов, ситуация с правами человека в России становится только хуже. И Соединенным Штатам придется на это реагировать. То есть, когда мы говорим, что положение с правами человека в России неприемлемо, мы должны что-то делать, мы не можем ограничиваться пустой риторикой. А этот законодательный акт – лучший способ предпринять конкретные шаги для того, чтобы господин Путин и другие были привлечены к ответственности за свое вызывающее поведение.
XS
SM
MD
LG