Linkuri accesibilitate


О засилье «чужих» в Европе в последние годы не пишет только ленивый. То и дело появляются пугающие журналистские материалы о том, что Европа вот-вот станет Еврабией, что к 2050 году мусульманское население Старого континента превысит коренное и т.д.

С одной стороны, журналисты всегда склонны приукрашать действительность и сгущать краски, но, с другой стороны, европейские лидеры уровня Ангелы Меркель, Николя Саркози и Дэвида Кэмерона не станут говорить о провале мультикультурализма лишь ради красного словца. Их выступления основываются на нерадостной статистике: число мигрантов в Европе не уменьшается, а степень их языковой, социальной, культурной и религиозной интеграции отнюдь не повышается.

По этой причине моя с женой недавняя поездка в Париж, помимо романтики, имела и более приземленные цели. Поскольку тема моей магистерской диссертации напрямую затрагивает тему мультикультурализма в Европе в целом и во Франции в частности, я решил, что было бы неплохо совместить приятное с полезным и параллельно осуществить околонаучное наблюдение – так сказать, изучение ситуации эмпирическим путем.

Сразу же по прилету в аэропорт Бове бросилось в глаза то, что местный персонал «второго уровня» - регулировщики, развозчики багажа – чернокожие или арабы. То же самое касалось водителей автобусов, везших нас из Бове и обратно. Сплошь африканцы. Кассиры в метро, каждый второй продавец магазина – чернокожий или араб.

Но что удивительно, эти люди не попадаются на глаза в том количестве, в котором их представляют журналисты или политики. Да, на улицах Парижа много чернокожих, они чаще всего многодетны, но это лишь каждый четвертый или каждый пятый. Арабов и того меньше – я не видел потока женщин в хиджабах, не заметил множества мрачных бородачей с горящими глазами. К слову, в Брюсселе, который я посещал 6 лет назад, представителей Ближнего Востока было в разы больше!

Я не заметил толпы мусульман, молящихся под открытым небом, и это притом, что нам удалось посетить почти половину Парижа, да еще проехать через печально знаменитые окраины, которые осенью 2005 года оказались в центре мирового внимания после арабских беспорядков. Зато в глаза бросались китайцы, вьетнамцы и тайцы, которые контролируют практически все заведения восточноазиатской кухни. Вот кого действительно много! И они значительно отличались от японских туристов, которые всегда одеты с иголочки и обвешаны дорогой техникой.

Понятие «мультикультурная Франция» интересно исследовать с точки зрения туристической инфраструктуры. Так, в большинстве музеев и выставочных центров вывески и объявления сделаны, помимо французского, на английском и испанском языках. В метро объявления делаются по-английски и по-японски (!). Крупные магазины встречают вас, плюс к этим языкам, по-немецки и по-русски. Объявлений на арабском и китайском языках достаточно мало.

Это позволило мне сделать вывод о том, что арабов и китайцев во Франции рассматривают как мигрантов, то есть как часть общества, и соответственно, к ним предъявляются общие требования – знать французский! О гипертрофированной любви французов к своему языку говорить, я полагаю, излишне. И надо сказать, что «почти» французы из Алжира или Шанхая добросовестно говорят на языке Вольтера, стараясь по максимуму интегрироваться в общество.

А японцы, итальянцы или русские – это прежде всего туристы, источники миллиардов евро, гости, которых нужно уважить. Кстати, во французах я не заметил той враждебности по отношению к носителям английского языка, о которой часто пишут. Они легко переходят на английский и не выказывают никакого пренебрежения. То ли глобализация сказывается, то ли деньги в годину кризиса важнее национальной гордости.

Вот что действительно не является мифом или преувеличением, так это отсутствие детей у коренных французов. Ну, не хотят они рожать! На одной улице можно увидеть с десяток парижанок разных возрастов с собачками, но едва ли одна из пяти будет замечена с ребенком. В этом вопросе, конечно, главенствуют арабы и чернокожие. Так, в одном магазине я увидел африканца с четырьмя ребятишками, скорее всего, погодками. Зато белых детей не было вовсе. Очень удивило практическое отсутствие магазинов игрушек – и это на фоне безумного количества бутиков и многоэтажных магазинов одежды.

Словом, Европе и Франции есть над чем подумать. Интегрировать другие народы, культуры и религии – да, это неизбежно в глобальном мире. Требовать от них исполнения французских законов и европейских ценностей – безусловно. Заботиться о будущих поколениях и, извините, производить эти поколения – бесспорно. Как пелось в одной старой доброй песне, «Чтоб тебя на Земле не теряли / Постарайся себя не терять». Если Европа в ее классическом понимании хочет сохранить себя, она должна сберечь вековые идеалы, помнить о семейных ценностях и оставаться привлекательной, но требовательной!

Arată comentarii

XS
SM
MD
LG