Linkuri accesibilitate

5+2=7. Теперь и в приднестровском урегулировании


Эрнест Варданян, политолог, журналист

Эрнест Варданян, политолог, журналист

17-18 апреля в австрийской столице прошел третий раунд официальных переговоров в формате 5+2 «Постоянного совещания по политическим вопросам в рамках процесса по приднестровскому урегулированию». После возобновления полноценной работы формата в ноябре 2011 года в Вильнюсе участники уже успели встретиться в конце февраля в столице Ирландии – страны-председателя ОБСЕ в нынешнем году.

Как раз последняя, дублинская встреча многими экспертами оценивалась как почти провальная, поскольку на тот момент стороны не смогли прийти к согласию в самом принципиальном вопросе – равенства сторон. В интервью газете «Коммерсант-MD» спецпредставитель России в переговорном процессе Сергей Губарев тогда лаконично заявил: «Молдаване были против».

Однако венский раунд принес сенсационную весть: молдаване уже не против. Вице-премьер по реинтеграции Евгений Карпов заявил: ввиду того, что Россия и Приднестровье, а также другие участники переговоров, настаивали на утверждении принципа равноправия, Кишинев дал согласие. Правда, с оговоркой: равенство только в формате дискуссий и инициатив, без юридического оформления и тем более без затрагивания правового статуса РМ как государства.

Итак, Республика Молдова согласна: равноправию и взаимоуважению быть. Безусловно, это большое достижение в переговорах. Однако сразу возникает вопрос: если молдавская сторона считает это позитивным шагом, почему она не давала согласия ни в Вильнюсе, ни в Дублине? Помнится, ведомство по реинтеграции утверждало, что не допустит равного с собой статуса Приднестровья.

Возможно, ответ кроется в следующем утверждении господина Карпова: «Каждый имеет право выходить с любыми инициативами, выдвигать любое предложение или поднимать на обсуждение любой вопрос, который вписывается в тематику приднестровского урегулирования».

Предположу, что радость Кишинева объясняется тем, что такие же права в переговорах отныне получают Соединенные Штаты и Европейский Союз. Напомню: Вашингтон и Брюссель присоединились к пятистороннему формату в качестве наблюдателей в сентябре 2005 года на встрече в Одессе, что стало большим достижением молдавской стороны, которая до этого довольно долго убеждала партнеров в необходимости расширения формата.

После 2005 года Кишинев неоднократно пытался добиться повышения статуса США и ЕС до уровня посредников, то есть уравнять их с Россией, Украиной и ОБСЕ, но всячески натыкался на противодействие то Тирасполя, то Москвы, а то обоих сразу.

И вот теперь «каждый имеет право выходить с любыми инициативами». Не исключено, что молдавская сторона пошла на своего рода размен: согласие на равное положение (не статус!) Приднестровья в обмен на такие же привилегии для наблюдателей. Ведь юридически США и ЕС так и останутся наблюдателями, но после Вены они существенно увеличивают свой вес.

На реальность такого размена намекает и сам Карпов, говоря, что о равноправии всех сторон просили не только Москва с Тирасполем. А поскольку из оставшихся участников Украина и ОБСЕ уже имеют высокий статус посредников (Киев – еще и гарант), не требующий дополнительно обозначенного равноправия, выходит, что на Кишинев повлияли именно западные партнеры.

Если моя версия подтвердится, то Евгений Карпов и Нина Штански могут занести по одному баллу в свой актив – каждый принес своей стороне существенный бонус. Уже не говоря о том, что Вашингтон и Брюссель получают право инициативы, а это колоссальное достижение Запада.
Однако мне представляется, что венская сенсация объясняется не только разменом. Ведь прямо накануне встречи в австрийской столице вице-премьер, спецпредставитель Кремля по Приднестровью Дмитрий Рогозин в ходе бесед с общественностью в Тирасполе прямым текстом заявил: «Если Молдова не хочет признавать Приднестровье равноправным партнером в переговорах, то пусть берет на себя газовый долг Приднестровья и оплачивает его».

Строго говоря, российский чиновник прав, ибо Приднестровье все еще считается частью Республики Молдова, следовательно, все внешние долги Тирасполя суть долги Кишинева. Но поскольку в политике далеко не все делается в соответствии с буквой закона, то высказывание Рогозина можно воспринимать как шантаж чистой воды. По крайней мере, до него ни один российский эмиссар, тем более такого высокого уровня, не проводил открытой прямой связи между трехмиллиардным газовым долгом Левобережья и внутренней «кухней» переговоров по приднестровскому урегулированию.

Между тем, премьер РМ Влад Филат в интервью «Europa Liberă» заявил, что не считает приезд Рогозина связанным с венским раундом, но такая связь упорно напрашивается! Дата и место апрельской встречи 5+2 были известны заранее, еще до того, как Рогозин был назначен на эту должность, и его визит в Кишинев и Тирасполь аккурат перед приднестровскими консультациями не может быть простым совпадением. Да и откровенность заявлений эмиссара Кремля настолько красноречива, что не может пониматься иначе, как «рекомендация» Кишиневу быть сговорчивее.

Давление Москвы проявилось и в другом вопросе: сначала Молдова в лице Филата отвергла идею открытия консульства РФ в Тирасполе, но после «газовой речи» Рогозина премьер-министр вспомнил о том, что с подобной просьбой к Кишиневу обращалась не только Москва, но и Киев. Тон выступления Филата заметно изменился, и он пообещал изучить вопрос, в первую очередь, упирая на вопросы безопасности и дипломатического иммунитета. В общем, Рогозин недвусмысленными жестами показал руководству РМ: «если нельзя, но очень хочется, то можно!»

Итак, следующая встреча в Вене, намеченная на июль, обещает быть интригующей. С какими идеями приедут дипломаты США и ЕС – уже не наблюдателей, но еще не посредников? Сможет ли Запад уравновесить влияние России на Днестре – теперь для этого есть практические рычаги! Ведь формат 5+2 уже смело можно называть семисторонним. Пять плюс два совершенно точно равняется семи.
XS
SM
MD
LG