Linkuri accesibilitate

Политолог Ричард Эбелинг – о Путине, глядящем в прошлое


Владимир Путин обращается к своим сторонникам. 4 марта 2012 г

Владимир Путин обращается к своим сторонникам. 4 марта 2012 г

Американские эксперты в целом не удивлены итогами состоявшихмя в воскресенье президентских выборов в России. Напомним, победу в первом туре одерживает Владимир Путин, получивший более 63 с половиной процента голосов. На втором месте Геннадий Зюганов, у него немногим более 17 процентов голосов. Бизнесмен Михаил Прохоров, набравший около 8 процентов, – на третьем. На четвертом – Владимир Жириновский – чуть более 6 процентов. На пятом – Сергей Миронов – порядка 4 процентов. Явка составила 65 процентов.

Ситуацию анализирует профессор Нортвудского университета в Мичигане Ричард Эбелинг.

– Насколько совпали с вашими ожиданиями ход и результаты выборов президента Российской Федерации 4 марта?

– Итоги выборов в точности совпали с ожиданиями большинства тех, кто следил за событиями в России, включая меня. Владимир Путин набрал две трети голосов. Но что это были за выборы? Они сопровождались откровенно жесткими ограничениями и запретами на любое выдвижение кандидатов от реальной оппозиции, способных открыто и честно состязаться с Путиным. Радио, телевидение и многие газеты жестко контролировались, чтобы ограничить освещение кампании благоприятным для Кремля контентом и укрепить имидж самого Путина. А тем, кто пытался сопротивляться или выражать несогласие на демонстрациях в Москве и других городах, не давали выступать с серьезными политическими заявлениями. К сожалению, российские президентские выборы в воскресенье стали еще одним примером выхолащивания слова "демократия". Это – управляемая демократия с практически предопределенным результатом.

– Что вас более всего удивило на этих выборах?

– Поразило обилие сообщений от наблюдателей о том, что, несмотря на гнев, разочарование и раздражение многих манипуляциями на декабрьских выборах в Госдуму, такие манипуляции повторились и 4 марта. Опять сообщалось об "избирательских каруселях". Группы людей в автобусах возили по различным избирательным участкам, где они голосовали по нескольку раз, попирая важнейший демократический принцип "один человек – один голос". Несомненно, огромное число россиян продолжает поддерживать Путина, и если бы выборы больше соответствовали демократическим стандартам, он все же был бы избран, хотя и меньшим большинством голосов. Но, видимо, опасаясь, что недобор 50 процентов голосов потребует проведения второго тура и Путин не сможет сразу объявить о своем триумфе, Кремль снова применил манипулятивные методы в попытке достичь результата, которого хотел ведущий кандидат.

– Владимир Путин набрал две трети голосов, Остальные четверо кандидатов – в разы меньше. Как бы вы прокомментировали такие результаты голосования?

– Учитывая, что большинство людей все же могли свободно идти на выборы и голосовать за кого хотели, скромные показатели кандидатов, конкурировавших с Путиным, отчасти можно объяснить широким разбросом мнений среди россиян, не согласных с возвращением Путина в президенты. Но какого будущего они хотят для своей страны? Возврата к государству социальных гарантий советского образца? Усиления агрессивного национализма? Или большего доступа к либерально-демократическим ценностям? К сожалению, обилие поводов для раздоров среди соперников Путина не позволило подготовить единого кандидата. Вместе с тем свыше трети голосов, не поданных за Путина, говорят о степени разочарования в обществе его курсом.

– Перед выборами слышались предположения, что 5 марта россияне проснутся в другой стране. Каково ваше мнение на этот счет?

– Россия уже стала другой за последний год – в том смысле, что люди перестали проявлять пассивность. Десятки тысяч россиян в последние пару месяцев приняли участие в мирных демонстрациях, выражая разочарование направлением, в котором движется страна. Проблема сейчас в том, какой именно путь должен вести к переменам, какие политические механизмы должны быть применены для эффективной самоорганизаци общественных сил и выработки альтернативных путей. Нынешнее руководство России, стремясь поддерживать видимость демократической открытости, продолжает попытки ограничить имеющийся выбор для тех, кто уже публично обозначил настроения в обществе. Но джинна трудно загнать назад в бутылку. Людей уже не разгонишь по домам. В последнее десятилетие россияне стали жить материально лучше, больше путешествовать за границу. Они говорят: почему мы не можем иметь такую же свободу выбора в политической сфере? И, на мой взгляд, такое их стремление необратимо.

– На ваш взгляд, готова ли российская власть к переменам?

– Я не думаю, что Путину и его окружению будет легко согласиться на реальные перемены. В последние недели в своих газетных статьях он выступил с множеством программных заявлений о направлении, в котором пойдет Россия, о необходимости создания диверсифицированной и более развитой экономики, о привлечении инвестиций. Но кто же как не он был у власти в последние 12 лет в качестве президента или премьера? Это ведь именно его политика сопровождалась большими перекосами в национальной экономике, которая в основном оставалась сырьевой. Это его администрация ограничивала внутренние и зарубежные инвестиции в российскую экономку путем манипулирования внутренним рынком, не позволяя создать более открытую среду для привлечения иностранного капитала к партнерству с российскими предпринимателями. Это его режим способствовал разочарованию среди тех, с кем он сейчас заигрывает и кому обещает решение всех проблем. Но дело в том, что Путин – это не решение проблемы. Это сама проблема! В определенном смысле он испытывает столкновение с самим собой. Пропагандистские попытки представить его как динамичного кандидата иллюзорны. На самом деле Путин смотрит в прошлое – но не в будущее.

– Какой внешнеполитической линии вы ожидаете от Владимира Путина после того как он снова вступит в должность президента России?

– Думаю, что на международной арене Путин будет рассматривать свой очередной приход в Кремль как возможность укрепить свое влияние, продолжить свои попытки восстановить место России в глобальной политике как сильной военной державы. Для свободных людей нет ничего плохого в поиске места под солнцем. Но ведь это тот самый Владимир Путин, который несколько лет назад назвал развал тоталитарного государства - СССР - величайшей геополитической трагедией ХХ века. Он все еще одержим мечтой о России-сверхдержаве, способной запугивать и шантажировать международное сообщество, а не о России, которая бы являлась мирным партнером в международных отношениях к взаимной пользе для всех в мире.
XS
SM
MD
LG