Linkuri accesibilitate

Политолог Марк Урнов – о катастрофах как признаке системного кризиса


Марк Урнов

Марк Урнов

Авиакатастрофа в Ярославле вновь заставляет вспомнить о системных проблемах управления, с которой сталкиваются российские власти. О какой модернизации и инновативном развитии страны можно говорить в стране падающих самолетов и тонущих пароходов?

Собеседник Радио Свобода – декан факультета политологии московской Высшей школы экономики Марк Урнов:

– Оборудование стареет. В свое время Медведев огласил цифру, которая в экспертном сообществе давно крутилась: порядка 70 процентов основных фондов морально или физически изношено. Это было год назад. Качество труда ухудшается. Трудовая этика, судя по оценкам социологов, из года в год падает, потому что люди хотят меньше работать, больше получать. Плюс утечка умов и активных кадров. Надо, во-первых, отдавать себе отчет в масштабах этой проблемы, понимать, что для ее решения своих собственных сил, внутренних, совершенно очевидно, не хватит. Понять, что надо выбирать между пушками и маслом.
Происходят совершенно жуткие катастрофы - то корабль тонет, то падает самолет – при этом на полном серьезе обсуждается ситуация, что он упал, потому что в него закачали плохое топливо… Нужно понимать, что нам нужна ментальная революция.

Невозможно одновременно говорить о том, что мы создадим военную супердержаву, невозможно конкурировать с Западом, хотя и не нужно конкурировать. Те деньги, которые на ветер выбрасываются, вкладываются во всякого рода суперавианосцы... Наверное, надо вкладывать их в обновление гражданской инфраструктуры, в обновление основных фондов плюс в решение самой фундаментальной проблемы - в оздоровление населения. Только на этом фоне, на четком совершенно приоритете социальных программ и программ обновления основных фондов можно разговаривать о модернизации.

Но если так, нужно понимать, что мы одни в этом мире не можем существовать, что нам нужны стратегические союзники, а эти стратегические союзники, с моей точки зрения, только на Западе находятся. Надо открывать границы для иностранного капитала, чтобы он шел в Россию, в ключевые отрасли, чтобы были массированные инвестиции - и финансовые, и технологические, и управленческие. Нужно активнейшим образом бороться с коррупцией. Нужно создавать более комфортную политическую атмосферу.

Происходят совершенно жуткие катастрофы - то корабль тонет, то падает самолет – при этом на полном серьезе обсуждается ситуация, что он упал, потому что в него закачали плохое топливо… Нужно понимать, что нам необходима ментальная революция, глубокое понимание чудовищных сложностей проблем, которые невозможно решить, находясь в старой системе миропредставления о своем собственном величии, в условиях, когда доминируют государственные компании, находящиеся в руках у очень узкого круга людей, и ни о какой конкуренции речи не идет, когда они непрозрачны, когда они коррумпированы… Вот либо это мы все сломаем и поменяем, либо вся эта модернизация – просто пустые слова, которые будут прикрывать постепенную деградацию страны с последующим ее развалом.

Вы обозначили некоторые кризисные точки: сокращение военных расходов, изменение приоритета в бюджетной политике, поиск стратегических союзников за рубежом. В общем, все это можно свести еще и к одной формуле: создание современной системы управления страной. Как это связано с современной политической системой?

– Говорить о модернизации в условиях коррумпированного, непрозрачного, авторитарного режима смешно. Это надо менять. Но сложность проблемы состоит в том, что она не сводится к институциональным изменениям. Мы страдаем в значительной степени от чудовищно низкого качества политической элиты, а она не может быть сформирована за 10 лет. Управление паршивое, потому что элита такая. А институты паршивые, потому что тоже элита такая, а у населения авторитарный строй в голове. Для изменений нужна мощная политическая воля хотя бы части элиты.

А где ее взять, эту политическую волю?

– В этом и вопрос. Сегодня мы находимся в ситуации очень трагичной, когда будущее страны отнюдь не гарантировано.

Где точка невозврата, после которой настанет всеобщая расплата? Она видна уже?

– Я думаю, осталось лет десять.

Это внутреннее ощущение или есть какой-то политологический прогноз?

– У меня есть одно гнусное свойство для политического эксперта: я, как правило, интуитивно называю правильные тенденции. Что тут происходит? Накапливаются безумные долги, качество армии – сами знаем какое. Если сегодня большая часть малого предпринимательства собирается съезжать куда угодно, хоть в Китай, если качество образования за последние несколько лет опустилось на несколько пунктов, если конкурентоспособность страны за последние три года существенно ухудшилась...

Может быть, это естественный исторический процесс?

– Быть может, и естественный. Потому что на самом деле такого чудовищного эксперимента со своим собственным населением, какой у нас был на протяжении 75 лет коммунистической диктатуры, в новом времени не было: когда сознательно истреблялась лучшая часть населения, когда остальная часть населения жила в страхе и спивалась. Ведь нынешний уровень потребления алкоголя, по официальной статистике, 18 литров на душу населения в год. При красной черте, которую дает Всемирная организация здравоохранения в 8 литров (дальше начинается деградация). Мы можем постараться, мы должны постараться, но какой будет эффект, право слово, для меня вопрос большой. Может быть, эти процессы уже сейчас необратимы.

Не хотелось бы завершать беседу на такой трагической ноте. Вы говорите, что "мы должны постараться". "Мы" – россияне? Это 140 миллионов человек, которые по-разному представляют себе направление этих стараний.

– Я хочу верить, что в России существует, по крайней мере, тысячи три-четыре порядочных людей, понимающих глубинный трагизм нынешней ситуации. Часть из них наверняка находится во власти, часть из них – в интеллектуальной среде. Если не объединятся эти силы, понимающие, что срочно необходимо обединиться (срочно не в том смысле, что "весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем..."), и начать действовать. Как? Пока не знаю, но для этого сначала надо объединиться.
XS
SM
MD
LG