Linkuri accesibilitate

Обозреватель РС Олег Кусов – о загадках российско-грузинского противостояния


Олег Кусов

Олег Кусов

8 августа 2011 года пресс-служба Кремля сообщила: президент России внес на ратификацию в Госдуму соглашения об объединенных российских военных базах в Южной Осетии и Абхазии. Сообщение пришло в годовщину августовских событий трехлетней давности. Тогда, в ночь с 7 на 8 августа 2008-го в Цхинвали начались боевые столкновения грузинских и югоосетинских вооруженных формирований, переросшие в настоящую войну. Ответов на многие вопросы, связанные с этой войной, нет до сих пор.

Самая большая загадка грузино-российского противостояния августа 2008 года – то, что происходило до 8 августа в зоне административной границы Южной Осетии и Грузии. В частности, до сих пор точно не известно, когда российские военные пересекли Рокский тоннель – де-юре, российско-грузинскую границу.

Грузинская сторона утверждает, что начиная с 1 августа югоосетинские формирования обстреливали грузинские населенные пункты в зоне конфликта как на территории Южной Осетии, так и во внутренних районах Грузии. Известно, что 2 августа уже был ранен первый миротворец - грузинский боец, получивший ранение после обстрела с югоосетинской стороны. Также известно, что вечером 6 августа госминистр Грузии Тимур Якобашвили обратился по телевидению к цхинвальским властям с просьбой начать прямые переговоры не в составе так называемой "четырехсторонней комиссии", а в формате "два на два" при посредничестве российского МИДа. То же самое предложение Якобашвили подтвердил, прибыв в район Цхинвали 7 августа, но получил отказ: на переговоры югоосетинская сторона не пошла.

В Южной Осетии, в свою очередь, утверждают, что, начиная с того же 1 августа, грузинские формирования потихоньку подтягивались к Цхинвали и предприняли попытки захватить стратегические высоты над городом, чтобы вести уже огонь оттуда. Эти попытки были отбиты.

Обе стороны обвиняют друг друга во взаимных артобстрелах, обе стороны говорят, что первые жертвы этой войны появились именно до 8 августа.

По поводу даты пересечения российскими военными Рокского тоннеля споры идут до сих пор. Российская сторона утверждает, что все это происходило после того, как началась спецоперация грузинских сил в ночь с 7 на 8 августа. По российской версии, в 5 часов утра 8 августа первые российские танки пересекли эту черту. А по версии грузинской стороны, это случилось еще 7 августа – чему, в частности, есть косвенные подтверждения в российской печати. "Красная звезда" опубликовала беседу с российским военным, который сказал, что 7 августа "мы уже были на территории Южной Осетии". Потом Минобороны РФ опровергло эту информацию, заявив, что военный ошибся, перепутал числа. Но 7 августа 2008 года в программе "Вести" Сергей Багапш сообщил, что он говорил по телефону с Эдуардом Кокойты и тот ему подтвердил, что войска Северо-Кавказского военного округа уже находятся на территории Южной Осетии. Вот такое разночтение сохраняется до сих пор...

Едва завершившись, "пятидневная война" сразу же переросла в мощное идеологическое противостояние России и Грузии. Подписав 16 августа соглашение об окончании боевых действий, президент Медведев, будучи Главнокомандующим российскими вооруженными силами, отказался выполнять самый главный пункт соглашения – о том, что российские войска должны вернуться на те позиции, которые они занимали до 8 августа, то есть выйти на территорию Северной Осетии. На этот пункт российская сторона закрыла глаза и до сих пор его не выполняет. Здесь – источник всех остальных эпизодов противостояния: шпионских скандалов, полной блокады Грузии. Сейчас, конечно, уже совершаются отдельные авиарейсы, небо открыто для некоторых коммерческих самолетов, но регулярное сообщение между Грузией и Россией отсутствует. Отсутствуют дипломатические отношения. На почте невозможно отправить письма в Грузию из России. Жизнь замерла. И периодически она осложняется такими происшествиями, как взрывы у американского посольства в Тбилиси, про которые грузинские спецслужбы говорят, что это дело рук российского ГРУ и т. д.

Конечно, то что происходит в Абхазии и Южной Осетии – это прямой вызов грузинской государственности. Пограничники окопались по административным границам этих самопровозглашенных республик и ни один житель Грузии грузинской национальности, если он ранее не жил в Южной Осетии, не может преодолеть эти барьеры. А самое главное – это гуманитарная проблема, беженцы из Южной Осетии. Они до сих пор живут в районе Тбилиси или в самом Тбилиси, и никак не могут попасть даже на развалины своих домов, которые находятся севернее Цхинвали.

Конечно, можно вспомнить, что Южная Осетия и Абхазия и до 8 августа 2008 года не подчинялись Тбилиси, у руководства этих территорий не было официальных контактов с грузинским руководством. Однако после "пятидневной войны" ситуация ухудшилась. Почувствовав поддержку РФ, особенно Минобороны, власти в Цхинвали и в Сухуми стали более смелыми в своих заявлениях, более категоричными в отношении каких-то контактов с грузинской стороной. Ведь до августа 2008 года политики между собой все же общались – хотя контакты не афишировались, были кулуарными. Но после того, как российские войска заняли свои позиции, Цхинвали и Сухуми постоянно твердят одно и то же: Тбилиси должен подписать с ними – именно с ними, а не с Москвой! – договор о неприменении силы. Но ведь это фактически означало бы признание Грузией этих двух образований. Естественно, Тбилиси на такое не может пойти. Поэтому контакты сейчас почти все прерваны и нет никаких предпосылок к тому, что в ближайшее время они могут возобновиться.

Безусловно, на фоне подобного противостояния всех волнует вопрос: насколько велика вероятность, что в ближайшие годы вновь может вспыхнуть вооруженный конфликт? На мой взглят, вероятность невелика: после августа 2008 года резко повысилась активность международных наблюдателей и сейчас темных пятен, которые были в августе 2008 года, быть, наверное, не может. Все происходящее на этой территории тщательно мониторится. И каждая сторона теперь не может взять на себя ответственность за первый выстрел, понимая, что все это будет моментально зафиксировано, моментально изложено с высоких трибун – ООН, Европарламента и т. д.

Напомню, что Михаил Саакашвили в ноябре прошлого года с трибуны Европарламента заявил о неприменении силы – таким образом взяв на себя определенные обязательства перед мировым сообществом. Правда, эта инициатива осталась не услышана ни в Москве, ни в Цхинвали, ни в Сухуми. Грузия, по крайней мере, имеет документальное подтверждение о намерении не применять эту силу, а вот России сегодня предъявить нечего. В Москве отказываются от всех предложений Тбилиси, и упорно твердят: пусть подписывают соглашения на местном уровне в Цхинвали и в Сухуми.

Что же касается будущего Южной Осетии и Абхазии... Грузинские политики поняли, что конфликт скоро не разрешится. И, конечно же, большая часть вины за это лежит именно на официальном Тбилиси, который атаковал Цхинвали в ночь с 7 на 8 августа 2008-го. Власти Грузии, в конечном итоге, еще раз подтвердили аксиому, что в XXI веке территориальные конфликты вооруженным путем не решаются, они только осложняются. Теперь люди, живущие на этих территориях, разделены между собой, разделены надолго: и идеологически, и административно. Сейчас грузинская сторона пытается привлечь к себе внимание жителей Абхазии и Южной Осетии своими экономическими реформами. Но и здесь Тбилиси допускает очень большую ошибку: не доказывает, что на территории двух этих самопровозглашенных республик живут именно грузинские граждане. Власти Грузии все-таки относятся к жителям Южной Осетии и Абхазии как к людям, которые больше хотят жить с Россией. Это проявляется во многих мелочах. Такое впечатление, что Тбилиси больше заботится о территории, а не о людях, старается вернуть именно территории, а не людей, которые там живут.

Конечно же, все это не проблема конкретных президентов. В Москве говорят, что как только Саакавшили уйдет, все будет нормально. А в Тбилиси говорят, что как только Путин и Медведев покинут Кремль, все будет нормально. На самом деле это не так. У каждой стороны остаются свои геополитические интересы. И они сейчас очень разные.
Россия до сих пор никак не может смириться – даже в год 20-летия развала СССР – с тем, что потеряны ее территории на Южном Кавказе, и всячески пытается туда вернуться. В Армении находятся российские военные, российский бизнес успешно сотрудничает с Азербайджаном, а Грузия, ощущают в Москве, вырывается из сферы российского влияния. Поэтому Россия не оставит попыток втянуть Грузию в свою политическую орбиту. А Грузия будет сопротивляться.
XS
SM
MD
LG