Linkuri accesibilitate

Журналист Эрнест Варданян о своем заключении и освобождении


Эрнест Варданян: „Прежде всего должен сказать, что я не подвергся никакой физической агрессии, никаких физических действий против меня не было. Но в моральном и психологическом плане было очень тяжело. Меня оторвали от семьи. Я не видел детей, не имел возможности жить так, как жил прежде. С этой точки зрения мое состояние было очень, очень тяжелым. И отсутствие свободы для меня значит очень много, потому что понятие «свобода» для меня имеет огромное значение. Это свобода души, свобода привычной деятельности, семейная свобода. Всего этого я был лишен, поэтому я стал очень нервным. И поэтому заработал эту сердечную болезнь – аритмию. Хроническую аритмию, которая может перейти в кардиомиопатию и даже в инфаркт.”

Свободная Европа: Значит, врачебная помощь вам все-таки оказывалась там?

Эрнест Варданян: „Да, да.”

Свободная Европа: А общение с семьей все это время как вам было обеспечено?

Эрнест Варданян: „Перед судебным процессом у меня были свидания с семьей достаточно регулярно, два раза в месяц. Но после того как начался суд свиданий больше не было. И после осуждения, и во время пребывания в пенитенциарии у меня были три встречи с семьей – две продолжительные и одно часовое свидание с женой. И все.”

Свободная Европа: Все это время международные организации чаще всего ссылались на то, что вы лишены должной защиты. Был у вас адвокат? Как он вас защищал?

Эрнест Варданян: „Мой государственный адвокат был достаточно хорошим профессионалом, но проблема в том, что он не имел право говорить о моем деле с моими родными или с обществом. То есть, не имел права давать интервью. Он должен был понять, за что меня арестовали, и мой адвокат не имел права сказать буквально ни одного слова.”

Свободная Европа: За этот период вас посетили представители каких-либо международных организаций? Ощущали ли вы их поддержку?

Эрнест Варданян: „Дважды меня посетил г-н Филипп Ремлер, один раз г-н Кальман Мижей. Честно сказать, я не ощутил такой решительной, постоянной поддержки. Даже показалось, что это были встречи, как говорится, для галочки.”

Свободная Европа: Тем не менее, вы на свободе. Как вы считаете, чья это заслуга, прежде всего?

Эрнест Варданян: „Это заслуга, в первую очередь, Католикоса всех армян Гарегина II, Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла и эпископа Тираспольского и Дубоссарского Савы. Именно они организовали этот очень и очень серьезный процесс – обращаться с письмами к г-ну Смирнову. И я думаю, что именно их письма сыграли большую роль. Это во-первых. Но я знаю, что в мою поддержку выступили и послы – Соединенных Штатов Америки, Великобритании, Германии, представители многих общественных и международных организаций и т.д.”

Свободная Европа: Не знаю, могу ли я вас спросить, но попытаюсь… Что вы почувствовали в тот момент, когда пришлось оговорить себя и признаться, что вы шпион?

Эрнест Варданян: „Без комментариев, прошу вас.”

Свободная Европа: А дальше что вы собираетесь делать? Есть какие-то планы на будущее?

Эрнест Варданян: „Я еще не думал об этом. Нужно немного отдохнуть и все вместе подумаем, как быть дальше.”

Свободная Европа: Если бы вам предложили уехать?…

Эрнест Варданян: „Не знаю, не знаю. Никаких таких предложений мне никто не делал. Я ни с кем не говорил на эту тему и ничего конкретного сказать не могу.”

Свободная Европа: Но никаких ограничений свободны передвижения в отношении вас нет после помилования?

Эрнест Варданян: „Нет, никаких ограничений.”

Свободная Европа: Вы подписали какие-либо документы перед освобождением? Давали подписку о невыезде?

Эрнест Варданян: „Нет. Нет.”

Свободная Европа: Значит, вы вольны ехать, куда захотите?

Эрнест Варданян: „Да, да.”

Свободная Европа: Но, как я понимаю, пока таких планов у вас нет?

Эрнест Варданян: „Пока остаюсь в Тирасполе. Потом посмотрим, как быть.”
XS
SM
MD
LG